Скандал
Шрифт:
— Черт возьми, нет.
— Подумай еще раз, малышка.
Она продолжила бесполезную борьбу, запрыгнула на кровать с другой стороны, сделала три длинных шага, затем спрыгнула на пол, бросилась в ванную и захлопнула дверь.
Все, что я мог сделать, это улыбнуться.
Эта женщина была именно тем, что мне было нужно на эту ночь, и я не должен был ей отказывать. В конце концов, пребывать с ней было грехом, но я никогда не считал себя хорошим мальчиком ни при каких обстоятельствах. Я должен был поступить правильно и уйти, пока наши действия не вышли из-под
Но когда я поступал правильно?
Седона
— О, боже мой.
Что, черт возьми, только что произошло?
Заперев дверь ванной и включив свет, я отшатнулась назад, чуть не сорвав занавеску в душе и не упав на задницу. Отлично. Я только что пережила самый страстный момент в своей жизни и почти выставила себя дурой.
Я глубоко вздохнула, уставившись на дверь, как будто незнакомец собирался фыркнуть и вышибить ее.
Или, может быть, я хотела, чтобы он это сделал.
В конце концов, он действительно напоминал мне большого, злого волка. Единственный с чувственным… всем.
Я тихо рассмеялась, прижав ладонь к губам. Боже милостивый, этот жестокий мужчина умел целоваться. Он заставил меня трепетать сильнее, чем я когда-либо испытывала в своей жизни. Но это было безумие. Он действительно думал, что я позволю ему отшлепать меня, как непослушного ребенка?
Ни за что на свете.
Может, он и самый сексуальный после арахисового масла и шоколада, но это не давало ему никакого права.
Почему у тебя мурашки по телу? А?
— Заткнись, голосок. — Но он был прав. Я была так возбуждена, что моя киска продолжала сжиматься и разжиматься, аромат моего желания наполнял маленькое пространство, вызывая головокружение.
Между нами было столько взрывного жара, что я была взволнована до глубины души, но в то же время не понимала, что, черт возьми, я делаю. Наконец, выровняв дыхание, я осторожно шагнула к двери и прижалась к ней ухом. Ничего не услышав, я пришла в замешательство. Неужели он ушел с неудовлетворением?
Нет, он играл со мной в игру. Такие мужчины, как он, никогда не проигрывали в соревнованиях, особенно женщинам. В комнате было слишком тихо, и это продолжало действовать мне на нервы. Я отошла от двери, прикусив щеку с внутренней стороны. Что мне теперь оставалось делать? Я не могла вечно сидеть взаперти в ванной. В конце концов, мне нужно было поспать, а потом поесть. К тому же, в какой-то момент мне нужно выписаться из отеля. О, да ладно. Почему мой мозг так отреагировал? Я не была его пленницей, просто женщиной, охваченной страстью.
Выдохнув, я закатила глаза. Что, черт возьми, со мной не так? Конечно, в конце концов я бы ушла. Я прислонилась к стойке, оглядываясь через плечо на свое отражение. Возможно ли,
Была ли я способна признаться Дженни, что ее идея была верной?
Ни за что на свете.
Пока я переминалась с ноги на ногу, я была уверена, что что-то услышала. Или, может быть, я надеялась, что услышала. Часть меня хотела закричать, чтобы он пришел и забрал меня, если посмеет, но почему-то у меня было предчувствие, что он именно так и поступит.
Взрывной звук, с которым он расколол раму и сломал замок, заставил меня резко ахнуть. Но, увидев его полностью обнаженным во всей его восхитительной красе, я испытала новый приступ шока. Боже мой. Он был создан для греха в трудный день, каждый мускул был идеально выточен. Я была так ошеломлена его безумным великолепием, что мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что он сделал.
Я ожидала, что в любую секунду в дверь постучит мой таинственный красавчик. Минуту не было ничего, кроме тишины, затем пять. Черт, может быть, десять, я разозлилась и была готова распахнуть дверь.
Вот и ответ на мой вопрос.
Он впился в меня взглядом, его грудь тяжело вздымалась, зловещее выражение лица стало еще более разгоряченным, чем раньше. Если это было возможно.
— Ты плохая девочка, — фыркнул он. — А всех плохих девочек нужно приручать.
— Я... — что, черт возьми, я должна сказать? Приручать? Ни за что. И почему мои слова застряли у меня в горле?
Я позволила своему взгляду опуститься к глубокому V-образному изгибу, от его пресса до выпуклости между ног. При виде его огромного члена вблизи, такого красивого ствола, у меня потекли слюнки. Я вдруг осознала, что издала одобрительный стон, который позволил этому брутальному мужчине улыбнуться.
— Видишь, что тебе нравится, cherie?
Черт бы побрал этого мужчину и его успокаивающий, сексуальный акцент.
— Вовсе нет.
— Я тебе не верю.
— У меня нет привычки лгать. Проваливай, — рявкнула я, хотя в моем голосе не было убежденности.
— Этого не случится. Ты пригласила меня войти. — Его ноздри раздулись, когда он оглядел меня с ног до головы, похоть в его глазах зажгла нечто большее, чем просто пламя где-то глубоко внутри.
Его комментарий был правдив лишь формально. Хотя я умоляла его трахнуть меня, и это был не самый лучший мой момент. Я указала на него пальцем.
— Я отзываю свое приглашение.
— Этого не произойдет, cherie. Как ты уже отметила, я из тех мужчин, которые получают все, что хотят. И так случилось, что я хочу тебя. Каждый кусочек. Каждый дюйм. Каждый жестокий момент, когда я трахаю тебя.
О, Боже милостивый. Каждое его слово ошеломляло меня, так возбуждало, что все мое тело ныло от безумного желания, охватившего его. Незнакомец был настолько завораживающим, что я не успела среагировать достаточно быстро, когда он резко развернул меня лицом к зеркалу, прижимая к себе рукой.