Скала альбатросов

Альберони Роза Джанетта

А когда у девушки угрожающе поднялась температура, сам падре Арнальдо, отчаянно волнуясь, проводил долгие часы у постели больной. Теперь кризис миновал, и священник принял решение: надо попросить монахов вынести девушку из пещеры. Недостаток свежего воздуха и холод могли осложнить ее состояние.

И тогда падре поспешил в аббатство. В ризнице собора он застал фра Кристофоро, фра Дженнаро и приора монастыря фра Гуардиано.

Ему показалось, они ожидали его прихода.

— Братья, нельзя ли перенести больную в другое место, где было бы не так холодно? — озабоченно спросил он. —

Ну разве может она поправиться в этом склепе?

Ему ответил фра Гуардиано, древний старик, с которым падре Арнальдо общался очень редко. Своим обликом он походил на святого, вышедшего из какой-нибудь библейской притчи. Высокий, худой, с длинной седой бородой и редкими волосами. Бледное лицо без морщин не позволяло угадать его возраст, голос звучал тихо, возвышенно, руки длинные, а пальцы тонкие, как у юноши. Монах этот никогда не покидал пределы аббатства. Бастионы он видел только однажды — в тот день, когда приехал на Сан-Никола. И с тех пор ни разу не выходил из монастыря. Таков был его обет.

Падре Арнальдо понимал, что, хотя формально главой аббатства является он, истинным настоятелем монастыря монахи считают фра Гуардиано. Он читал вечерние молитвы. Ему исповедовались остальные шестеро монахов, всю жизнь проведшие вместе, и понятно, что они доверяли друг другу, хотя он и не принадлежал к их монашескому ордену.

— Монсиньор Дзола, — сказал фра Гуардиано, — вчера вечером все монахи собрались на капитул.

Падре Арнальдо насторожился. Странно, что тот употребил такой официальный термин — «капитул», говоря о простом собрании. Капитул обычно созывался для принятия самых важных решений, касающихся аббатства, или при выборе настоятеля монастыря. Но аббата на Тремити не было. Его обязанности выполнял по поручению архиепископа он, монсиньор Дзола.

— Мы провели капитул в ваше отсутствие отнюдь не из неуважения к вам, а потому, что решение, которое должны были принять, касалось вас, Арианны, Сальваторе, маркиза и маркизы. Мы всё обдумали и решили помочь вам — скрыть девушку и Сальваторе от расправы солдат и защитить вас.

Монах говорил спокойно, торжественно. Священник ощутил в его словах отзвук величия минувших столетий, когда аббатство главенствовало на Адриатике и располагало несметными владениями в Италии, когда капитул представлял собой самый настоящий сенат; а аббат обладал могущественной и устрашающей властью.

Эти монахи, подумал он, наследники и продолжатели традиции, хранители славной историй аббатства. Они уже старики, и после их смерти сюда, скорее всего, никто больше не приедет. Но пока именно они — законные хранители устоев. Они верно поступили.

Он имеет слишком прямое отношение к этому событию, а им предстояло решить, кого поддержать, на чью сторону встать — на сторону маркизы или на его.

— Конечно, — продолжал фра Гуардиано, — девушка не может столь долго оставаться в пещере под островом Кретаччо. В лучшем случае она поправится там лишь через несколько месяцев. Мы решили укрыть ее в аббатстве. Все будет совершено в полнейшей тайне. Никто никогда ничего не узнает об этом. Если она чувствует себя лучше, то уже завтра можно перенести ее сюда.

Вспоминая этот разговор и решение монахов, падре Арнальдо

опустился на стул возле Арианны. Девушка действительно чувствовала себя лучше. Можно перенести в аббатство. Но как сделать это так, чтобы никто не заметил? И он спросил фра Кристофоро:

— А как поднять по железной лестнице?

— На носилках, монсиньор Дзола, — спокойно ответил фра Кристофоро. — Сейчас братья принесут сюда носилки.

И действительно, вскоре появились два монаха со странным предметом в виде кресла, поставленного на две палки. По бокам свисали ремни.

— Походит на паланкин, в котором переносят папу римского во время торжественных церемоний, — пошутил падре Арнальдо и улыбнулся, восхищаясь изобретательностью монахов.

— Сальваторе, — сказал фра Кристофоро, — наденешь на себя эти ремни, потому что ты самый сильный. Падре Арнальдо, наши собратья и фра Дженнаро возьмутся за палки, а я буду показывать дорогу.

Арианна удивилась.

— Но куда мы отправимся?

— Завтра перенесем тебя в другое место. Там будет кровать поудобнее этой, — ответил фра Кристофоро.

— И я увижу солнце?

— Все увидишь, дорогая, теперь отдыхай. А я покажу падре Арнальдо твое новое жилище.

* * *

Сальваторе вошел в шестиугольную комнату, куда велели ему прийти монахи, собираясь показать путь, по которому понесут Арианну. Здесь он застал падре Арнальдо и фра Гуардиано. Вот сейчас-то он наконец и узнает хитрости монахов, подумал Сальваторе, сгорая от любопытства.

— Ты прошел вот тут? — спросил фра Гуардиано, указывая на проем в стене.

Сальваторе утвердительно кивнул.

— Но отсюда в аббатство не попасть, — сказал старый монах, и еле заметная улыбка появилась на его губах, скрытых густой белой бородой.

Все у монахов подчинено особой логике, подумал Сальваторе. У каждого жеста, каждого слова, каждого действия свой смысл. Теперь мне понятно, почему этот старый монах никогда не покидает стены Сан-Никола. Ведь он — хранитель секретов аббатства. Кто знает, как долго пришлось священнику уговаривать его, чтобы тот согласился открыть истинный ход. Вот в чем причина, почему они так долго сидят в пещере под островом Кретаччо, а вовсе не в состоянии Арианны.

— Идите! — торжественно произнес фра Гуардиано. Он приложил руку к стене, где, как заметил Сальваторе, находилось какое-то углубление. Рука вошла в него почти по локоть. Сальваторе не понял, что он там сделал. Что-то покрутил, наверное, и вынул руку. Ничего, однако, не происходило. Старик стоял молча, словно чего-то ожидая.

Падре Арнальдо и Сальваторе переглянулись, оставаясь в стороне и не решаясь даже шелохнуться, и вдруг с величайшим изумлением увидели, как стена сдвинулась с места, вернее, повернулась вокруг оси. Пришел в движение огромный каменный блок. Прикинув на глаз, Сальваторе определил его размеры — метра по три в высоту и ширину и столько же в глубину! Колоссальный куб! Он поворачивался на шарнирах точно так же, как и шкаф в пещере под Кретаччо. Только здесь шарниры, несомненно, громадные, высеченные из камня много сотен лет назад, когда аббатство было могущественной, неодолимой цитаделью на море.