Сирень
Шрифт:
Так было до тех пор, пока мы не прошли через охрану здания и не добрались до ряда лифтов.
Лорен, заметив ожидающего Рика, остановился как вкопанный:
— Хочу кое-что прояснить, — сказал он мне, сжав челюсти и глядя вперед на Рика, который тоже наблюдал за ним, но с мрачностью во взгляде, — это ничего не меняет. Я здесь ради Брэкстон, и все. С меня хватит.
Ага, мы еще посмотрим.
— Ты реально хочешь спорить об этом прямо сейчас?
— Я не спорю. Я просто говорю.
— Пошли, — сказал я пренебрежительно. Лорен ни хрена не уйдет,
Рик оттолкнулся от стены, к которой прислонялся, когда мы приблизились. Впервые за три недели он, казалось, испытывал искушение заговорить, но затем Лорен затолкал слова обратно ему в глотку, прежде чем он смог их произнести.
— Не стоит, — рявкнул он на барабанщика. Затем зашел в пустой лифт, не оставив нам другого выбора, кроме как последовать за ним, прежде чем двери успели закрыться.
Всю дорогу наверх Рик пристально смотрел на Лорена из-под капюшона, в то время как басист без всякого выражения смотрел на металлические двери и делал вид, что ничего не замечает. Напряжение было невыносимым, и когда лифт наконец остановился и двери открылись, я поспешил выйти раньше них обоих.
Мы проигнорировали секретаршу, когда вошли в офис, и она крикнула нам в спину, что Карл нас не ждет.
Черта с два.
Он намеренно не пригласил нас на эту встречу.
Все на нашем пути расступались, как Красное море, когда мы штурмовали зал. Только когда мы добрались до места назначения и без приглашения ввалились в комнату, меня охватило чувство, что я уже бывал здесь раньше.
Большинство мест за длинным столом были заняты мужчинами и женщинами в костюмах, включая Они Шридхар и человека, которого я принял за арбитра. Он замолчал на полуслове, когда мы вошли.
Все взгляды были устремлены на нас, но наши глаза были прикованы к ней.
Она сидела во главе стола, дальше всех от двери. На том самом месте, где я стоял, когда увидел ее впервые восемь месяцев назад, когда она ворвалась в этот самый конференц-зал и прервала проходившее тогда совещание. Несмотря на то, что она была одета по-другому, теперь я был наблюдательнее, Брэкстон все еще выглядела такой же невинной сегодня, как и тогда.
Именно эти большие карие глаза, светлые веснушки и ее пухлый рот никогда не переставали оставлять меня в дураках. Единственным признаком того, что в ней горел огонь, были ее рыжие волосы, заколотые так, чтобы была видна шея.
Она была живым пламенем.
Наши глаза встретились, но она никак не отреагировала на наше появление. После того, что мы сделали, просто признать наше присутствие, даже на короткое время, было больше, чем мы заслуживали.
Я мог видеть только верхнюю часть ее тела, но узнал это прозрачное черное платье с принтом в виде кристаллов и голографическими деталями. Я знал, что подол доходил ей до икр. Я знал, что на ее левой ноге был высокий разрез. Я даже узнал черный бюстгальтер, который она носила под ним, и понял, что она сочетала его со своими любимыми черными ботинками. Я не мог видеть ее рук, но знал, что она надела свои кольца. Брэкстон была наполовину готом, наполовину панком и наполовину бохо. Она не хотела, чтобы кто-нибудь
По разные стороны от нее сидели Ксавьер и ее адвокат, который, на мой взгляд, выглядел слишком неуверенным в себе. Конечно, мы послали кого-то, у кого был шанс, но Брэкстон отказалась принять нашу помощь. Готов поспорить, что она использовала большую часть ничтожного аванса, который «Гении» дали ей, чтобы нанять этого любителя, и все это для того, чтобы доказать свою правоту.
По крайней мере, она не прогнала Ксавьера, хотя он бы и не послушался.
Направляясь в сторону Брэкстон, я пожал ему руку, когда мы проходили мимо, а затем мы захватили стену позади Брэкстон, прежде чем кто-либо успел возразить.
— Что вы трое здесь делаете? — Карл сплюнул с другого конца стола. — Я ясно дал понять, что разберусь с вами позже.
Лорен фыркнул и улыбнулся:
— Уморительно. Последние несколько недель мне было ужасно скучно. Почему бы тебе не разобраться с нами сейчас?
Вместо того чтобы расстроиться, Карл улыбнулся в ответ, откинулся на спинку стула и забарабанил пальцами по подлокотникам. Его пристальный взгляд переместился на каждого из нас, прежде чем он заговорил:
— Думал, вы будете умнее, зная, что с вами случится, но вы все равно пытаетесь помочь ей, — пожав плечами, он опустил взгляд на бумаги перед собой, перебирая их. — Думаю, слухи правдивы.
Затем он поднял голову, чтобы подмигнуть Брэкстон, и я хлопнул Лорена рукой по груди, чтобы удержать его на месте, прежде чем он успел сделать хоть шаг вперед.
Облажаться с Карлом означало только ухудшить положение Брэкстон.
Я не убрал руку даже после того, как Лорен расслабился. Спокойный Лорен был так же непредсказуем, как и склонный к убийству Лорен. Взглянул на Рика, стоявшего по другую сторону от меня, чтобы оценить, он чем он думает и не заставит ли он меня тоже удерживать его.
Он уставился на Брэкстон так, словно застрял во времени.
Она притворилась, что нас здесь даже нет.
Я был почти уверен, что Джерико не слышал ни единого произнесенного слова с тех пор, как мы вошли в комнату, но видел, как крутятся шестеренки в его голове. Я видел, как он подыскивает правильные слова, чтобы сказать их ей. Даже если бы он нашел их, сейчас было совсем не время.
— Не сейчас, — прошептал я ему. Рик никак не подал виду, что услышал меня. Совсем никак.
— Что с ними случится? — спросила Брэкстон, отвлекая мое внимание от моего барабанщика и Карла обратно к ней.
Я услышал, как Рик едва слышно, но резко вздохнул при звуке ее голоса, и даже почувствовал, как сердце Лорена выпрыгнуло из груди и забилось у меня под мышкой. Тем временем я пытался придумать способ сбить Брэкстон с этого курса. Я дал Ксавьеру конкретные инструкции ни черта ей не говорить, хотя он и не согласился.
Ей всегда было суждено обрести свободу в темноте.
— Тебе не о чем беспокоиться, — пренебрежительно ответил ей Карл. Обращаясь к нам, он сказал:
— Видите ли, вам троим не было необходимости приезжать сюда на своих белых конях. Я полностью готов расторгнуть контракт Брэкстон сегодня. Выиграют все.