Синтез
Шрифт:
— Хосе привёл, — заявила Фульсфак.
— Нужно расспросить его, как так получилось, и не ищут ли её у нас они, или ещё кто. У нас три дня.
— Конечно, ищут. Все ищут, — вставил молодой Бэй, тот, с кем Рита была знакома.
— Главное, чтобы ни у кого не возникло подозрение в том, что она может быть здесь, с нами.
— Хосе всёе расскажет. Если его рассказ удовлетворит нас, то доказательств ни у кого не будет. Это истинная принцесса и она должна быть коронована истинным Орденом Лебедя по всем правилам.
— И не стоит забывать
— Об этом рано, — остановил ее Штерн. — Как бы нам вызвать Хосе прямо сейчас? Луи, попробуешь?
Луи, один из крупных молодых парней, что охранял веранду, лишь кивнув, отправился к дому Хосе.
— И ведь надо же! Три дня до полнолуния. Нужно всё подготовить, как надо. Мы должны войти в историю хотя бы в рамках нашего общества истинных членов Ордена. В последний раз принцесса здесь короновалась двести с лишним лет назад, а первая все пятьсот. Замечу, это были истинные принцессы.
— Перебью вас, магистр. Первым был принц, — сказала дама в широкополой шляпе
— И он плохо кончил, — добавила Фульсфак.
— Не будем о грустном.
Супруга Бэй, Лан, вопросительно посмотрела на мужа.
— Он повесился в тронном зале, — прошептал он жене.
Та в ужасе охватила виски.
— Хватит о глупостях давно минувших дней, — проговорил старик в инвалидной коляске, — меня больше интересует вопрос подлинности и согласия девушки.
Всё с удивлением на него посмотрели.
— Такой дар дается свыше, и он не принадлежит лично ей. Это наше общее достояние. А подлинность определили в совете Ордена, в том совете. Иначе бы её тут не держали.
— А что это за пантера проводила с ней столько времени? — спросил молодой член Ордена с рыжими волосами.
— Их смотритель, думаю, — проговорил Штерн. — Нам-то они доверяют постольку поскольку. Сумасшедшими считают.
Вскоре вернулся молодой человек и сообщил, что Хосе подойдет через десять минут.
— Бабушка, только пусть она ничего не заметит! А завтра мы её разбудим утром, как будто ничего не было. Ведь это всё…
— Милый, как решит совет, — грустно произнесла старушка. — Вижу, ты влюбился в неё. Не прячь глаза. Я всё вижу. Зови.
Всё произошло мгновенно. Бабушка профессиональным движением коснулась шеи Маргариты, и та провалилась в сон.
Хосе рассказал на собрании всё, как было, ничего не утаив.
— Считаю, нам нечего опасаться, — объявил Штерн
— Поддерживаем, — хором произнесли члены сообщества.
— Нужно подготовить замок, — продолжал Штерн, — но так, чтобы ни одна туристическая муха не заподозрила, что внутри что-то происходит. Предлагаю отправить первую партию сегодня же в ночь, а завтра с самого утра, пока все спят, перевезти принцессу и оставить её там до коронации.
— Согласны.
— Фульсфак, назначьте первую партию. И не забудьте, вход через подземелье, чтоб снаружи было всё также ветхо. Пусть любители истории наслаждаются.
— Хочу напомнить о наследниках, — вновь
— А в чём дело? — не выдержала Лан.
— Милочка, дело в том, что принцесса остается здесь навечно. Поймите, она обычный человек. Осознание величия дается не многим. Но многие хотят обычной жизни. Мужчины хотят женщин, женщины мужчин, и, в свою очередь, детей. Если лишить женщину возможности рожать, она просто переменится. И в нашем случае, в лучшую сторону. Она будет с нами, будет выходить в люди. Предыдущие принц и принцесса, согласно истории, так и не вышли из замка.
— Почему?
— Я же только что говорила. Принц захотел женщину. Женщин-то ему водили, но он был в кого-то влюблен, а это могло сделать его возлюбленную дамой. Тогда бы он мог править всем Городом из Центра. А в Центре дела решают быстро. Долго бы он там не прожил.
— Откуда вы знаете?
— Из нашего кодекса. Вы, милочка, слишком молоды.
— А принцесса?
— Принцесса, насколько я помню, влюблена ни в кого не была, но врожденный материнский инстинкт свел её с ума. Поэтому оба они не покидали пределов замка. Сейчас же мы хотим, чтобы Богом избранная принцесса посещала своих поданных. Думаю, произойдет это не сразу, а тогда, когда она поймет, что другого выхода нет. Сейчас молодежь другая.
— Я вас не понимаю. Вы считаете, что сейчас что-то может быть по-другому? — не унималась Лан.
— Вы наводите смуту, вам так не кажется?
— Остановитесь, — вмешался господин Штерн. — Мы всё разъясним девушке перед коронацией.
— А если она тоже влюблена, а вы её запрете в вашей келье?
— Поймите, она святая. Она должна понять и всё выдержать.
— Слушайте, у вас не Орден, у вас секта какая-то, — в сердцах проговорила Лан и пошла прочь. Муж кинулся за ней.
— Она может быть опасна, — намекнула госпожа Фульсфак одному из парней-охранников. Тот кивнул и медленно направился за Лан.
— Доктор Мин, у вас на известный и необходимый случай всё готово? — спросил Штерн.
— Конечно, только нужно всё перенести в операционную замка и желательно сегодня. Я готов войти в ночную партию.
— Хорошо. Уже сегодня внутри должно всё блестеть. Это наш храм, не забывайте об этом. Хосе, что ты всё молчишь?
— Мне нечего сказать, магистр.
— Я назначу тебя офицером сразу же после церемонии. Ты наш герой. Ты не растерялся и сделал всё, как надо.
— Это будет честью для меня.
— И ты только подумай, сама принцесса, создание божье, спит сейчас у тебя в доме.
Штерн взглянул на небо.
— Вы только посмотрите, как луна стремится к полному кругу, как она хочет одарить нас всех благодатью божьей. Завтра днем все идем молиться в храм. Не нужно будет стирать пыль. Всё должно быть, как надо. — Штерн удовлетворенно вздохнул.
— Когда разбудим принцессу? — вдруг спросил Хосе.
— А что такое?
— Я думал завтра утром, чтоб она пожила нормальной жизнью…