Синдром второго шанса
Шрифт:
Сидя в кровати, покрытая холодным потом я всё ещё слышала его голос.
… Я погрешность в этом мире, вокруг меня враньё и боль, бывают минуты, когда мне кажется, что у меня не хватит сил, не хватит веры. А я ведь просто хотела быть немножечко счастливой.
Утро за окном такое же холодное и мрачное. В доме мёртвая тишина. Обняв урну с прахом Натана снова заваливаюсь спать. Тишина раздражает.
В следующую попытку проснуться, приоткрыв один глаз – смотрю на время. Полдень. Просто умираю от голода! Хочешь не хочешь, а приходится плестись на кухню, потому что кое-кто очень крошечный у тебя внутри требует свою порцию.
В гостиной уставившись
– Ты здесь, – вяло бросаю ему. – А спал на диване? – знаю ведь, убедить Гарри оставить меня в покое невозможно, отныне он будет моей тенью пока жив, и с этим тоже ничего не поделаешь.
– Простите, что лезу со своим мнением, но я считаю, что было бы благоразумнее пользоваться здешней квартирой мистера Натана. Она гораздо просторнее, оборудована системой слежения, и я там никому не буду мешать.
– Здесь моя семья, так что Гарри, извини за невыносимые условия труда. Можешь пожаловаться в профсоюз, если у вас такой имеется.
Ставлю чайник, делаю себе бутерброд. Почему телефон молчит? Из моих мыслей меня вырывает несусветное хамство Гарри, вырвавшего бутерброд из моих рук и швырнувшего его в мусорное ведро. Пока я оторопело хлопаю глазами, он с самым невозмутимым видом ставит передо мной тарелку, высыпает туда мюсли и щедро заливает их молоком.
– Это пища более полезна для вашего состояния Кира.
– Почему все решили, что мне нужно указывать, что делать?! – взрываюсь я, но Гарри с невозмутимым видом садится и продолжает читать дальше.
Ничего не остаётся, как хлебать детскую кашку.
Тишина только усугубляет моё подвешенное состояние. И спать, как назло, больше не хочется. Я не могу позвонить ему первой. От нечего делать включаю компьютер, вбиваю в поисковике Джойс Батлер, ищу для Бена Райли его половину. Таких как обычно оказываются сотни, уточняю примерный возраст. Мне выдаются результаты поиска – семь девушек. Изучаю каждую по порядку – ни одна не подходит. Либо не все Джойс Батлер засветились в инете, либо её в этом мире просто не существует, хотя остаётся малая вероятность того, что та Джойс, которую я знала там, здесь носит совершенно другое имя. «Прекрати играть в бога, Кира, ты уже доигралась!» мысленно ругаю сама себя.
От раздавшегося звонка в дверь я чуть не свалилась со стула. Только на этот раз я не тороплюсь спускаться, а осторожно высунувшись из-за угла, прислушиваюсь к звукам. Голос Эйдана! Сердце рвётся как у марафонца на финише! Я теряю самообладание, ноги подкашиваются, только бы не отключиться! Но лучше сесть.
Он входит, и прямо с порога я чувствую, как меня пригвоздило его тяжелым взглядом. Эйдан присаживается напротив меня, смотрит и молчит.
Ещё немного и я закричу!
– Я ценю твою прямоту, – заговаривает он, когда я уже на грани. – Но это мало что меняет. Так же как ты была готова перенести все свои чувства на копии родных тебе людей, так и я воспринимаю тебя моей Кирой. Ты здесь, со всеми важными для меня качествами. Ты носишь нашу фамилию и ребёнка моего брата. И я просто не могу не думать о тебе Кира, даже если ты другая версия моей бывшей жены. Я хочу воспользоваться этим вторым шансом с тобой. Ты ведь это тоже чувствуешь, когда я прикасаюсь к тебе, как каждая клеточка сходит с ума? Такого раньше не происходило, с той, которая меня предала, было всё немного иначе. Но мы больше не будем поднимать эту тему, и разделять тебя и её. Твоя правда останется между нами, не стоит больше никому выворачивать душу, тем более что твоё доказательство хранится
– Без СИ-2 я не могу пересечь грань, а Грэг другого способа ещё не придумал. Но я его теперь и не услышу. В данный момент он вообще не на связи, он отбывает положенный ему срок заключения за попытку украсть тело Киры. Мой бывший напарник Бен Райли упёк его в тюрьму.
– Я просто хочу быть уверенным, что ты не исчезнешь, – уже чуть мягче произнёс Эйдан, улыбнувшись пока только глазами.
– Значит, ты не сдашь меня секретным спецслужбам?
– Зачем, когда у меня на руках такие рычаги воздействия на тебя! – от этих слов меня перекосило, а Эйдан вконец расслабившись, ослепительно улыбнулся. – Но я пока не собираюсь прибегать к ним, – поднявшись с кошачьей грацией хищника, он устремился прямо на меня.
В этот раз было всё «по его», и не без странностей. Эйдан не позволял мне прикасаться к нему, держа мои руки крепко сжатыми над головой. Даже по тому, как он занимался любовью можно было понять, что он обижен.
– Ты за что-то наказываешь меня? – выдохнула я через время, когда он меня отпустил. – Ты сердишься, ведь так?
– Ради тебя Кира я готов пойти на преступление, даже убить ради тебя готов, я могу простить тебе многие вещи, если только и ты будешь готова пойти мне на уступки, – перевернувшись на бок, он задумчиво погладил меня по щеке. – Но ты даже это чёртово кольцо снять не хочешь. Поэтому, конечно, я сержусь!
– Если уж нам выпал в жизни второй шанс, чтобы ты хотел исправить Эйдан? Может, тебе тоже стоит в чём-то признаться, чтобы в будущем, это не сыграло против тебя? Что испортило ваши отношения? – профессионально перевела я стрелки, мысленно похвалив себя за это.
– Наши отношения испортились как раз потому, что я сказал то, чего не следовало бы. Не надо заговаривать мне зубы, я обозначил проблему Кира! Если ты теперь со мной – сними кольцо и убери урну!
– Натан бы пока этого не хотел, – с полной уверенностью произнесла я, нажав на пусковой механизм гнева Эйдана.
– А то, что мы здесь вытворяли с тобой в постели его случайно не беспокоит?! – скрипнув зубами, он вскочил. – Ты что спятила или это какая-то дань обычаям из твоей реальности?
– Можешь думать, что я спятила, как тебе угодно! – я тоже разозлилась на этого обнаженного владыку миру. Нет, мужчина не может быть настолько красивым, должна быть обратная «сторона медали», за такую ношу обязательно расплачиваются. – Я чувствую Эйдан, Натан снится мне каждую ночь, я слышу его голос. Наши отношения не тревожат его душу, а то, как относятся к его памяти. Нужно набраться терпения и немного подождать. Я ведь и так вся твоя.
Ещё одна волшебная фраза. Раздражение Эйдана тут же испарилось, когда вслух ещё раз подтвердили его исключительное правообладание. Он хмыкнул и уже посмотрел на меня другими глазами.
«Мужчины – большие дети»
– Именно сегодня в поместье Прайсов, родители устраивают день памяти Натаниэля. У моей матери конечно особые планы, никак не связанные с поминками Натана, но как обычно соберётся уйма народу и пресса. Я ведь могу рассчитывать на то, что ты придёшь? – какие бы эмоции не мелькали на его лице, поцелуй Эйдана доказывал, что он полон глубокого чувства. И эти чувства теперь принадлежат мне одной.