Синдром второго шанса

Риз Лаванда

– Ладно, останови меня, если я ошибусь. Тебя вырастили бабушка и отец. Твой отец Майкл Райли так же был полицейским, он был твоим примером, а ты его гордостью, особенно когда в четырнадцать ты вынес ребёнка из пожара, после этого у тебя даже остались шрамы на спине. Твоё второе имя тебе дала твоя бабушка Лея, довольно неординарная личность, жена моряка, она курила трубку до самой смерти, и она была первая, кто купил тебе презервативы. В школе ты был всеобщим любимцем, защитником слабых, капитаном футбольной команды, предметом обожания для девчонок, но свою девственность ты потерял с девушкой, которую терпеть не мог. С тех пор ты блондинок

и недолюбливаешь. Есть фраза, которую ты повторяешь себе каждый день, собираясь на работу, её сказал тебе твой отец, когда ты окончил полицейскую академию: «самое сложное в работе полицейского – это решать, кто сегодня будет жить, а кто умрёт». Ты проговариваешь её чтобы ни на секунду не забывать об ответственности, возложенной на тебя долгом защитника порядка.

Подперев голову руками, Бен уставился на меня, не моргая. Да уж, умела я оставлять о себе неизгладимые впечатления.

– Теперь ты меня пугаешь, Кира, – тихо выдохнул он. – Об этих подробностях никто не знает, только если бы я сам не рассказал. …Так значит, ты вроде экстрасенса?

– Экстрасенс? Нет, это чересчур, лучше думай, что я слегка повёрнутая, – замотала я головой. – Если бы я им была, я бы знала почему у тебя не сложилось с личной жизнь. Так почему, Бен?

– Ответ простой – я коп, вечно занятый, ночные вызовы, риск. Кто захочет связывать свою жизнь с парнем, несущим свою службу в резервации?

– Та, которая тебя полюбит. И мы её для тебя отыщем, – с полной уверенностью заявила я. – Можешь не говорить, я вижу по твоим глазам. Теперь ты не сомневаешься, что я чокнутая! – рассмеялась я.

Бен улыбнулся.

– Ввиду своей занятости от помощи отказываться не буду. Может, с твоими способностями тебе повезёт больше. Надеюсь, я не пожалею. А почему ты рискуешь собой, Кира? И не первый раз, как я знаю.

«Ой, только не так проницательно. Его ведь сложно обмануть!»

– Наверное, потому что у меня такое отношение к жизни Бен. Иначе не умею. Не могу пройти мимо мальчишки, нуждающегося в помощи, мимо брата, которого избивают, я не могу оставаться в стороне, когда идёт прямая угроза человеческой жизни.

– Из тебя бы вышел неплохой агент.

– Возможно, в следующей жизни я даже буду твоим напарником, – мы обменялись улыбками. Мне стоило огромных усилий не проговориться, не сказать больше, чем ему следовало знать. В последнее время у меня появилась одна новая навязчивая идея – пусть один, но кто-то в этом мире обязательно должен узнать правду обо мне. Мы болтали с Беном ни о чём и обо всём понемногу. О его службе, о нелепых нововведениях, о погоде, даже спорили о пирожных. И эта милая болтовня, с человеком, которого я якобы заочно хорошо знала – заставила меня забыть на время о моих личных бедах. За что я была несказанно благодарно Бену Райли.

Так как моя машина осталась брошенной возле того злополучного притона, Бен настоял на том, чтобы лично отвезти меня домой.

Первым сигналом послужил чёрный внедорожник из автопарка Натана, второй – абсолютное отсутствие дежурящих около моего дома репортёров.

– Что-то здесь не так, – пробормотала я, озираясь, ощущая смутную тревогу.

– Мне пойти с тобой? – заметил моё беспокойство Бен.

– Нет, спасибо, я и так уже отняла кучу твоего времени. Я разберусь.

– Спасибо Кира, – внимательный открытый взгляд карих глаз не позволил мне так быстро выскочить из машины.

– За что ты благодаришь меня?

– За то, что ищешь дружбы

со мной. Мы ведь люди разных кругов, но ты даже больше, чем я уверенна, что я хороший парень. Думаю, Кира Прайс — это не последняя наша встреча.

– Увидимся Бен, – набравшись наглости, я даже чмокнула его в щёку.

Направляясь к дому, я снова ухватилась за мысль, за безумную нереальную мысль, что всё произошедшее с Натаном было лишь кошмарным сном. У меня уже было подобное чувство, когда погиб Маркус – мне хотелось проснуться и развеять свои страхи. Призрачная надежда на некое чудо всегда оставалась где-то в глубине сознания. Взбежав по ступеням, я порывисто распахнула дверь, и к своему изумлению, а также к скрытому разочарованию обнаружив там личного телохранителя Натана.

– Гарри? – вырвалось у меня, поддавшись порыву, я чуть было не обняла его. – Я так рада, что ты выкарабкался. У тебя были очень серьёзные травмы. Ты жив…

– Жаль, что я, а не мистер Прайс, – сдержанно ответил вышколенный боец, не пряча в своих глазах теплоты по отношению ко мне. Его преданности Натану можно было позавидовать, Гарри был вернее всякого пса, готового умереть ради своего хозяина. Как только мы начали жить с Натаном, я постоянно замечала одобрение в глазах Гарри, словно он благословлял выбор своего босса. – Я вернулся Кира, и готов дальше нести свою службу. Мои услуги оплачены пожизненно. Мистер Прайс хотел, чтобы я до последнего оставался его телохранителем, либо охранял тех, кто был ему дорог. Я был с ним в этой машине. И перед смертью Натан успел выкрикнуть ваше имя Кира.

Этого было достаточно, чтобы мои глаза снова застелили слёзы.

– Я уже не веду прежнего образа жизни Гарри, и тебе вряд ли будет интересно охранять меня в то время, как я буду читать журналы, пялиться в окно или гулять парком. Тем более, я и сама могу за себя постоять.

– Мой долг защищать вас чем бы вы не занимались Кира. Вас и вашего будущего ребёнка. Может вы и в состоянии самостоятельно разобраться с мелким хулиганьем, но гибель Натана не была несчастным случаем. До сегодня за вами присматривали люди Эйдана Прайса, теперь вашей безопасностью займусь я и моя команда.

– Что? … – Да, я подозревала нечто подобное, но, когда насилие оказалась очевидным фактом, боль моей потери ещё сильнее сжала сердце. Отец моего ребёнка мог бы жить! А я бы возможно поняла, как к нему отношусь.

– Натаниэля убили? … Почему мне ничего не сказали? Прайсы знают об этом? От шока и усталости меня снова начало мутить и раскачивать. Подхватив меня на руки как маленькую, Гарри бережно отнёс меня в гостиную, где в слишком напряженных позах уже застыли мои родители и Эрик.

– Мама, что происходит? – эта неосведомленность, чувство, что я что-то упустила, начинала меня раздражать.

– Мы бы тоже хотели знать, что происходит Кира. Люди Эйдана ополоумев от ужаса, ищут тебя по всему городу.

– А сам он злой как сто чертей, – вставил Эрик. – Что ты ему такого опять сделала?

Разговор оборвался визгом тормозов с улицы и топотом бегущих ног.

– Это Эйдан Прайс! – бросил метнувшийся к окну Гарри. – Я должен его рассматривать как угрозу?

– Если б знать, – вздохнула я.

Входная дверь с жутким шумом ударилась о стену, словно её выбили вместе с рамой. Воздух мгновенно завибрировал, передавая импульсы сильнейшей эмоции. Я уже приготовилась встретить гнев Эйдана, только я не понимала, чем это я вдруг перед ним так провинилась.