Синдром второго шанса
Шрифт:
– В аэропорт Гарри! Мы срочно летим в Лос-Анджелес, позвони и договорись о встрече с юристами Натана и его финансовым директором. Господи, пусть это будет неправдой! – взмолилась я вслух. – Только не так! Хотя, что я о нём на самом деле знаю?! Боже, ведь он на это способен! Как и я – всё ещё до сих пор умудряюсь наивно верить и запутываться в чувствах! Ведь Эйдан Прайс способен на это Гарри?
– Если можно поточнее Кира? – сдержанно произнес телохранитель, не выказывая никаких эмоций по поводу моего более чем странного поведения.
– Эйдан может хотеть жениться на мне, чтобы контролировать капитал Натана? Он разорвал помолвку, несмотря ни на что добивается
– Мне сложно ответить на это Кира, вам судить об искренности мистера Эйдана. Но в этой жизни нельзя ничего исключать.
С момента гибели Маркуса в моей душе произошёл какой-то сдвиг, я перестала чётко распознавать эмоции. Часто простые человеческие порывы, такие как восторг или гнев вызывали во мне настоящую панику и дезориентацию. Позже моё психическое равновесие якобы вернулось на своё место, но я стала путаться, стала слишком подозрительной или наоборот рассеянной. Проявления любви, даже если я видела это со стороны – приводили меня в жуткое смятение, хотя со временем во мне самой снова зародилась потребность в этом чувстве. Эта потребность преследовала меня и в этом мире, но я уже боялась боли, которую могла принести с собой любовь. Поэтому я не решалась углубиться в себя и выяснить, что же я чувствовала к Натану, поэтому я так боялась, что любовь Эйдана окажется ложью. Поэтому мне так страшно стало теперь. Я боялась, что снова запуталась, перестав различать эмоции чужие и собственные.
Отключить телефон стало вынужденной мерой, сейчас мне нельзя было общаться с Эйданом, давать объяснения почему я исчезла и куда направляюсь. Мне нужно время. Нужно собраться внутренне и поразмышлять над полученной информацией.
Юристы разжевали мне ситуацию как дважды два. В случае рождения нашего с Натаном ребенка я действительно стану официальным опекуном, имеющим право распоряжаться имуществом и счетами моего покойного мужа. Причиной лишить меня этого права может считаться моя доказанная невменяемость, тогда все права перейдут моим ближайшим родственникам, коим может выступить и мой текущий муж, так как родственность супруга является первостепенной, затем идут родители, братья и так далее. Права собственности перейдут моему новому супругу и в случае моей смерти, если это конечно же произойдет после рождения наследника. Если ребёнок так и не появится на свет – всё деньги со счетов, а также деньги, полученные с продажи имущества – уйдут в благотворительные фонды. А так как у Натана была своя львиная доля акций в отцовской компании, которой управлял Эйдан, Прайсам действительно было выгодно, чтобы мой ребёнок родился, и чтобы я была законно связана с ними. И что самое подозрительное финансовому директору уже поступили распоряжения о предоставлении полного отчёта об оборотах компании Натана и не от кого-то там из «Прайс Индастриз», а от самого главы холдинга Эйдана Прайса.
Я была в полном раздрае! Хотелось кричать, куда-то бежать, … исчезнуть. Я не знала, что мне думать и как докопаться до истины, как обезопасить себя и ребёнка, как спасти то, что можно было считать любовью, как вернуться к исходному коду. И что самое обидное, я ведь сама предоставила Эйдану доказательства. Избавиться от меня теперь будет проще простого, если ему и вправду интересны миллионы брата. Всё сводилось к тому, что ни при каких условиях мне не следует выходить замуж. Но тогда в зоне риска окажутся мои родители.
«Боже, что мне делать? Это моя кара за мою самонадеянность,
Глава 14
Я снова переступила порог этого дома, спустя полтора месяца после его гибели. Всё по-прежнему находилось на своих местах, но только даже в заполненной гардеробной чувствовалась пустота, в каждом углу, на его любимом диване, в рабочем кабинете. Его вещи … я отложила футболку Натана и разревелась. Его вещи до сих пор несли на себе его запах. Стало не по себе, тяжело, очень. Прекрасно понимая, что у меня есть сильные чувства к Эйдану, в эту минуту я осознала, что в сложившейся ситуации мне нужен Натан. Если бы он был жив …
Возможно, мои опасения по поводу коварства Эйдана были преувеличены и необоснованны, но как мне это проверить без риска разочароваться и потерять всё, включая свободу, жизнь и ребёнка? Гарри не тревожил меня, оставив со своими чувствами наедине. И я задремала прямо на полу, свернувшись клубочком на ворсистом мягком ковре.
Рассвет за окном лишь только-только серел, а проснулась я от того, что чьи-то пальцы мягко перебирали мои волосы. Каким-то образом я оказалась в кровати и что самое обескураживающее – меня обнимала мужская рука. Холодея, я начала поворачиваться, натолкнувшись взглядом на взволнованное лицо … Натана.
– Значит, это сон, – пробормотала я с грустью, погладив его по щеке.
– Наверное, – тихо ответил он, целуя меня. – Я не хотел тебя будить.
– Врёшь, – улыбнулась я. – Как всегда бессовестно и нагло.
– Ладно, разве что чуть-чуть, – его глаза тоже улыбались, жаль, что в предрассветных сумерках не была видна их синева. – Я скучаю по тебе Кира. Хотел сказать, но так и не успел – я люблю тебя.
– А я люблю тебя, – выдохнула я. Не знаю, просто захотелось это произнести, ведь это был просто сон.
Он поцеловал меня крепче, прижал сильнее, и мы занялись любовью. Такие реальные сны мне снились не часто, я даже не могла вспомнить, когда в последний раз переживаемые ощущения во сне были настолько яркими.
Я так и заснула в его объятьях, вдыхая аромат его тела, слушая дыхание. Никогда бы не просыпалась, но в дверь молотили, а затем меня уже тряс за плечо Гарри.
– Кира! Кира вы в порядке? – его обеспокоенное лицо меня разозлило.
– Какого чёрта, Гарри Темпл?! Мне снился такой шикарный сон!
– Звонит ваш брат, там что-то произошло. Мне очень жаль, но кажется, это срочно, – бесстрастно сунув мне в руки свой телефон, Гарри вышел, плотно прикрыв за собой дверь. И мне некогда было спрашивать зачем он уложил меня в кровать да и ещё раздел при этом – в трубке уже надрывался Эрик:
– Кира, я прошу тебя, приезжай! У меня двадцать четыре часа, если ты не вернёшься – делу о наркотиках дадут ход. Эйдан тогда замял его, но сейчас он не в том настроении. Приезжай и поговори с ним, это единственное, чего он хочет! Жесть, настолько он злющий!
– Ладно, успокойся. Буду уже сегодня. Но в следующий раз, прежде чем рассчитывать на длинные руки Прайсов – подумай Эрик, что расплачиваться за совершённые проступки всё равно когда-нибудь придётся.
Я включила телефон – неимоверное количество пропущенных звонков и не прочитанных сообщений от Эйдана Прайса и Бена Райли. Пришлось спешно собираться, но в душе меня ждал очередной шок. Моя шея, грудь, плечи были покрыты множественными засосами, и в чём я точно была уверенна – появились они не вчера, а сегодня ночью. А ночью…