Синдром синей бороды
Шрифт:
— Так и сказала? — нахмурился Греков: в шею б гнать таких специалистов!
— Ага. Она веселая, все время смеется над тем, что я говорю.
— И где ж ты с таким чудо-доктором познакомилась? — не скрывая желчи, спросил Вадим.
— Вероника Львовна устроила.
— Какая у нас хозяйка добрая.
— Да, — серьезно приняла похвалу девушка. — Она замечательный человек, просто сложный. Так и жизнь у нее сложная.
— Не заметил. И сколько с тебя, как с протеже замечательной женщины берут?
— Я бесплатная, —
Вадим лишь сильней сжал руль, жалея, что обод не шея Вероники и не сердце брата. Раздавил бы!
— Вы в близких отношениях с Егором?
— Да-а.
Вадим покосился на девушку: она действительно гордится этим или ему послышалось?
— Насколько близких?
— В очень, очень!
— Давно?
Лика задумалась и выдала торжественно, как пионер клятву:
— Это секрет!
— Стра-ашный?
— Нет.
— Но мне не скажешь? Даже мне? А если обижусь?
Лика наморщила лоб, пребывая в сомнениях: обижать Вадима, она категорически не хотела, но нарушать данную Егору Аркадьевичу клятву не имела права.
— Не могу, Вадим, прости. Я тебе все что угодно скажу, все-все, только о секрете не спрашивай. Нельзя хороших людей подводить, это не правильно. Мне доверили тайну, надеясь, что я ее сохраню. Как же можно нарушить данное слово и подвести доверившегося тебе человека?
`Вольно ж тебе, Егор, над беззащитной девчонкой изгаляться', - скрипнул зубами Вадим все больше мрачнея: `Ладно, братец считай, что шею ты под веревку уже приготовил'.
— Ты всегда слово держишь?
— Конечно. Некрасиво иначе-то.
— Всегда правду говоришь?
— Бог лжи не любит.
— Бог… Эх, где ж твой Бог-то, Лика?… Эта касса?
— А? Да.
Вадим остановил машину на стоянке напротив здания и заявил:
— Обещай, что будешь сидеть в машине и не сдвинешься с места.
Лика сразу побледнела, испугавшись. У Вадима ком к горлу подступил: что ж он с ней делать-то будет? Ведь не бросишь теперь…
— Послушай меня малыш, — обнял девушку успокаивая. — Я очень быстро вернусь, ты и понять не успеешь, уходил ли я. На улице дождь — зачем тебе мокнуть? И потом, я знаю, как быстро разобраться со счетами, а ты нет. Так что, сиди и жди меня. И помни — моя машина твое убежище, а не тюрьма. А чтоб не страшно было, закрой глаза, поспи. Хорошо?
Лика закивала, соглашаясь, но глаза умоляли — не оставляй меня здесь одну!
Вадим вздохнул, и решительно вылез
С белозубой улыбкой сунув в окошко квитанцию и зеленую бумажку, Вадим был мгновенно обслужен, в обход ретивых старушек в очереди. Дородная женщина рявкнула на возмущенных пенсионеров решивших слететь всем кварталом в один день в ее окошко, пробила квитанцию и довольная наваром с милейшей улыбкой подала мужчине бумаги, мужественно приподняв свое тело со стула:
— Mersi mosheremi! — проворковал Вадим и стер улыбку, вылетая из сберкассы. Да, давненько он подобным экстримом не занимался…
— Жива? — облегченно улыбнулся, встретившись с вполне нормальным, спокойным взглядом Лики.
— Угу.
— Что у нас дальше по плану?
— Химчистка. Нужно забрать Машину дубленку.
— Вперед.
— Ты вымок, — провела по его влажным волосам Лика. — Простудишься из-за меня.
Вадим замер, млея под лаской ее рук: когда, кто искренне заботился о нем? Гладил как мальчишку не `потому что' и не `из-за того что', а просто так, ничего не прося, не требуя, не подлизываясь.
И приник к губам девушки, благодаря за тепло. Обнял, и она податливо прильнула к нему. Интересно, если б он взял ее здесь и сейчас, она бы воспротивилась, возмутилась?
И кольнула ревность в сердце: она со всеми такая? С тем Володей, с Егором? Была? Есть?.. Черт, какое ему дело?!
Отстранился, и завел машину: что-то он сегодня слишком часто черта поминает.
— Лика у вас что-то было с Егором?
— Почему было? Есть.
Вот почему он взял с девушки клятву держать их отношения в секрете! Еще бы!
— А если я попрошу тебя держать и наши отношения в секрете, тоже будешь молчать?
— Буду, — кивнула с готовностью.
— Даже если я тебя брошу?
— Ты не можешь меня бросить, мы можем расстаться.
В чем логика? — выгнул бровь Вадим.
— Расстаются по обоюдному согласию.
— Нет. Расстаются, когда ничего не держит.
— Не всегда. Но спорить не буду, не в том суть. Ты не ответила: если я порошу…
— Я сделаю все, что ты попросишь, — заявила твердо, преданно глядя на него.
— Все, все?
— Да — все!
— И всегда делаешь, все что попросят?
— Да.
— А если попросят убить человека?
— Нет, — улыбнулась Лика. — Хорошему человеку подобного и в голову не придет, а я общаюсь лишь с хорошими.
— Егором, например.
— Да, он замечательный…
Вадиму было невыносимо слышать наивно-восторженные сентенции девушки по поводу человека, которому все равно на нее, который умеет лишь пользоваться и использовать. Ладно, она глупая недопонимает в силу своей поврежденной психики, но Егор-то?! Да сто процентов — как выражается Ярослав: понимает! И без зазрения совести пользуется. А что? Оч-чень удобно!