Сильнее цепей
Шрифт:
– Всё, хорош лапать свою госпожу, – пришёл мне на помощь Род, видя моё замешательство, и парень с неохотой отстранился.
Ринал моего пирата неожиданно пискнул, и лицо Родни помрачнело, когда он глянул на браслет.
– Полина, помнишь, я говорил, что могу сорваться и убежать в любую минуту? Этот момент настал. Фалентия сейчас приведут мои сотрудники. Одежда Энди передана Майку. Эти белые штаны пусть оставит себе, возвращать не надо. Твои рабы уже закупились всем необходимым. Хорошей тебе дороги до поместья и приятного новоселья! Жди меня в гости в ближайшие дни, – приобняв, он поцеловал меня в висок, и я не успела
– Э-э-эм, госпожа… а можно вопрос? – в повисшей тишине раздался голос Энди.
– Да, – откликнулась я.
– А когда вы успели так с ним подружиться? – парень был озадачен.
– Сама в шоке, – отозвалась я и направилась к выходу.
Фалентий уже дожидался нас в фойе, сияя, как сверхновая. Он и правда помолодел лет на пять и выглядел отлично.
Нашла взглядом Даниэля – он сидел на стуле равнодушной ко всему куклой.
– У вас потрясающая везучесть, госпожа Полина Князева! – подскочил ко мне консорт, едва завидев. – Заполучить браслет госпожи Виолы Этери, годовой абонемент на бесплатное медицинское обслуживание в лучшем медцентре на всём полушарии и самого Родни Стоуна в друзья – это на грани фантастики! Вы в этом мире всего пару часов – и уже такие потрясающие результаты! Боюсь даже представить, что будет дальше.
– Надеюсь, это везение не повернётся ко мне хвостиком, когда я окажусь в своём поместье, – отметила я.
Фалентий тут же переключился на моих рабов, активно подгоняя всех к выходу.
А на улице меня подстерегал очередной шок.
Одно дело – понимать, что ты выделила деньги на покупку лошадей с телегами, и другое – видеть их перед собой. К такому жизнь меня не готовила.
– Это всё моё? – растерянно пробормотала я, рассматривая обоз из семи красивых больших лошадей, запряжённых в огромные телеги из светлого дерева. Четыре повозки были загружены под завязку, а три пустовали.
А в самом начале стояла карета с двумя белыми конями. Высокая, стильная, с позолотой и декоративными элементами – она была достойна королевы. Я раньше такое только в исторических фильмах видела.
– Конечно, – снисходительно улыбнулся Фалентий. – Должен признать, вы приобрели довольно толковых рабов и отличного управляющего, которые раздобыли замечательный, очень качественный товар. Ещё одно доказательство вашей везучести.
– Точно… – пробормотала я, направляясь к карете вслед за консортом.
Тим распахнул дверцу, а Сэм неожиданно подхватил меня на руки и занёс внутрь, после чего усадил на мягкую, оббитую бархатом лавку. Близнецы устроились по обе стороны от меня, а Фалентий, Даниэль и Энди уселись напротив.
На передке – на так называемых козлах – сел Майк, выполняющий роль кучера, несколько рабов вскочили на коней, а остальные парни расположились в трёх телегах.
Тараканы в голове дружно запели песню «Гуляй, шальная императрица», и карета тронулась, увозя меня на новое место жительства, к очередным приключениям.
Глава 17. Поместье
Такие вот повороты судьбы: ещё пару часов назад я зашла в кондитерскую за тортом – заедать свою печаль, – а теперь вот мчусь в карете во главе колонны коней с телегами. А кругом – бескрайние зелёные поля, высокие остроконечные деревья, южное раздолье. Другой мир. Как говорится, приплыли.
– Позвольте уточнить, уважаемый консорт Фалентий, –
– Да? – милостиво улыбнулся он.
Судя по довольному лицу и расширенным зрачкам, ему в медцентре не только омолаживающие процедуры делали, но и вкололи что-то для поднятия настроения и созерцания розовых единорогов. Но спросить его про женский гарем, которого я чудом избежала, так и не решилась. Да и вряд ли он станет откровенничать при стольких свидетелях, пусть даже и рабах. Задала другой вопрос:
– Вы проводите меня до поместья, и что потом? Как вы вернётесь?
– Об этом не волнуйтесь. У ворот Риверсайда меня уже ждёт карета. Но в любом случае спасибо, что беспокоитесь за мою персону, – ответил старец.
По голосу было ясно, что моя забота ему приятна. По-моему, этому старичку элементарно не хватает внимания.
– Кстати, о каретах. Мне любопытно: я вроде только на телеги деньги давала. Или у вас позолоченные экипажи по цене тележки котируются? – уточнила я.
– Общая сумма, выделенная вами на покупки, составила шестьдесят тысяч тайров, – назидательно произнёс Фалентий. Ему бы банкиром работать, а не похитителем иномирных девиц. Чужие деньги он считает отлично. – А примерная цена этой кареты – триста тысяч. Рабы не могут превысить выделенный лимит по сумме. И какой из этого можно сделать вывод?
– Мы её украли? – ляпнула я первое, что пришло в голову.
Фалентий заливисто расхохотался, аж до слёз:
– Ну что за криминальные мысли? Вам её просто подарили! Должен сказать, что вы филигранно впечатлили доктора Родни Стоуна, причём всего за несколько минут. И это после того, как назвали его уродом! Этот тип, конечно, довольно рисковый и безбашенный, но, несомненно, очень богатый.
– Это подарок от Родни? За триста тысяч? – у меня отвисла челюсть.
– Я же говорил, что ваша везучесть на грани фантастики, – ответил консорт.
– Точно… – заторможенно кивнула я, приходя в себя от услышанного.
– Но вообще он всё сделал правильно. Это очень практичный подарок. Уж он-то знает, что в этом мире конфеты оценивают по обёртке. Даже если внутри далеко не шоколад. Вот мы и приехали! – оптимистично воскликнул Фалентий.
Карета остановилась через минуту, подвезя нас к массивным деревянным воротам. И эти двери, и покосившийся высокий забор выглядели очень старыми и требовали ремонта.
Здесь же стояла ещё одна карета, о которой говорил Фалентий. Моя была белой, изящной и позолоченной, а его – синей и простой, как куб на колёсиках. Старец махнул рукой вознице, дав команду дожидаться его сколько потребуется.
Открыть ворота удалось с большим трудом и под чутким руководством Майка, после чего наша колонна покатилась дальше, к особняку.
Дом был далеко не новым, но он мне понравился. Двухэтажный, довольно высокий и большой, со светло-коричневыми каменными стенами и большими окнами, он вызвал в моей душе ощущение уюта.
А вот всё, что было вокруг него, навевало печаль и вызывало воспоминания о моём утраченном антидепрессанте – тортике. Запустение и разруха.
Первое, что бросилось в глаза, – это полуразвалившийся сарай. Через дыры в его стенах было видно, что там когда-то были то ли длинные большие полки, то ли нары. Недалеко от него находился обгоревший колодец. А поодаль я разглядела нечто, напоминающее конюшню.