Сильмариллион (перевод Lex Hellhound)

Толкин Джон Рональд Руэл

Халадин не подчинялись вождям и правителям и селились малочисленными группами; каждое такое поселение находилось на расстоянии от другого и жило по своим собственным законам, поэтому процесс объединения Халадин был медленным. Однако нашелся среди них один человек по имени Хальдад, талантливый и не ведавший страха; он собрал всех храбрецов, каких только смог найти, и отступил с ними к участку земель меж слиянием Аскар и Гелиона. На самой крайней оконечности этого треугольника он возвел частокол, тянувшийся от берега одной реки до берега другой; за этим укреплением они спрятали всех женщин и детей, каких им удалось спасти. Здесь они долгое время просидели

в осаде, пока не закончились все их запасы продовольствия.

У Хальдада было двое детей, двойняшек — дочь Халет и сын Хальдар. Оба отчаянно и храбро сражались, ибо Халет также обладала отважным сердцем и была довольно сильной женщиной. Однако во время одной из вылазок против орков Хальдад оказался убит, и Хальдар, бросившись вызволить тело отца у орков, погиб рядом с ним. Тогда Халет пришлось возглавить людей, хотя надежды на спасение у них практически не оставалось. Некоторые из отчаяния даже бросались в реку, стремясь избежать мучений. Однако семь дней спустя, когда орки на последнем заходе сумели прорваться через ограждение, в воздухе неожиданно раздался звук боевых труб, и с севера на помощь к людям пришел Карантир во главе своего воинства; вскоре орки оказались загнаны в воды рек.

Карантир приветствовал людей с благосклонностью, и особые почести оказал Халет; он даже предложил ей компенсацию за утрату отца и брата. Осознав, сколько доблести кроется в сердцах людей, он сказал ей:

— Если вы захотите покинуть эти земли и перебраться дальше на север, то я обещаю вам дружбу и защиту Эльдар, а еще в ваше распоряжение будут предоставлены свободные земли.

Однако Халет была горда и не желала ничьего покровительства или господства, и большая часть Халадин разделяла это мировоззрение. Поэтому она поблагодарила Карантира за предложение, но отказалась его принять:

— Моя дальнейшая дорога уже определена, лорд. Мы покинем тень гор и отправимся на запад, куда ушли прочие наши собратья.

И когда Халадин нашли всех, кто сумел выжить и попрятался от орков в лесах, а также забрали остатки своего добра из сожженных домов, они признали Халет своей предводительницей.

Она повела их в Эстолад, где они и осели на некоторое время. Однако Халадин держались особняком, и впоследствии люди и эльфы стали называть их Народом Халет. Последняя правила ими до самой своей смерти; однако она так никогда и не вышла замуж, поэтому после ее смерти Халадин возглавил Хальдан, сын ее брата Хальдара.

Прошло совсем немного времени, и Халет вновь потянуло на запад; несмотря на то, что большая часть ее народа была против дальнейшего похода, она все же повела их вперед. Без помощи и наставлений Эльдар им удалось пересечь Келон и Арос, после чего они оказались в полной опасностей земле меж горами Ужаса и Завесой Мелиан. Здесь по тем временам было не настолько опасно, как стало впоследствии, однако путь этот для смертных безо всякой помощи со стороны был непосилен, и лишь ценой больших усилий и многочисленных потерь Халет удалось провести по нему свой народ; одной лишь силой своей воли она заставляла их двигаться вперед.

В конце концов Халадин перешли Бритиах, и к тому моменту многие горько сожалели о том, что отправились в это путешествие; однако пути назад уже не было. Поэтому они попытались устроить свою жизнь в новых землях по возможности лучше; они построили себе жилища в лесах Талат Дирнен, лежавших за речкой Тейглин, а некоторые забредали порой до самого Нарготронда. Тем не менее, среди Халадин оставалось еще немало тех, кто

любил леди Халет и готов был следовать за ней куда угодно, во всем подчиняясь ей; этих она увела в Бретильский лес, что простирался меж Тейглин и Сирионом. Сюда в недобрые времена, что вскоре пришли в эти земли, бежали многие из рассредоточившихся в окрестностях представителей народа Халадин.

Однако лес Бретиль, хоть и находился за пределами Завесы Мелиан, все же считался частью царства Тингола, и он поначалу собирался запретить Халет находиться в нем. Но Фелагунд, которого с Тинголом связывала крепкая дружба и который был наслышан обо всех невзгодах, что довелось перенести народу Халет, убедил Короля сделать для них исключение. Таким образом, Халет было разрешено поселиться в Бретиле, но с условием, что ее народ должен был защищать переправы через Тейглин ото всех врагов Эльдар, и не пускать орков в этот лес. Халет на это отвечала:

— Где Хальдад, мой отец, и где мой брат, Хальдар? Если король Дориата опасается возникновения дружбы между Халет и теми, кто пожрал ее семью, тогда мне совсем непонятен образ мышления Эльдар.

И Халет до самой своей смерти оставалась в Бретиле; народ ее возвел над ее могилой, что находилась в самой возвышенной части леса, зеленый курган — Тур Харета, Могила Леди. На синдарине он назывался Хауд-эн-Арвен.

Вот так и получилось, что Эдайн расселились по всем землям Эльдар; кто-то здесь, кто-то там, а некоторое вели странствующий образ жизни, или поселялись небольшими племенами. Многие из них вскоре выучили язык Серых эльфов, стремясь получить доступ к знаниям эльфов, но использовали его также и для общения между собой. Однако с течением времени правители эльфов решили, что негоже эльфам и людям жить вперемешку, безо всякого разделения, и что людьми должны были управлять представители их собственного народа. Тогда они отграничили земли, где проживали люди, и назначили для них вождей, свободных править своими племенами по собственному усмотрению. Эти народы стали помощниками Эльдар в войне, хотя в бой их вели собственные вожди. И все же многие из Эдайн предпочитали дружбу эльфов; они по возможности остались жить среди них, а молодые люди нередко поступали на службу в эльфийские войска.

Хадор Лориндол, сын Хатола, сына Магора, сына Малаха Арадана, пришел в дом Фингольфина еще совсем молодым и стал любимчиком короля. Фингольфин назначил его правителем Дор-ломина, куда перебралось жить великое множество его соплеменников, и Хадор стал одним из величайших вождей Эдайн. В его доме говорили только на эльфийском, хотя их собственный язык не предавался забвению; именно из смешения этих двух языков и появился на свет общий нуменорский.

Тем временем в Дортонионе власть над народом Беора и страной Ладрос была предоставлена Боромиру, сыну Борона, который был внуком Старика Беора.

У Хадора было двое сыновей — Гальдор и Гундор; у Гальдора, в свою очередь, также было двое — Хурин и Хуор. Хурин стал отцом Турина, Погибели Глаурунга; Хуор дал жизнь Туору, отцу Эарендиля Благословенного.

Сыном Боромира был Брегор, ставший отцом Бреголаса и Барахира; у Бреголаса впоследствии было двое сыновей — Барагунд и Белегунд. У Барагунда была дочь Морвен, ставшая затем матерью Турина; а дочерью Белегунда была Риан, мать Туора. Сын Барахира, Берен Однорукий, завоевал любовь дочери Тингола, Лютиен, и сумел вернуться из мертвых; от их союза появилась на свет Эльвинг, ставшая затем женой Эарендиля и прародительницей всех нуменорских королей.