Сила Трех
Шрифт:
— Понял? — спросил он Сири.
Сири поковырял в ухе пальцем:
— Ну вот, теперь там тоже вода. Ладно. Попробую.
Он опустил руки в воду и встал на четвереньки — напряженно и очень тихо. По его лицу Гейру стало ясно, что эта задача для Сири не из легких. Шли минуты, а Сири не двигался, и гримаса непомерного напряжения на его лице не менялась, и Гейр уже решил, что у Сири и вовсе ничего не получится. Надо было уговорить брата наслать на доригов Помысел, пока у Сири еще оставались силы.
— Ну? — шепнула Айна. — Да или нет?
Сири чуточку расслабился. Вид у него стал озадаченный.
— Да, кажется.
— Если
Сири помотал головой и с сочным хлюпом сел на пятки.
— Вроде бы получилось. Теперь само работает. Только все время лезет всякая музыка.
— Ну что, ждем? — спросила Айна, стараясь не выдать нетерпения.
Сири кивнул.
Они стали ждать. Проползло полчаса — как будто две недели. Солнце постояло в зените и начало садиться. Вода в луже прогрелась и стала чуть ли не теплая, но дети все равно дрожали. Семеро из доригов спали. Двое часовых лежали, развалясь, и только время от времени слегка шевелились. Судя по всему, им было восхитительно удобно.
— Ненавижу эту лужу! — сказала Айна.
Солнце прошествовало по небу, отмерив еще полчаса. С каждой минутой надежды Гейра угасали. Ничего не произойдет. И каким надо было быть дураком, чтобы думать, будто что-то изменится! Гейр подождал, пока солнце проползет еще полчаса — самые длинные полчаса из всех. Потом он бросил глядеть на небо и посмотрел на Сири. Гривна у Сири почернела больше чем наполовину. Он сидел, раз в минуту сотрясаясь всем телом, словно его била судорога. Зубы у него стучали, словно деревья в рощице на ветру. У Гейра едва хватило духу еще раз его окликнуть.
— Сири!
Сири медленно поднял голову. Гейр глазам своим не поверил: Сири был в восторге. Он прижал к губам палец и помотал головой. Айна вывернула шею поглядеть на брата и просияла от надежды.
— Что? — беззвучно спросил Гейр.
Сири нахмурился.
— Кто-то, — прочли они по его губам.
Спустя несколько мгновений ветер донес до них чей-то слабый голос. Все трое посмотрели на доригов — а вдруг они тоже его услышали. Никто не шелохнулся. Дориги лежали, растянувшись в седой траве, серебристые и почти невидимые. Если они что-то и уловили, то, наверное, не обратили внимания.
Еще несколько мгновений спустя голос стал громче. Гейру даже показалось, что он, глядя слезящимися глазами против солнца, заметил какое-то движение — там, южнее рощицы. Вроде бы там шел кто-то большой и темный. Потом из-за высокой травы и солнца ничего не стало видно. Снова уловив движение, Гейр уже точно разобрал, что это великан, но не та великанша — фигура была узковата. После этого Гейр уже совсем ничего не видел и сидел в луже на корточках, волнуясь и гадая, найдет их великан или нет.
Слабая нить голоса все крепла. Голос был очень тонкий и явно приближался. Но земля не дрожала и трава не шумела. Далекий великан, если это вообще был великан, шагал с невеликанской осторожностью. При этом казалось, будто он все время говорит сам с собой. Доригов это, видимо, ничуть не тревожило. Они по-прежнему нежились и дремали.
И вдруг великан вынырнул из травы у края рощицы — гораздо ближе, чем рассчитывал Гейр. «Вот это да!» — подумал Гейр. Это был Джералд. Вид у великана был деловитый и чуть ли не злой. Одна рука была согнута, и в ней виднелась какая-то длинная железная штуковина с деревянной рукоятью — наверняка великанское оружие. В другой руке Джералд бережно держал волшебную шкатулку. Шкатулка была совсем не такая, как
Сири и Айна глядели на него в полном отчаянии. Сири больно вцепился Гейру в ухо и зашипел:
— Что же нам делать? Это была не та шкатулка!
Гейр ничего не ответил, так как вовсе не был уверен, что один великанский мальчик с одной великанской дубинкой сможет справиться с девятью взрослыми воинами-доригами.
Глава 9
Теперь великан зашагал быстрее, потому что знал, куда ему идти. Хотя он пристально смотрел в сторону скорчившихся в луже Айны, Гейра и Сири, пока он их не видел. Наверное, он был ненаблюдателен, как все великаны, и принял их за пучок тростника. Айна и Сири ужасно перепугались и от души надеялись, что он так их и не разглядит. Гейра так и подмывало помахать ему или окликнуть, но это насторожило бы доригов, а Гейру казалось, что для Джералда лучше всего застать их врасплох.
Когда Джералд оказался в пяти ярдах от лужи, дети уже прекрасно слышали его шкатулку. Голос, доносившийся оттуда, был, кажется, голосом Сири — он все говорил и говорил, но иногда сквозь него прорывалась тихая музыка.
Тут великан их увидел. Он остановился, и вид у него был обескураженный и отчасти даже возмущенный. Шкатулка с резким щелчком умолкла. Айна и Сири съежились. Если бы они могли, то нырнули бы сейчас в воду с головой. Не успел Гейр ничего сказать, как великан снова двинулся к ним, на этот раз обычными своими тяжелыми шагами, и заговорил привычным надменным голосом. Доригов он просто не заметил.
— Эй, это вы те ребята, которые…
И тут он наступил на дорига.
Дориг вскочил, завопив от ужаса. Мгновение спустя под огромным башмаком Джералда извивалась и билась громадная серо-зеленая щука. Великан поспешно отскочил, завопив даже громче дорига. Вопли подняли остальных доригов. Они вскочили, шлепнулись обратно рыбами, а потом снова взмыли туманными столбами и снова сгустились в доригов, а великан метался туда-сюда по берегу лужи, побелев так, словно ему стало худо. Тут главный собрался с мыслями и заорал: «Птицы!!!» Все девять доригов заколыхались, почернели и превратились в девять крупных ворон, которые тут же сбились во взволнованную стаю. Великан ошарашенно уставился на них, тяжело дыша и дрожа от холодного ветра, который они подняли. Айна едва не расплакалась. Ведь если все дориги заснули, они могли бы спастись без всякого великана.
Джералд понемногу пришел в себя. Он повернулся к Гейру.
— Вижу, вы влипли, — заметил он. — И что мне делать?
Гейр поднялся, трепеща от размеров и мощи великана, и попытался улыбнуться.
— Помоги нам выбраться отсюда.
— Ладно. У меня вот ружье есть… — с сомнением в голосе начал Джералд. Тут со стороны рощицы послышался пронзительный крик. Джералд поднял глаза и скривился от отвращения. — Еще не хватало!
Сквозь деревья ломилась великанша. В одной руке болталась волшебная шкатулка, в другой была зажата здоровенная железная кочерга. Деревья гнулись и трещали, не в силах сдержать великанский натиск. Лужа покрылась рябью. А когда великанша затопала по траве, от ее ног оставались глубокие вмятины, залитые водой. Было ясно, что великанша вне себя от злости.