Сила Боли

Зверев Павел Александрович

— Насколько мы вообще близки к внешним границам Нижнего? — поинтересовался я.

— Считай, — задумался Зак, — половину того расстояния, что от нас, до Стены. Километров десять-двенадцать.

Разум на понятные для меня меры измерения слова Зака перевел без излишнего напряжения.

— А сам Верхний размеры какие имеет? — впечатлившись, выдал я.

— Считай, от воды до Стены на севере порядка шестидесяти, — пробормотал Зак, пребывая в расчетах. — Ну, там еще Нижний так же на тридцатку в среднем разросся уже. Если не больше. Давно там не был, поэтому отвечать за свои слова не могу. Хоть у нас запад, в основном, и отвечает, за наплыв всякого разного сброда, но северная часть города тоже,

за счет, магопроизводства всякого, разрастается не хуже. Это у нас тут армейские не больно нуждаются в рабочей силе. А там, — Зак только рукой махнул, — и зелья на ком-то испытывать надо, и учеников натаскивать на живую плоть тоже.

А я слушал и тихонечко выпадал в осадок от размеров.

Получается, весь город размеры имеет порядка ста квадратных километров? Это ж, как они без машин вообще такие расстояния преодолевают!? И это всего лишь один город! Пускай и столица!

— Не зря большая часть тюрем как раз в северной части и располагается, — фыркнул Клим.

— Кроме Короны, — хмыкнул Зак.

— Кроме Короны, — тяжёлым вздохом подтвердил бывший следователь.

— Что за Корона? — не мог не спросить я.

— Фальшивая, значит, поговорка? — хлопнул Зак своей лопатой по плечу Климу.

Тот что-то промычал в ответ, но развивать эту тему не спешил. Оно и понятно: с моей отмазкой в виде «чистого листа» знаком только он.

— Даже самый вшивый северянин о Короне слыхивал! — хохотнул сам себе Зак, а после, видимо вспомнив, кто я такой, с клацаньем закрыл челюсть.

— Нервничаешь что ли? — бросил я на него взгляд. — Проблем на рынке ждем?

— Нижний никогда не спит, — скривился Зак. — О кончине Лика с наседкой все, кому надо, узнали в течении часа. Так что да, либо Гитцу со своими шлюхами уже роток позарила, либо, ну, Картен наврятли. Но это основные игроки наших районов. Ключевое здесь «наших».

— Гитцу, — протянул я имя. — Коротко: кто, что и сколько.

— Гитцу, — как лимон съел, сморщился Зак. — Три борделя, одна гостиница. Это из крупных. В основном бабье под рукой, но там такое бабье, что ни каждый мужик против слово скажет. По беспределу не ходят, но работают жестко. Считай, к мужской части у каждой из них свои личные счеты. Прибавь к этому связи с армейскими, ибо потрахаться все горазды. Отсюда и снаряжение ни чета нашему. Её сам Слепой оприходовать хотел, во всех смыслах, но что-то не срослось там. А это, сам понимаешь. Обычно дура эта на соседей не лезет, но сейчас может. Лика она побаивалась, хоть отношения и всегда были на уровне полудружеских. Тут, считай, Картен зализывает раны, Седогрив с доков проблемы какие-то имеет, а мы теперь лакомый кусочек.

— Разберемся, — сморщился я.

Очередная тонна информации, которую придется брать в расчет. А вообще мне бы собственные силы проверить, да желательно в серьезной такой заварушке. А то уверенность в себе это, конечно, хорошо, но надо бы её на что-то завязать. Нет, Лика и Волта, допустим, опасались. Не боялись, нет, но опасались. А я их походя, можно сказать, и отправил к проотцам. Как и пару длинноухих, как и Хруса с кучей его мородоворотов, да. И, что это мне дает? Самоуверенность мне это дает, у которой на поводу ни в коем разе идти не стоит. Ибо там у Мастера я звезд с неба не хватал, откровенно говоря.

— В жилой входим, — отвлек Зак.

Местность вокруг и правда изменилась. Причем достаточно кардинально. И, если изначально эти изменения не так сильно бросались в глаза, то сейчас я только и делал, что глазел по сторонам.

Жилой район Нижнего города это что-то с чем-то. Многоуровневые лачуги, возвышались как бы ни метров на пятнадцать. Узкие улочки с узкими же сточными канавами, и хорошо хоть каменное основание дорожек. Сами дома представляли собой

сборную солянку всякого хлама. Местами камень, где-то дерево и даже встречались листы железа, больше похожие на ромбы чешуи. Таких, правда, было маловато и все они базировались в основном на вторых этажах. А вот по самому верху эти жилые муравейники и вовсе местами соединялись крышами. Это порождало пересветы солнечных лучей и тени, погружая местность в извечный полумрак.

— Что? — криво усмехнулся Зак, обращаясь к Климу. — После Верхнего тесновато, да?

Выглядел Клим, словно побитая собака. Подавленный взгляд, голова, втянутая в плечи и глаза по пять копеек. Ну, оно и понятно.

Смотря на местный люд я так же испытывал не самые приятные ощущения. Больно уж отпечатались в мозгу и одежды, да и в принципе просто обстановка Верхнего. Здесь же, здесь всё было иначе. Сильно иначе. Особенно с учетом, что людей вокруг было предостаточно. Да и детей хватало, причем детей, занятых самыми разными делами. То стайка девчонок с корзинками грязных вещей пробежит. То пацанята, лет пяти, будто бы игрушечными лопатками прочищали сточные канавы, заставляя грязную воду уходить дальше.

А еще имелись здесь и магазины. За решетчатыми дверьми и окнами. Прутья толстые, окошки для выдачи маленькие. Еды на продаже хватало, только вот очередей я там почему-то не видел. Зато запахи ощущал сильно уж четко. И превалировал вокруг запах затхлой гнили. Не яркий, нет. Но он пропитал собой всё, превращаясь в фон.

— Есть негласное правило, — нарушил молчание Зак, — не устраивать разборки в жилых кварталах. Знаешь, в чем самое забавное? Наши все ему следуют неукоснительно. А вот гости с Верхнего плевать на это хотели. Пустырь у нас видел? Вот он лет двадцать назад таким же был. Пока детишки одной высокородной ублюдицы не решили удаль свою показать.

— И? — нахмурился я. — Последствия для них были какие?

— Какие последствия, Ку, кхм, Рэм!? — невесело усмехнулся Зак. — Нет, Слепой после вмешался и даже самолично прекратил бой. Только толку то? Он и пальцем их тронуть не посмел. Лишил сознания и выкинул у стены. Это максимум на что он мог пойти.

— Весело, — протянул я, наступая на горло своей злости.

Не хотелось мне местных пугать своим тихим рычанием.

Дальнейший путь мы прошли в тишине. Занял он порядка часа, а трущобы всё никак не кончались. Дома уходили то выше, то опускались до одного-двух этажей. Очень редко встречались небольшие площади эдаких перекрестков. Здесь, как правило, дома имели чуть более презентабельный вид, нежели глубоко внутри. Даже люди, нет-нет, но попадались в чистой одежде. Мужчины, женщины, старики, дети — хватало всех. Причем хватало с избытком таким, что гам невольно забивал слух полностью. Люди жили, да и не только люди, ибо встречал смесков с абсолютно разными чертами. У кого кончики ушей чуть заостренные, кто рост имел порядка полутора метров, а у кого и цвет кожи сильно уходил в сторону то темно-янтарных оттенков, то с зеленоватым, каким-то болотным налетом. Пусть подобные и встречались один на сотню, но не заметить их было просто нельзя.

— Обычно жилые районы растут вокруг мест, где вода ближе всего к поверхности, — пояснил Зак. — Без воды здесь вообще тяжко. Это по Верхнему маги вытянули её наверх. А здесь это никому не надо.

— Я смотрю, — криво усмехнулся я, — здесь прямо всё для людей.

— Есть места еще хуже, — вместо Зака мрачно ответил Клим. — Я как-то по пограничным городам мотался с практикой, так вот там всё намного хуже. Точнее, там и городами места особо не назовешь. Зачарованные стены это всё, на что хватило сил, да и желания военной машины. Ну, еще, пожалуй, для элитных войск кое-какие удобства, а простой люд там под открытым небом и живет.