Шутка
Шрифт:
— Да, беда. Мужиков-то у вас в доме трое. Как прожить? Некоторые на иномарках разъезжают. А народ голодает.
— Потому и голодает. Неужто они честным путем богатство такое заработали?
— Где уж, честным! — покачала головой бабка. Потом таинственно понизила голос. Мила насторожилась: — Этого-то помните, Маргарита Олеговна, что с вами в одном подъезде живет? Парень-то такой больно ладный?
— Тимур?
— Ну, тот, у которого жена в горах, что ли, нынешней весной погибла?
— Да. Помню. Ах он, бедолага!
— Да уж, — поджала губы бабка. — Бедолага. Не успел одну схоронить, как другая с ним уже катается на этой самой иномарке.
— Как милиция? — ахнула Маргарита Олеговна, со страхом подвинув к себе сумки.
— Да так. Подошел ко мне сегодня один. Вот всего за полчаса как вам прийти. Удостоверение показал. Капитан, мол, такой-то. Уголовный розыск. Фамилию я только не запомнила. Но все чин по чину. И спрашивает, кто к этому Тимуру приходит, не выносил ли он последнее время из дома какие-нибудь вещи, не видела ли я его у подъезда в вечернее время. Я-то частенько допоздна на лавочке сижу.
— И что?
— Как не видать? Катается туда-сюда со своей девкой. Когда один. А жену-то весной только схоронили. Ну, поговорили мы.
— И в чем же его подозревают?
— Кто знает? Денег, видать, больно много. Ну я тому милиционеру все как есть обсказала.
— Ах-ах-ах! А такой обходительный!
— То-то и оно. Нет, Маргарита Олеговна, большие деньги, они добра не приносят. А уж если ворованные…
— Да…
Обе в такт покачали головами. И опять заговорили о ценах на рынке. Дальше Мила слушать не стала. Поднялась, засунув в сумку журнал. Неужели милиция подозревает Тимку в ее убийстве? Или в чем-то другом? Она прокручивала в уме тысячи планов. Как бы все узнать? Одни вариант: ходить за ним, держаться ближе, вдруг удастся уловить отрывок разговора по сотовому телефону? Другого ничего придумать невозможно. Не жучков же к нему в квартиру сажать, тем более что свои подслушивающие устройства там наверняка уже оставила милиция. А от милиции Миле надо держаться подальше.
Утром следующего дня она купила с рук подержанную машину. Шла по двору, увидела на «Жигулях» табличку «продается» и уже через несколько часов получила доверенность от прежнего хозяина. Осталось только дождаться удобного момента. Хорошо бы это случилось побыстрее. Иначе ее обнаружат. Или Тимка, или те, кто за ним следят.
Ей повезло достаточно быстро, на третий день. После работы Тимка заехал в супермаркет за покупками. Мила, караулившая мужа возле своего бывшего офиса, убедилась, что за его машиной на этот раз никто не поехал, и рискнула. Перед этим она, в который уже раз, переменила парик и надела очки с затемненными стеклами. Хотя она сильно похудела с того времени, как была настоящей Тимкиной женой, все равно страшновато. А вдруг он что-нибудь почувствует? Но муж был занят собственными неприятными мыслями. Выражение его красивого, еще больше посмуглевшего на летнем солнце лица было озабоченным. Мила с удовольствием отметила, что Тимка тоже сильно похудел.
«Как я могла его любить? Ну как?» — с отчаянием спрашивала себя она, для вида копаясь на полках магазина. Теперь она находила в совершенном Тимкином лице кучу недостатков. Губы слишком тонкие, брови слишком густые, и сильный загар ему не идет. В белой рубашке и светлых брюках он похож на большую черную муху, попавшую в молоко. Загадочный, надменный восточный идол.
Она услышала, как тихонько заверещал сотовый телефон. Мгновенно переместилась поближе, стараясь не поворачиваться к Тимке лицом. Даже легкий шепот Мила могла бы теперь уловить. Но Тимка говорил нормальным голосом, правда, очень
— Да. Я. Да. Звонил. Хотел с тобой поговорить. Мне в милиции сказали, что ты дала какие-то показания. Да ты с ума, что ли, сошла?! Все оплакиваешь свои побрякушки?
И Мила догадалась, что Тимка разговаривает с ее мачехой. Ох ты, как интересно!
— …Короче, я хочу с тобой поговорить. Не по телефону. У меня большие неприятности. Ты даже не представляешь себе какие! Что? Да, завтра среда. Не переживай, я найду время. Ну скажи, что погода плохая, в реке вода грязная. Ах, ты вообще в такой воде не купаешься? Тем более. Скажи, что надо поддерживать форму и, вообще, съездить в город, развеяться. Короче, жду тебя у входа в бассейн, как и в прошлый раз. Без пятнадцати три. Поняла? Все. Пока.
Теперь можно ехать домой. Пусть за Тимкой сегодня ходят менты, если будет охота, а она, Мила, поедет завтра к бассейну. К концу двухчасового сеанса, как и Тимка. Интересно, о чем он собирается говорить с мачехой?
…На следующий день Мила с утра пошла на рынок и купила новый парик. Подумала, что могла и примелькаться яркой брюнеткой с длинными, прямыми волосами. Теперь же выбрала пышный шиньон под цвет собственных пепельно-русых волос и целый час провела у зеркала, осваивая новый имидж. Очкастая, худая студентка с пучком на голове, типичный синий чулок. Длинная прямая юбка, блузка с воротничком под горло, темный пиджак.
За полчаса до окончания сеанса Мила на своих «Жигулях» заняла выжидательную позицию у входа в бассейн. Тимка подъехал минут через двадцать, вышел из машины и, явно нервничая, стал ходить взад-вперед. «Хвоста» сегодня за ним не было. Вообще, Мила успела заметить, что активность ментов в последние дни сильно поубавилась. Видимо, они осмысливали полученную информацию или вообще перестали его подозревать. Только в чем? Этого Мила до сих пор не знала. Но Тимка явно чувствовал себя не в своей тарелке. Когда из дверей вышла мачеха, он рванулся к ней так резко, что Мила даже испугалась. Сейчас начнет душить, точно. А синеглазая акула ничего. Только оскалилась, напряглась, и видно было, как они с Тимкой несколько минут о чем-то спорили. Потом почувствовали, что привлекают внимание, и, перебросившись парой фраз в уже спокойном тоне, сели по своим машинам.
Мила поехала за Варькой, все еще опасаясь, что никакого разговора между ней и Тимкой не состоится. Но нет, машина мачехи не отставала от серебристой «Тойоты». Через пятнадцать минут Мила догадалась, куда они едут. Ну конечно! Его любимый японский ресторанчик! Муж был без ума от японской кухни, считая ее одной из самых полезных в мире. Он очень следил и за весом, и за своим здоровьем. Миле сколько раз приходилось давиться сырой рыбой, в то время как Тимка был от нее в восторге! Зато теперь она с уверенностью отпустила Варькину машину и двинулась к ресторанчику своим маршрутом. Подъехала чуть раньше, бросила на обочине «Жигули» и, войдя внутрь, поспешила занять выгодную позицию.
По счастью, в ресторанчике было слабое освещение. Народу в середине дня в уютном зальчике немного, любимое Тимкино место не занято. А рядышком очень удобный для Милы столик. Искусственная пагода удачно прикрывает его от соседей. А если они сядут за другой столик, всегда можно пересесть.
Тимка с мачехой пришли именно сюда. И муж без колебания выбрал то место, к которому привык. К нему сразу же подошел официант. Мила не спешила делать заказ, она внимательно прислушивалась к словам мужа: все ли слышно? Не упустит ли она чего?