Шторм
Шрифт:
– Ты хочешь, чтобы я ушел? – спросил он. – И прежде, чем ответить «да», подумай обо всем, что я тебе принес. Я даже купил тебе эти мягкие салфетки. И, кажется, пять разных видов каплей от кашля.
Я покачала головой.
– Эви, я не силен во всех этих разговорах о своих чувствах и черт с этим, но я вроде как чувствую, что должен позаботиться о тебе. Я могу остаться здесь, по крайней мере, до завтра? Иначе, я буду сидеть поблизости в машине и переживать за тебя, а я устал. Я просто переночую здесь на полу.
Мне стало любопытно, связано ли его желание позаботиться обо мне с тем, что случилось
– У нас есть комната для гостей дальше по коридору. Можешь спать там.
– Уверена? Я могу поспать и здесь. Я все время сплю на полу, когда мы в туре.
Я и забыла о его группе и турах, и обо всем, чего я толком не знала.
– Нет, ты не будешь спать на полу. Пожалуйста, поспи в комнате для гостей.
– Я мог бы спать на диване рядом с тобой, как мы делали в грузовике.
Он подмигнул мне и положил голову мне на колени. Я инстинктивно прикоснулась к его волосам, пропуская их между пальцами. Мне действительно хотелось, чтобы он прилег со мной на диване, почувствовать его руки вокруг моих. Было бы так легко уснуть в его объятиях, когда я совершенно ослабла от действия лекарств и жара. Но я не могла допустить этого.
– Мы не может этого сделать, - прошептала я.
Разочарование отразилось на его лице, когда он встал.
– Хорошо. Я пойду в комнату, что по коридору. Зови, если тебе что-нибудь понадобится, ладно?
– Позову.
– Ты будешь спать здесь или пойдешь к себе?
– Мне нравится спать здесь.
Когда он уже выходил из комнаты, я окликнула его, у меня был хриплый и скрипучий голос:
– Шторм?
– Он повернулся и посмотрел на меня. – Я рада, что ты здесь.
Не успела я и глазом моргнуть, как он оказался возле меня и склонился над моим лицом.
– Если бы не была больна, я бы умолял показать, насколько ты рада.
По моему телу пронеслась волна тепла, никак не связанная с лихорадкой, и опустилась между ног. Он поцеловал меня в щеку и ушел. Черт бы его побрал! Как ему удавалось так влиять на мои внутренности? Я не могла отказать себе в удовольствии и любовалась его задом, когда он шел через комнату и исчез в коридоре, в комнате для гостей. Чертовски горячо! Как на мужчине могут так сидеть джинсы?
Так странно, я ощущала его присутствие в доме. Словно энергия, которая его окружала, распространилась, и я чувствовала ее каждой клеточкой своего тела. Он как теплое печенье, только из духовки, с потрясающе вкусным ароматом, которое упрашивает, чтобы ты откусила хоть кусочек.
Видимо, я сейчас в страшном бреду, раз сравниваю сексуального мужчину с шоколадным печеньем. Помоги мне, Боже. Мне необходимо либо перепихнуться, либо сесть на диету. А может, и то, и другое.
Глава 10
Какое везение, что от всех таблеток меня сразу клонит в сон, потому что в противном случае я бы вряд ли смогла уснуть, зная, что Шторм был в соседней комнате. То, что он был в моем доме, вызывало смешанные чувства: волнение и страх. Что будет, если Майкл узнает и обвинит меня в обмане? Хотя он без ума от Шторма и его группы, может он и не станет переживать,
Но сейчас я, вроде как, немного плохая. Оставаясь так близко к тому, к чему я не должна была приближаться, я испытывала такой кайф, как никогда прежде. Со Штормом я переживаю те чувства, о которых только читала в книгах, чувства, которым нет места в реальной жизни, так я считала. Мне нравится, что в моей жизни появился этот крошечный кусочек сексуального и сладкого табу. Я пыталась выбросить его из моей головы, но он как бумеранг, который всегда летит обратно к тебе.
– Как ты себя чувствуешь?
Я так потерялась в собственных мыслях, что не поняла, что он был рядом. Честно говоря, мне не стало лучше. На самом деле, мне было еще хуже.
– А?
– Сосредоточься. Тебе стало хоть немного лучше? Ты очень бледная.
Я покачала головой и зашлась в приступе кашля. Из-за того, как сильно я кашляла, ребра начали меня убивать. Он стоял там и смотрел на меня в своих джинсах и без футболки. Его длинные волосы «только-из-постели» торчали в разные стороны, что делало его еще сексуальнее и даже очаровательнее, словно он маленький ребенок, которого нужно подстричь. Каждый раз, когда я смотрела на его голую грудь, я чувствовала, что теряю контроль над своими глазами. Я понимала, что должна отвести взгляд, но не могла. Мои глаза все время возвращались, исследовали его покрытую чернилами плоть, будто он был моим личным крушением поезда в огне. Он знал, как я на него смотрела, и я видела, что он разрывается между заботой о заболевшей мне и желанием выдать какую-нибудь саркастичную, сексуальную фразочку.
– Ты приняла лекарство? – к моему удивлению, он выбрал вариант «забота»
– Еще нет.
– Хорошо. Я собирался что-нибудь тебе приготовить. Не возражаешь, если я воспользуюсь твоей кухней?
Я потянулась к салфеткам и высморкалась.
– Можешь воспользоваться, - сказала я, не сильно беспокоясь о том, что сенсорная панель может повлечь за собой возможные сложности.
Я чувствовала себя совершенно неизящной, уверена, и выглядела я так же. Я услышала, как он что-то искал, а потом заработал блендер. Какого черта он там делает, и почему я согласилась на это? У меня совершенно нет аппетита, и что бы он там не придумал, с уверенностью заявляю, что есть я это не буду.
Несколькими минутами спустя, он протянул мне стакан с чем-то, что было похоже на апельсиновое смузи, как то, что вы можете купить в торговом центре. Мм, как вкусно.
– О, ух ты! – сказала я и выпила еще немного. Было очень вкусно. – Оно такооое классное.
Я сделала еще глоток:
– Что здесь?
Он засиял из-за того, как мне понравился его апельсиновый напиток.
– Это апельсиновый сок, немного молока и мед.
– Потрясающе! Спасибо.
Он указал на лекарства на журнальном столике рядом со мной.