Шторм

Посвящается

Моей маме, которая учила меня следовать за своими мечтами, слушать своё сердце и верить в свои силы. Я скучаю по тебе каждый день.

Моему мужу, Эдди, который безоговорочно меня любит со дня нашей первой встречи и который поддерживает все мои сумасшедшие задумки, слушает мой нескончаемый бред и служит моей музой. Я люблю тебя всем своим сердцем, навсегда...

Иногда,

когда я еду за рулем в одиночестве, на меня накатывает, как я её называю, «дорожная кома»: я вдруг остро осознаю, что не могу вспомнить о прошлом, скажем, о последних двадцати или тридцати милях дороги. Не могу вспомнить хоть какую-то чертову мелочь. Ни дороги, ни остановок перед знаком «стоп», ни того, что играло по радио. Абсолютная пустота. Меня может накрыть резкой вспышкой страха, и я буду думать, а что, если бы я кого-то сбила, и даже не знала об этом? Конечно, если бы такое произошло, я бы почувствовала быстрый удар и стук, а потом избавилась бы от него.

Правда, же?

Я моргнула и сильнее сжала руль, когда поняла, что еду по извилистой, узкой горной дороге, которую замело снегом. Когда я выехала из дома час назад, снег едва шел. Я посмотрела на GPS, который уже довольно долго ничего не говорил. Маленькая голубая стрелка указывала на то, чего здесь никак не было, потому что я не вижу ничего, кроме деревьев. И снега. Много снега. Тяжело сглотнув, задумалась: а вдруг GPS говорил со мной, пока я была в дорожной коме и прослушала. Майкл обещал, что если я выеду из дома пораньше, то никак не заблужусь с этим крошечным цифровым устройством, но сейчас у меня были серьезные сомнения на этот счет.

Я хватаюсь за телефон, чтобы позвонить ему и сказать, что я, не смотря на его обещания, совершенно потерялась, но телефон находится в режиме SOS. Сделав вдох, кидаю его на пассажирское сидение, а он подпрыгивает и падает на пол. Я тянусь вниз, чтобы достать его, и случайно поворачиваю руль, машину начинает заносить. Так как я ужасный паникер, я резко поворачиваю руль назад и жму по тормозам, в результате чего машина начинает кружиться. Снегопад все усиливается, падая с неба сильными зигзагами, а я вижу только кружащееся белое очертание, пытаясь взять машину под контроль. Теперь я даже не уверена, с какой я стороны дороги ехала и в какую сторону мне надо. Мы с машиной, как перышко на ветру, который мягко дует туда и сюда, а мы вертимся в этом порыве, пока, в конце концов, не останавливаемся в кювете, а моя голова слегка ударяется об руль машины. Я заставляю себя открыть глаза и осмотреться вокруг. Нет, это не была авария. Ну, не совсем. Скорее непредвиденная остановка после длительного кружения. Машина просто остановилась – «носом» на дорогу. Пока я благодарила, что машина не разбилась вместе с моей головой, которая почти что уткнулась в лобовое стекло, я только больше застряла, прокручивая колеса.

Я потянулась к своему телефону (снова), мысленно молясь, чтобы появился сигнал, но ничего не произошло. Сигнала нет. Я постаралась вспомнить, проезжала ли мимо домов или заправок, пребывая в своем неконтролируемом водительском ступоре, но так и не смогла припомнить ни одного признака

цивилизации, что только усиливает тот факт, что я далеко от шикарного отеля, в котором должна пройти моя бизнес-встреча на этих входных. Я потерялась и застряла. Сердце начало ускоренно биться. Потерялась и застряла. Просто невообразимо.

Ладно, Эвелин, сохраняй спокойствие. Глубокий вдох.

– Эй, ты в порядке?

Стук ладони по моему окну напугал меня до чертиков. Я подпрыгнула и закричала. Снежный человек в черной ковбойской шляпе и длинном черном пальто, глаза скрывали темные солнцезащитные очки, а во рту была сигарета. И сейчас он пытался проникнуть в мою машину.

О, Боже! Психопат похититель-убийца посреди метели.

– Привет? – снова сказал он.

Он открыл дверь, и снег повалил в машину и мне на колени. Я отпрянула от него, перебираясь через центральную консоль автомобиля на другое сидение. Я украдкой взглянула на него и увидела пирсинг в брови.

Почему людям нравится украшать свое лицо странными металлическими предметами?

– Не прикасайся ко мне! – Закричала я. Вот бы у меня был пистолет. Или нож. Но все, что у меня было – это коробочка оранжевого Тик-Така и, хотя как-то раз один из них застрял у меня в горле, я сомневалась, что смогу использовать их в качестве самообороны.

– Хорошо, леди, успокойтесь. Вы ударились головой?

Леди? Кого это он назвал леди?

– Нет, я не ударилась головой.
– Или ударилась?

Я подняла руку и коснулась головы. Почувствовала боль на небольшом участке. И он был влажным. Я посмотрела на руку. Кровь!

– О, Боже. Думаю, я вскрыла себе череп!

– Нет, это просто небольшая шишка.

– Но идет кровь!

Я стала рыться в кошельке, достала оттуда смятый кусочек ткани и приложила к голове. Пусть крови и немного, но все же. Снежный человек смотрел на меня с веселой ухмылкой, а потом протянул руку и убрал волосы с моего лба.

– С тобой все хорошо, - сказал он. – Просто крошечная ранка.

Я отпрянула и свернула губу, словно бешеная собака.

– Не прикасайтесь ко мне. Пожалуйста, вытащите свою голову из моей машины.

Смеясь, он присел возле машины и положил руки на внутреннюю сторону дверцы, будто мы тут тусовались и болтали, а не сидели на обочине дороги, посреди метели в кювете. Я просто уверена, что он ненормальный.

– Итак… что ты здесь делаешь? – небрежно спросил он.

– У меня машина застряла! Эй! – что за идиот?

– Ага, я это вижу. Я имел в виду, куда ты ехала до того, как застрять в кювете?

– В гостиницу Фолс.

– В гостиницу Фолс? – переспросил он и выпустил еще один смешок. – Крошка, ты довольно-таки далеко от гребаной гостиницы Фолс. Миль пятьдесят отсюда. Думаю, если бы твоя машина могла проехать еще миль пятьдесят через лес, ты выехала бы прямо к ней. Ты это и пыталась сделать?

Чертов GPS! Не нужно было доверять этой бесполезной штуковине. С каждой минутой мое положение только ухудшалось. Ну, и где я сейчас, черт возьми, нахожусь и как мне попасть на встречу? Или домой, как вариант. Я даже не могу позвонить боссу и сказать ему, что я задерживаюсь или Майклу, чтобы приехал за мной.