Шторм любви
Шрифт:
Получается, что частенько корабли выходят в море без достаточного количества мяса.
Конрад чувствовал растущий гнев, прекрасно понимая, что губернатору ничего не стоит заявить о нехватке на острове рогатого скота, овец и свиней и невозможности из-за этого удовлетворять потребности судов.
Но если корабль плывет с пустыми трюмами, его команда терпит лишения, что отражается не только на здоровье моряков, но и на дисциплине и способности противостоять врагу.
Встретившись с Граммелем, он увидел, как опустился тот физически
Он говорил себе, что ради благополучия Делоры, ему не стоит перечить губернатору или Дензилу, в надежде на то, что, быть может, его пригласят в Кларенс-Хаус. Тогда он сможет повидать свою возлюбленную.
Простая мысль о том, что ей приходится общаться с этим монстром, не говоря уже об остальном, заставила его сжать кулаки, чтобы выместить на чем-либо злость.
Но в этот момент раздался голос Барнетта, сообщающий о новом посетителе, который быстро приближался, в нетерпении протянув руку для приветствия.
Удивительно, но после хорошего завтрака Конраду удалось поспать во время siesta. Он думал, что будет просто лежать и думать о Делоре. Но он устал больше, чем предполагал, и когда Барнетт разбудил его, Конрад почувствовал себя отдохнувшим а, мозг его в отличие от ноги, прекрасно работал.
«Я хочу понять, – сказал он сам себе, – чем в действительности занимаются Граммель и Дензил».
Он уже подумал о способах, которыми сможет послать сообщение в Адмиралтейство, если обнаружит, как раньше это сделал Нельсон, что они нарушают Британский Навигационный Акт.
Он знал, как трудно исполнять законы, принятые в Англии, когда ты находишься столь далеко, но существовало строгое правило о том, что в «функции флота Ее Величества входит защита национальной экономики», что подразумевало запрет на иностранную торговлю в установленных областях.
«Мне нужно любыми средствами остановить каперов, – оптимистично подумал Конрад, – но если губернатор покрывает их за соответствующую плату, это будет не так-то просто».
Он очень надеялся, что сможет скрыть свои чувства, когда чуть позже четырех часов губернатор, в сопровождении Дензила и кавалерийского эскорта, прибыл к адмиральскому дому.
Дензил сообщил Барнетту, что они совершат небольшую прогулку в направлении тюрьмы, и что четырем солдатам уже приказано отнести туда капитана Хорна.
Услышав, куда они направляются, Конрад удивился, но ничего не сказал, лишь надел на голову свою треуголку и позволил солдатам поднять его.
Барнетт, суетившийся как наседка, не переставая давал им инструкции относительно того, какими осторожными они должны быть, особенно перенося подставку, поддерживающую ногу капитана.
Он шел рядом с креслом, с тревогой наблюдая за каждым шагом солдат, Конрад же по пути с интересом отмечал, как изменился остров, с
Тюрьма представляла собой маленькое здание, в котором в мирное время находилось не так уж много жильцов.
Здесь был внутренний двор, окруженный со всех сторон, куда его и принесли, и тогда Конрад обнаружил, что губернатор и Дензил уже сидят там, на одной половине двора, отделенной от другой его части железной оградой.
По приказу Дензила солдаты опустили Конрада рядом с ними, на небольшое возвышение, губернатор же в это время был увлечен разговором с человеком в форме тюремного офицера.
К солдатам, которые несли Конрада присоединились еще четверо, вооруженные мушкетами, все они заняли места по периметру двора.
Конрад во все глаза смотрел на участок утоптанного песка по ту сторону ограды и пытался сообразить, что происходит.
Внезапно раздался лай собак, и когда тяжелые двери с противоположной стороны двора отворились, Конрад увидел шестерых огромных ищеек, пребывавших в очень беспокойном состоянии.
Он вспомнил, как слышал о том, что в Южных Штатах Америки владельцы плантаций с помощью ищеек отыскивают сбежавших негров.
Он не мог поверить, что такие меры необходимы на столь маленьком острове, как Антигуа, потому что беглецам здесь просто негде скрываться.
В то же время присутствие собак сковывало его, и он обратился к губернатору за разъяснениями.
Его светлость закончил разговор и повернулся.
– Это мои собаки, Хорн, – сказал он. – Я привез их с собой из Англии. Они хорошо помогали мне в занятиях спортом, но теперь я слишком стар, чтобы угнаться за ними на коне. Однако они еще могут развлекать меня некоторым образом, и сегодня вы станете свидетелем этого.
– Чего именно? – спросил Конрад.
Губернатор не успел ответить, так как в этот момент тюремный служащий привел во двор негра, закованного в цепи.
Это был огромный человек, ростом примерно в шесть футов, с великолепным мускулистым телом, делающим его похожим на молодого Самсона.
Он был скован по рукам и ногам. Когда он повернулся спиной, Конрад увидел, что его пороли – спина раба была вся покрыта шрамами, большей частью свежими и кровоточащими.
– Видите этого человека? – спросил губернатор. – Самое сильное существо, которое я когда-либо видел в жизни!
Он может вырвать дерево с корнем и сломать его о колено.
– Какое преступление он совершил? – спросил Конрад.
– О, самое обычное, – вежливо ответил губернатор. – Неповиновение, сопротивление и распутство. Ну, в общем, все те вещи, которые он больше никогда не повторит!
– Почему?
Конрад начинал подозревать, что сейчас произойдет.
– Телесные наказания сделали его еще упрямее, чем он был, – ответил губернатор, – и теперь он получит урок, который никогда не забудет, ибо сейчас он умрет.