Шпага императора

Коротин Вячеслав Юрьевич

– Простите? – удивился артиллерист.

– Давайте Вадим Фёдорович сам расскажет о том, что придумал?

– Слушаю.

– Ваше превосходительство, – начал я, – минирование поля боя на опасных направлениях уже прекрасно показало свою эффективность в сражениях под Островной и Смоленском. Но там использовались достаточно сложные и дорогостоящие мины, изготовить которые в необходимом количестве у меня нет здесь никакой возможности. Буквально час назад пришла мысль заменить их обычными

пушечными гранатами…

– Считаете, что гранаты дёшевы и у меня их без счёту? – перебил меня Яшвиль.

– Простите, Лев Михайлович, – вмешался Сиверс, – но если наши ожидания оправдаются, в чём я почти не сомневаюсь, то эти бомбы фактически попадут в цель без расходов на сам выстрел из пушки. Взорвутся сами непосредственно в рядах наступающего противника, а ваши молодцы-артиллеристы добавят ещё из своих орудий.

– Спасибо, я понял, – на несколько секунд задумался генерал. – Но всё-таки хотелось бы убедиться…

– Несомненно. Пока мы просим несколько штук для испытаний, на которые приглашаем и вас.

– Пренепременно. Известите заранее, а насчёт гранат я распоряжусь – их вам доставят сегодня же.

Как, впрочем, и ожидалось, испытания удались на славу: осколки калечили мешки почище, чем дробь из моих «горшочков». Уже в надцатый раз обругал себя за то, что не додумался до такого простого и эффективного решения раньше – можно сказать, заколачивал гвозди микроскопом на протяжении пары месяцев.

Яшвиль и приглашённые им командиры дивизий, генералы Берг и Сазонов, тоже пребывали в полном восторге, так что с перспективами на данном участке деятельности можно было мозг не грузить – артиллеристы дадут столько потенциальных «мин», сколько попрошу, но в результате созрел и не очень приятный разговор…

– Ты всё видел, Алексей…

– Да, Вадим, здорово! Раньше надо было…

– В том-то и дело. Поэтому придётся на время расстаться…

Вопрос в глазах Лёшки озвучен не был, но даже молча требовал немедленного ответа.

– Необходимо как можно скорее сообщить об этом главным силам. И кому, как не тебе. Я напишу письмо генералу Трузсону, главному инженеру Армии, но ты волен отдать его любому из командиров корпусов или дивизий. В общем, сам сообразишь. Думаю, что понимаешь, насколько важно, чтобы командование главными силами узнало о данном способе минирования перед генеральным сражением, которое может состояться в самое ближайшее время. Возражать будешь?

– Всё понятно. Не хочется, но необходимо. Поеду, конечно. Когда?

Молодец, парень – «фишку» понял и препираться не стал.

– Думаю, что завтра с утра. Писать донесение пойду прямо сейчас, но стоит ещё заручиться подтверждением предложения если не у самого Витгенштейна, то хотя

бы у Яшвиля или Сиверса. Думаю, что их подписи добавят весомости моим словам.

– Хорошо. Значит, завтра, – кивнул Алёшка.

– Подожди. Одного я тебя не отпущу – возьми с собой Егорку.

– Господин капитан, – вежливо улыбнулся мне Соков-младший, – я всё-таки офицер и в опеке не нуждаюсь.

– Господин подпоручик. – Я не остался в долгу. – Потрудитесь выполнить приказ своего начальника буквально. Не буду говорить, что меня не волнует твоя судьба, а только доставка донесения, Алёша, но, в самом деле, подумай: поручение тебе даётся весьма ответственное. От него в значительной степени может зависеть судьба генерального сражения, судьба России… И ты хочешь, чтобы я не побеспокоился о его выполнении? Отпустил тебя одного?

Нет уж – не только Егорку, ещё и с десяток казаков у командующего попрошу для сопровождения. И не ради тебя самого, а для того, чтобы моё донесение пришло туда, куда следует. Всё ясно?

У Алексея хватило ума понять и не спорить.

– А теперь ещё: запальную трубку в гранате укоротить до минимума – нашей мине не требуется время, чтобы долететь до противника – она уже у него под ногами. Нечего предоставлять французам время разбегаться в стороны, когда граната зашипит. Это понятно?

– Понятно.

– Далее: почти все запасы тёрочных запалов – именно на это. Мало их, а обычные мины наши и старым способом запалить смогут. Я обо всём этом напишу, но просто чтобы ты тоже знал, что везёшь. Мало ли что…

– Не беспокойся, всё понял, сделаю.

– И в добрый путь, собирайся, до завтра. Извини, у меня ещё много дел. К Сергею Васильевичу и Насте по дороге заедешь?

– Думаю, что да. Если можно, конечно…

– Можно. Я тогда и им письма напишу.

Спровадив своего шурина, немедленно отправился к Сиверсу для составления вышеупомянутого доклада-инструкции к командованию Армии. Потом вместе пошли к Витгенштейну, и граф практически сразу завизировал наше послание, наговорив вдобавок мне много любезностей за такое «изобретение».

А утром следующего дня мы простились с Алексеем. Как показало время – до самого конца войны простились.

Вместе с десятком казаков он отправился в армию Барклая, и, как выяснилось впоследствии, не зря.

Единственно, что Егорку пришлось оставить здесь – чуть не в ноги упал казак, умоляя не исключать его из отряда. Да и ладно – ещё в дороге сдружился он с моими архаровцами, повоевать хочется уральцу в самое ближайшее время…

Чтоб я возражал! У Алексея конвой вполне приличный, а такой «саблемах», как Егор Пантелеевич, нам завсегда сгодится.