Шлюха
Шрифт:
— А большинство мужчин так делают? — спросил он.
***
Я велела тому мужчине — вежливому, лет пятидесяти — лечь в ванну. Он не заставил себя просить. Его глаза горели немым, жадным ожиданием. Я забралась сверху, не ложась, оставаясь на корточках над его лицом. Его язык скользнул между моих ног — уверенно, знающе. Слишком знающе.
— Подожди минутку, — сказала я.
Я не могла этого делать, пока он меня лижет. Нужно было сосредоточиться. Все это чувствовалось глубоко неестественным. Возбуждающе-отвратительным. Но я не могла
Они просят — они получают. Таковы были мои правила.
— Сделай это, — простонал он, и в его голосе было отчаяние, граничащее с болью.
Я наклонилась, взяла его твердый, почти каменный член в руку. Наклонилась еще ниже, взяла в рот. Закрыла глаза. Сосредоточилась.
И тогда это случилось. Сначала тонкая струйка, потом поток. Я чувствовала его язык на себе, пока теплая жидкость стекала по его лбу, щекам, смешиваясь со слюной. «Золотой душ», как он это назвал при бронировании. Плюс пятьдесят фунтов к чеку. Мы условились, что только в ванной.
— Давай же! — он хрипел между жадными движениями языка.
Потом он застонал по-другому, и я почувствовала знакомую пульсацию у себя во рту. Горячая, густая сперма хлынула мне в горло. Я автоматически сглотнула.
Он заплатил за час плюс пятьдесят. Мы пробыли там пятнадцать минут.
***
— Это уже новый вопрос, — сказала я Джону, расстегивая пряжку его ремня.
Ремень соскользнул, я перебросила его через плечо на пол.
— Не всем мужчинам нужна такая помощь, как тебе, — сказала я. — Некоторым не терпится начать. Некоторые начинают, еще не дойдя до спальни.
Пока я говорила, он не мог отвести взгляд от моей груди, которую все еще сжимал, время от времени поглаживая большими пальцами. Я использовала момент, чтобы настроить его на большее.
— Большинству нравится вот что… Им нравятся мои губы на их членах. Как я нежно посасываю. Как мой язык водит по самой чувствительной части. Как мои руки скользят по животу, ласкают яйца, внутреннюю поверхность бедер… Как моя мокрая, тугая киска обхватывает их или трется о лицо, пока они жадно пьют. Некоторым нравится, когда их связывают. Чтобы быть полностью в моей власти… Беззащитными.
Я положила руки ему на грудь и начала едва заметно раскачиваться бедрами. Джон закрыл глаза, запрокинул голову. Его тело напряглось подо мной.
— О чем думаешь? — прошептала я, продолжая движение. — Интересуешься, каково это — войти в меня? Насколько там тесно? Насколько горячо и влажно?
Я начала тихо стонать, как будто он уже внутри. Фальшивые стоны порнозвезды — часть спектакля. Это заставляет их чувствовать себя богами, хотя девять из десяти даже не знают, где та самая точка. Джон тоже застонал, когда я ласкала его через джинсы.
— Или, может, ты хочешь, чтобы я взяла тебя в рот? Медленно и глубоко…
Я вздохнула, извиваясь на нем.
— Стой!
Он резко сел, сбросил меня с себя так, что я откатилась на бок. Вскочил с кровати.
—
— Что с тобой? — встала и я.
Он уже собирал вещи — рубашку, ремень. Натянул рубашку наспех.
— Я ошибся. Мне не следовало приходить. Очень жаль.
— О чем ты? Мне казалось, тебе нравится.
Он застегивал ремень.
— Подожди, — я преградила ему путь к двери. — Если ты правда не хочешь — уходи. Я не буду держать. Но скажи почему. Почему ты постоянно бежишь?
— Что я сделала не так? — спросила я уже серьезно, без игр. — Сначала все шло хорошо, а потом… это. В чем дело?
— Дело не в тебе. Во мне…
— Серьезно?! — я не сдержала сарказма. — Ты используешь эту фразу? Мы даже не пара! Ты — клиент. Я — услуга. И все.
Я надавила: — Я не отпущу тебя, пока не поговорим. Объяснись — и можешь забрать деньги и уйти. Мы забудем. Но если уйдешь сейчас, ничего не сказав, деньги останутся у меня, и ты меня больше не увидишь. Никаких извинений по почте, никаких третьих шансов. Дорогой, я лучшая в своем деле. И я предлагаю тебе лучшее время в твоей жизни за уже оплаченный час. В ЧЕМ ПРОБЛЕМА?
Я понимала, что кричу, но не могла остановиться. Столько лет в профессии — и впервые такое. Чувство было странным, почти паническим.
— Я просто нервничаю, — прошептал он. — Мне не по себе здесь. С тобой.
***
— Я никогда раньше не был с девушкой.
— Ты девственник? Это нормально, милый…
— Нет, я не это имел в виду. Я никогда не был с проституткой. Это… правильное слово? Оно обидное?
Тот мужчина, Райан, лет пятидесяти, стоял посреди спальни, переминаясь с ноги на ногу. Это было одновременно трогательно и нелепо. Я не показывала своих чувств.
— «Проститутка» — нормально, — успокоила я его.
Мы уже расплатились внизу. Я предложила выпить — отказался. Предложила сесть на кровать — согласился.
— Значит, я твоя первая? — спросила я, садясь рядом так, чтобы наши бедра соприкасались. Физический контакт снимал первые барьеры.
— Работающая девушка? Так лучше?
— Мне все равно, как называть. В пределах разумного, — усмехнулась я. — Почему выбрал меня?
Он покраснел: — Ты выглядела… мило.
— Спасибо. Ты тоже ничего, — автоматически ответила я. — Давай не торопиться. Начнем с массажа?
Он кивнул с облегчением.
— Раздевайся.
— Правда?
— Расслабься. Ты в надежных руках. Я видела все, что можно видеть.
Я повернулась к нему спиной, давая ему уединение. Через пару минут пружины кровати скрипнули.
— Можно повернуться?
Он лежал на животе, в трусах. Я оседлала его, начала разминать плечи.
— Понимаешь, их все равно придется снять, — мягко сказала я.
Он засмеялся нервно. Массаж был моим проверенным ходом — он расслаблял их, а затем плавно перетекал во что-то большее. Руки с плеч сползали на поясницу, на ягодицы, а потом уже я позволяла им перевернуть меня…