Шлейф сандала
Шрифт:
Когда хвост был собран, я выделила самую короткую прядь и отстригла остальные волосы, ориентируясь на нее. Потом сделала ножницами рваные кончики, чтобы они не выглядели слишком грубо. Ну вот, осталось узнать мнение клиентки…
– Что это такое? – девушка осторожно потрогала свою шевелюру, которая стала заметно короче, но смотрелась очень живенько. – Как это называется?
– Каскад… - я ждала, когда на меня посыплется шквал обвинений, но она крепко зажмурилась и зашептала:
– Я спасена! Спасена! Спасибо тебе, Господи!
Потом
– Вот, возьмите! – она сунула мне довольно приличную сумму денег. – Елена Федоровна, вы настоящая волшебница! Я не знаю, как вас благодарить! Эту прическу даже жаль собирать в эти надоевшие пучки! Какая красота!
– Я рада, что вам понравилось, - мне, конечно, льстило такое восхищение моей работой, но все-таки женщин стричь я была не готова.
– Если вдруг вам понадобиться помощь, обращайтесь. Мой будущий супруг судья, - девушка надела шляпку и затянула ленты. – Ах, да! Меня зовут Алпатова Ксения Александровна.
Она весело попрощалась со мной и умчалась. А я с улыбкой смотрела на нее из окна. Кто знает, может, ты и пригодишься мне, Ксения Александровна…
С 18 века «просто князю» полагалось титулование «ваше сиятельство», а светлейшему князю — «ваша светлость». В Европе титулование «светлость» полагалось всем князьям, поскольку они-то и не думали понижаться в статусе. Курфюрст — немецкий титул, означавший «князь-избиратель». ... Русским, прибалтийским, татарским и грузинским князьям говорили «ваше сиятельство», как и маркизу с графом.
Глава 42
Минодора все-таки пришла. Она явилась с корзиной, с которой ходят за покупками, и я догадалась, что в ней наскоро сшитый наряд для тренировок. Чёткая девуля!
– Ну, как дела дома? – поинтересовалась я, все больше проникаясь к ней уважением. – Матушка сильно бесчинствует?
– Лютует, - вздохнула девушка, доставая из корзины вещи. – Грозится, что закроет меня в комнате и станет кормить насильно. Вот только куда ей со мной сладить? Я и у нашего конюха в кулачки выигрываю…
– Думаешь, выдержишь такой напор? – усмехнулась я.
– Выдержу… Меня так просто не сломаешь, скорее маменька сама обломится, - проворчала Минодора. – Помоги пуговки расстегнуть.
Я помогла ей снять платье, и вскоре она уже стояла передо мной в таких же шароварах из платья в полоску. Минодора напоминала Битлджуса из мультфильма. Очень большого Битлджуса…
Акулина при виде нас перекрестилась, но все же держала рот на замке. Мое внушение, видимо, подействовало.
Мы спрятались за густыми зарослями в соседнем дворе. Выкошенная полянка, подсвеченная утренним солнышком, была идеальным местом для тренировок. Есть где развернуться! Тем более с габаритами Минодоры.
– Начинаем разминать мышцы! – сказала я, становясь напротив девушки. – Ходьба на месте! Смотри
Мы зашагали, задавая ритм руками. Минодора старательно топала, впечатывая ноги в землю, и оставалось надеяться, что она не вытопчет окоп. Зато тогда в нем можно будет держать оборону от ее семейки.
Когда дело подошло к подъему коленей к ладоням, она запыхтела, но старательно выполняла все движения. На захлестах голени с разведением рук, Минодора даже захрюкала, а на приседаниях из ее рта вылетало эдакое грозное «пу-уфф… пру-у-уффф». Сейчас она напоминала не квашню, а самовар, с которого сейчас сорвет крышку.
К концу тренировки она была красной и потной, но очень счастливой. С ее лица не сходила довольная улыбка.
– Эх, сейчас бы весь мир перевернула!
– Сейчас нужно отдыхать, - я протянула ей кувшин с водой. – На прогулки ходишь?
– Хожу! – пробулькало из-за горлышка кувшина. – Вчера вечером за мной матушка увязалась! Накупила булок с изюмом и всю дорогу мне под нос их совала!
– Отлично! Если она за тобой каждый раз бегать станет, может, сама постройнеет! – пошутила я. – Потом спасибо скажет!
Мы немного посмеялись, потом Минодора переоделась и отправилась домой. Я же привела себя в порядок и пошла искать Селивана. Нужно поставить душ. Очень неудобно в таких неудобствах полоскаться!
– Я один из сараев разгребу, - пообещал мне слуга. – А под воду можно большой старый таз приспособить. Он как раз в сарае и лежит.
Ну вот! Еще один шаг к цивилизации сделан! Осталось придумать раковину в парикмахерскую. Хотя в этом случае тоже мог сгодиться любой таз, в котором проделано отверстие для слива воды. Сама вода станет вытекать в палисадник и впитываться в землю. Просто вывести слив подальше. А можно и яму выкопать…
– Елена Федоровна Волкова?
Я вынырнула из своих мыслей и изумленно уставилась на вчерашнего посыльного от князя, который вошел в калитку, держа в руках красивую коробку.
– Да, а что такое? – я недовольно нахмурилась. Если вчера я приняла подарок князя, это не значит, что меня можно теперь атаковать и заваливать ими каждый день! Ничего, сейчас я верну его дары с такими пожеланиями, что он на всю жизнь усвоит урок: женщина не игрушка!
– Это вам от госпожи Хатуны Эристави, - сказал посыльный, протягивая мне коробок. – Она очень благодарна вам.
Вот как? Это другое дело… Что ж, прости меня, «величие Кавказа», в этот раз ты ни при чём.
* * *
– Посмотри, как хороша дочь барона Ливанова. Мне кажется, что у нее самая прекрасная шейка в мире, – Мамука наблюдал за девушкой в нежном платье цвета шампань. – Да и личико у нее милое…
– Не знаю… как по мне, у нее глаза навыкате, - скучающим тоном ответил Давид, бросив один единственный взгляд на молодую баронессу. – Такое впечатление, будто она все время удивлена.
– Тебе трудно угодить. Или ты все еще думаешь о Елене Федоровне? – усмехнулся Мамука. – Я начинаю беспокоиться о тебе.