Шизоидность: ?!

Конюхов Николай Игнатьевич

Для шизоидов характерна одна особенность: они нередко переносят свои чувства, свое горе, свои страдания и на других людей, то есть они считают, что аналогичные чувства переживают и другие люди. И так же, как шизоид хочет, чтоб ему помогли окружающие, он пытается помочь им, в том числе и путем построения своей системы.

Переживания шизоидов часты и мучительны. Вечные колебания, сомнения, вечное несогласие с окружающими и с самим собой, вечная неудовлетворенность – это участь людей с шизоидными чертами личности. И порой этого не желая, они продуцируют разрушение вместо живого созидания. Бывают случаи, когда подобные люди попадают в систему межличностных отношений, когда они занимают относительно высокие руководящие посты или когда имеют доступ или влияние на человека, обладающего реальной властью. В этих случаях данные лица могут мешать продуктивной, согласованной, цельной, последовательной

деятельности других людей. Внешне они могут ратовать на словах за более эффективную, за более собранную, за более системную деятельность, но на деле же, по сути, разрушают уже достигнутое, существующее. Скепсис, внутренняя раздвоенность личности шизоида являются его очень важными чертами. При этом, чем больше шизоид теряет свою внутреннюю целостность, тем больше он стремится к созданию какой-то системы, какой-то целостности, чего-то завершенного во внешнем мире. Чем больше он внутренне неудовлетворен, тем в большей степени эта неудовлетворенность проецируется на окружающих. Внутренняя неуверенность шизоида неразрывно связана с внешней бравадой, со специфической целеустремленностью и это стремление нередко сочетается с желанием подчинить данному движению к цели всех остальных.

Мучительная неуверенность, противоречивость шизоида доставляет немало хлопот окружающим. Причем самые категоричные, самые несправедливые требования шизоид предъявляет к самым близким людям.

г) Противоречивость чувств, мыслей шизоидов связана с их сбивчивостью, несвязностью, порой импульсивной замкнутостью, несогласованностью, разбалансированностью движений, поз, взглядов и т. д. Необычность функционирования механизма, который запускает у человека те или иные установки, диспозиции, сбой в этом механизме, или, точнее, его отличия от подобного механизма обычных людей в значительной степени порождает шизоидные черты личности.

Противоречивое отношение шизоидов к самым близким людям нередко объясняется их высокой интуицией. Если учесть, что эгоизм людей является фактом не менее реальным, чем какие-то физические явления, но этот эгоизм маскируется, принимает внешне альтруистические формы, то подобное противоречивое отношение шизоидов к близким не так уж и беспочвенно. Шизоиды видят, как с помощью защитных реакций самые близкие люди скрывают порой свои подлинные чувства, отношения, мнения. И подобное со стороны близких людей лиц с чертами шизоидности не может не ранить.

На уровне наблюдений, эмпирических знаний родилось изречение: от любви до ненависти один шаг. Чрезмерная любовь, не встретив взаимности, встает на перепутье: или неимоверно страдать, или снять с себя чрезмерное напряжение и перевести чувство любви в ненависть, тем самым уравновесив свое психическое состояние, соотношение сознательного и бессознательного. Психика защищается путем перевода одних чувств в противоположные. Однако если у обычных людей одни чувства постепенно заменяются другими, противоположными, то у шизоидов эти относительно противоположные чувства не исчезают, а существуют параллельно, одновременно – им присуща амбивалентность чувств, переживаний.

д) Внутренний мир шизоида, в силу слабого контроля сознательного над бессознательным, представляет собой непрерывный процесс их столкновения, сосуществования. Переживания шизоида порождены одновременно и бессознательными инстинктами, и сознательным размышлением, и эмоциями, и разумом. А это для нормального человека есть нечто необычное.

Поведение, переживания, чувства шизоида можно сравнить с воображаемой думающей, размышляющей, переживающей коровой. Она видит как ее любит хозяйка и вся семья, ее благодарят за молоко, ее кормят из рук, гладят, моют, убирают за ней, нередко поют песни для буренушки, искренне проявляют чувства любви и привязанности. Эти чувства у русских людей к своей кормилице-коровушке отражены в пословицах, сказках, притчах. Однако конечная участь всех буренок одинакова: после того, как она перестает давать молоко, ее забивают на мясо. Вот так и условная шизоидная корова искренне отвечает любовью на любовь, переживет моменты наслаждения, однако, кроме данных чувств, постоянно помнит и о том, что человек скоро ее убьет и съест. И такая модель поведения в данной ситуации, возможно, более реально отражает мир, каков он есть. Поэтому не случайны пьесы, романы, которые повествуют о якобы ненормальных людях-шизоидах, которые в какой-то момент действительности оказываются правы в своих взглядах, миросозерцании. Шизоиды «ненормальны» в том, что они не могут на месте коровы в момент, когда ее гладят забыть, не помнить, вытеснить из сознания тот факт, что ее скоро убьют эти же люди. Так одновременно переживаются и стенические, и астенические чувства.

На примере данной мифической коровы легче

понять и шизоидов, которые уходят в себя, отказываясь от активного общения с окружающими. Для них попытка общения с окружающими трудна и болезненна. Они не могут в процессе общения вытеснить мысль, что через некоторое время эти милейшие люди их «убьют». Для шизоида насмешка, невнимание к их переживаниям, грубость, бестактность, нелюбовь по свой психотравмирующей силе порой приближаются к смерти. Обычный юноша, поссорившись с товарищем, через некоторое время может забыть этот конфликт и обнимать того, с кем только что чуть не подрался. Шизоид же не обладает развитой этой удивительной человеческой способностью вытеснять из сознания все причиняющее боль. Но и слабо выраженная способность к вытеснению в обычных ситуациях вдруг начинает действовать необычно интенсивно и активно, вытесняя то, что для обычного человека составляет психическую травму, а для шизоида просто непереносимо. Так, шизоиды могут быть сильно привязаны к отдельным людям, но в момент их смерти полностью защитить свою психику с помощью противоположной реакции: они не придают этому значения или даже улыбаются. Так психика шизоида бессознательно защищает себя от сильнейшей психической травмы.

е) В науке уже неоднократно высказывалась идея о том, что шизоиды обладают порой непреодолимой тягой к чему-то, наличием трудноизменяемых доминант (см. Адлер Г., с. 102–131). Если учесть, что отношение между сознательным и бессознательным носит компенсирующий характер, то можно сделать вывод, что сознательное слабо компенсирует (а порой и вообще почти не компенсирует) бессознательные устремления шизоидов. Однако это характерно по отношению не ко всем психическим явлениям, ценностям, а лишь к наиболее значимым для шизоидной личности, ставшим для нее доминантами. Доминанты же подчиняют себе всю суть человека, все его психические силы. И они в принципе могут быть самыми разнообразными: у одного шизоида – одни, а у другого – совершенно иные, в том числе и противоположные. Поэтому-то для шизоидов типичны ситуации, когда проявляются противоположные, противоречивые тенденции в развитии и функционировании личности. Доминантные образования у шизоидов слабо разрушаются с помощью сознательного компонента, нередко они даже усиливаются попытками это сделать с помощью рационального воздействия даже специалистами высокого уровня. Шизоид, не смотря ни на что, продолжает жить своим внутренним миром, своими доминантами.

Одна из основных особенностей лиц с чертами шизоидной акцентуации заключается в их стремлении навязать свои нормы, ценности, свое понимание мира окружающим. В то же время они не склонны воспринимать нормы и ценности окружающих. Потребность данных лиц во взаимопонимании, внутренняя требовательность к окружающим намного выше, чем их требовательность по отношению к себе. Этот «уход в себя» является логичной чертой их характера. Однако уход в себя сопровождается действием актуализированной потребности в признании, в эмоциональной идентификации – но на почве их индивидуальных особенностей, их актуализированных потребностей, а не актуализированных потребностей других. Такую психологическую особенность сложно назвать эгоизмом, ввиду того, что духовные актуализированные потребности лиц с чертами шизоидной акцентуации далеко не всегда меркантильны, материальны.

д) К внешним признакам проявления шизоидности относятся, кроме поведения и деятельности, и самые различные двигательные психомоторные реакции. Они могут быть связаны с проявлением и суетливости, и малоподвижности; и активной деятельности, и бездеятельности.

5. Шизоиды могут занимать различные места в структуре межличностных отношений. Они могут быть как «белыми воронами», объектами отвержения, так и обладать довольно высоким социометрическим статусом. Однако в любом случае, они держат определенную эмоциональную дистантность с окружающими, ибо иначе просто не могут. Холодная сдержанность, независимость, в сочетании с другими качествами личности, рождает их различную степень авторитетности в коллективе. В случае недостаточной развитости лидерских качеств насмешки, жестокие преследования могут сопутствовать шизоиду на протяжении всей жизни.

Но шизоиды могут занять и высокий социометрический статус, особенно в коллективе, где чтят интеллектуальные ценности, особые увлечения, нестандартность личности. В этих ситуациях необычные увлечения шизоидов, их связи с аналогичными людьми резко повышают их социометрический статус.

При этом работа с людьми нередко служит самоцелью шизоида, которая может прийти в противоречие с целью деятельности той организации, в рамках которой он работает. Для него важна порой не предметная цель деятельности, а моменты эмпатии, взаимопонимания с окружающими людьми. Для него важен факт самореализации как личности.