Шиноби

Экзар

– Ладно, раз все представились, может, начнем?
– хлопнула в ладоши Тсуме.
– Честно говоря, я не ожидала, что мне вручат такую вот команду. Может, каждый из нас расскажет что-нибудь о себе и своих техниках, чтобы мы могли сработаться вместе?

Хм, сочувствую я ей. Ей всего пятнадцать лет, а уже вручили команду из трех оболтусов, один из которых младше ее на год, другой на четыре, и только с третьей вполне нормальная разница в возрасте.

– Идея неплохая. Командная работа - самое главное для шиноби, - кивает Минато.
– Пожалуй, я начну, если никто не против. Меня зовут Намикадзе Минато, мне тринадцать лет. Я мечтаю когда-нибудь сразиться на равных со своим сенсеем, саннином Джирайей,

и когда-нибудь стать великим Хокаге. Я неплох в тайдзюцу, владею призывом, техникой клонирования оружия и одной техникой собственного изобретения.

Вот так-так... Ясно, Расенган уже создан. А вот Хирайчин, судя по всему, еще нет.

– Меня зовут Морино Ибики, - еще один мой сокомандник был немногословен.
– Мне нравятся блюда с мясом. У меня есть две техники призыва и несколько гендзюцу, и, думаю, правильнее будет назвать меня бойцом поддержки. Хобби... Пожалуй, задавать вопросы.

А как дипломатично, а? Ну что же, моя очередь отвечать.

– Меня зовут Карада Хадзиме, - улыбнулась я.
– Мне нравится помогать то-сану в лаборатории, а также изучать генетику, химию и теорию чакры. Я - ирьенин С-ранга, немного разбираюсь в гендзюцу, также у меня есть три водные стихийные техники и несколько барьеров, а вот в тайдзюцу я полный ноль. Я мечтаю после окончания войны работать в научном отделе и продолжить исследования ка-сан.

– Вот и чудно, - улыбается Тсуме.
– Меня зовут Инузука Тсуме. Мне нравится острая еда, не люблю же я излишне самоуверенных людей. Техники у меня клановые, в основном тайдзюцу вместе с моим нинкеном.

Куромару, которого она до этого гладила, заворчал и улегся поудобнее - а я с удивлением заметила, что у него уже нет одного глаза. Вот как... Значит, для Тсуме и ее нинкена этот год был тяжелым.

– Значит, у нас два контактника и два бойца поддержки...
– задумчиво произнес Намикадзе.
– Как будем действовать?

– По обстоятельствам, - коротко отозвалась Инузука.

***

Я когда-то говорила, что я ненавижу дождь и снег? Забудьте, это - ничто. Боль можно перетерпеть, неприятные ощущения перебороть. Но чертов песок, забивающийся в сандалии, в одежду, в волосы, в глаза, скрипящий на зубах, неимоверно мешался и злил! И какой идиот придумал запихнуть меня, стихийника-водника, в пустыню? На побережье мне было бы гораздо легче!

– Шиматта!
– этот песок еще и едет под ногами, и бежать по нему без использования чакры, как по воде, невозможно!
– Сюда бы того бакаяро, который оформил мой перевод, и...

– И что?
– поинтересовалась Тсуме. Бегущие рядом товарищи навострились.

– На опыты его пустила бы!
– огрызнулась я. У-у-у, родная лаборатория... Поскорей бы эта война закончилась!
– Испытывала бы на нем новые яды из Суны и экспериментальные противоядия!

– С кем поведешься - от того и нахватаешься... блох, - еле слышно произнес Минато. Зараза. А ведь он отчасти прав, в песках есть разные нехорошие насекомые, так что за длинными волосами не особенно поухаживаешь, в результате чего пришлось остричь хвост. Гады, хочу на побережье!

– Положение обязывает, - отозвалась я. Тут же я поняла, какую совершила ошибку: на меня хлынула такая волна ошеломления, что я чуть не споткнулась. Ксо, я и раньше при нем употребляла эту фразу, еще как Теншико!
– И вообще, это семейное.

– Я вижу, - язвительно отозвался он.
– Правда вот, твоя мать была добрее...

– Так то ка-сан, а не я...

Ох, чую, от серьезного разговора мне не отвертеться...

Союзный лагерь нас обрадовал. Я впервые лично видела шиноби других деревень в небоевой обстановке. Шиноби Суны... не особо-то и отличались от наших. Такие же улыбающиеся, смеющиеся, грустящие. Такие же живые...

пока что. И немудрено, что наши быстро сошлись с ними - общих тем было много. Да, у нас было ранее несколько сражений с песчаниками, но общий враг заставил объединиться, так что бойцы свободно общались друг с другом. А вот командиры... Будет достаточно сказать, что с нашей стороны был Хатаке Сакумо, а со стороны Песка - марионеточница и ирьенин Акасуна но Чиё, уже потерявшая в самом начале войны сына от руки того самого Белого Клыка. Так что смех в лагере был скорее нервным. Как затишье перед бурей.

Я сама с песчаниками нашла общий язык довольно скоро. У них в отряде тоже были шиноби моего возраста, а тот самый Сасори был на три года старше моего нынешнего тела, так что присутствию ребенка, к тому же чуунина, они не удивились. Мы сошлись с ними на почве кулинарии - готовила я всегда неплохо, и просто обожала острое, а кухня страны Ветра была не просто острой, а невероятно острой, так что я запоминала новые рецепты и готовила привычные мне блюда. Время от времени к нам присоединялась Тсуме, которой нельзя было есть острое слишком часто, чтобы не потерять нюх, да и остальные знакомые тоже не отставали.

Так продолжалось примерно две недели, пока не пришли донесения с границы. Крупные отряды шиноби Ивы двигались к нам. Этот путь был кратчайшим, чтобы добраться до практически беззащитной сейчас Суны, да и самым безопасным, к слову - западнее были обширные зыбучие пески, восточнее песчаные бури появлялись без какой-либо периодичности. А у нас практически за спиной, всего в трех километрах, стоял Роран, город с большим количеством мирных жителей. Красивый город, культурная столица страны Ветра... А кроме того - путь к Суне. И нам предстояло его защищать.

Сражаться в открытой пустыне против шиноби Ивы, фактически являющихся своеобразной регулярной армией, было с одной стороны просто самоубийственно. С другой же - основной стихией большинства из них является Дотон, крайне неэффективный в пустыне. Так что бой решено было принять на окраине Рорана, с которой спешно эвакуировали местных жителей. Я заняла месте в одной из многоэтажек на четвертом этаже, чтобы прикрыть ребят разнообразным метательным железом, Ибики засел на первых этажах, готовясь, если что, активировать Ирон Майден, стальную ловушку, а Тсуме с Минато замаскировались на улице. Я мониторила окрестности на предмет появления новых движущихся огоньков чакры - и, наконец, засекла их. Ну, началось.

– Шестеро на одиннадцать часов, - рации, оказавшиеся у Ибики, очень пригодились.
– По количеству чакры - двое генинов, трое чуунинов и джонин.

– Поняла, - ответила командир.
– Да, я тоже их чувствую. Минато, готов?

– Хай, - отрапортовал товарищ.
– Кучиёсе!

Ага, вот и призыв. Интересно, кого он вызвал? Я немного сменила положение, перейдя к другому окну - и наконец увидела шесть фигур, со всей скоростью несущихся по улице. Ну что же, пора.

– Минато, поддержи!
– запросила помощи я, запуская несколько кунаев. Тут же от них отделились разнообразные копии, и вражескую группу буквально накрыло металлическим дождем. Этот прием мы обговорили заранее... И он оказался эффективен - одна из невысоких фигур покатилась по асфальту, остальные же бросились в рассыпную. Ну что же, минус один! Пора и мне вступать в ближний бой. Выпрыгнув из окна, я буквально соскользнула по стене и скатилась на землю. Так, расклад... Ага, двое дистанционщиков торопливо складывают печати, на них уже нацелились Тсуме с Куромару, призванная Минато жаба опалила еще одного огнем, впрочем, он пока держался, сам Минато связал боем еще одного... А где последний? Огонек чакры вспыхивает буквально у меня за спиной, и я еле успеваю отскочить от удара короткого клинка. Впрочем, проблему решают за меня.