Шайтан Иван 5
Шрифт:
— Мурат, у тебя нет ножа? — спросил я.
— Нет, Иван, мама не разрешает, а отца долго нет с нами. Он бы разрешил, я уже большой. — с досадой вздохнул Мурат.
— Хорошо, когда мы приедем, ко мне, я подарю тебе нож по твоей руке. Не хорошо как-то, когда такой большой, почти мужчина, и не может нарезать себе мяса.
— А ты не обманешь? — обрадовался Мурат.
— Нет, я всегда выполняю свои обещания.
К нам подошла сестра Мурата. В отличие от матери она была темная, судя по бровям, и материнские, большие, серые глаза. Правда она ещё не научилась пользоваться ими. Но они уже сейчас приковывали к себе взгляды мужчин.
— Простите господин. Мурат пойдём, ты мешаешь.
— Нет, скажи ей Шайтан, мы разговариваем. Лейла это ты мешаешь нам.
— У тебя очень красивое
Спасибо, господин. — Лейла смутилась, опустив взгляд и ушла к матери.
— Мурат, — я серьёзно посмотрел на него, — сейчас ты единственный мужчина в семье и должен заботиться о маме и сестре.
— Я знаю. Анвар тоже постоянно говорит так, а как я буду защищать их если у меня даже ножа нет. — возмутился Мурат.
— Точно, я как-то не подумал об этом. — Я изобразил растерянность. — Как только вернёмся на базу, подумаю о твоём вооружении.
— Ты обещал Шайтан.— Мурат смотрел на меня.
Я щёлкнул пальцем по зубу.
— За базар отвечаю, — протянул руку ладонью верх. Мурат хлопнул и побежал к матери, которая с беспокойством поглядывала на нас.
Глава 6
Наступил вечер.
— Паша, позови Анвара.
— Доброго вечора, господин. Звали?
— Присаживайся, Анвар, поведай нам, как ты стал Анваром и веру свою сменил на магометанскую? –спросил я ровным голосом, не осуждая и не попрекая. Анвар нахмурился и помолчав с минуту стал рассказывать.
— Родом я с Астрахани, Антон Ефимов, из городских казаков. Служил на пограничном кордоне. Случилась стычка, подловили нас крымчаки. Из пяти казаков я один живой остался. Свалили меня арканом и в рабы определили. Два раза сбегал, словили. Били несчадно. Четырнадцать лет тому назад то было. Продали туркам, думал конец мне, как узнал что на галеры нас закупают. В Севдаре, где мы временно остановились, я и ещё один, сидели отдельно от всех, в цепи закованные, так как бежать не раз пытались. Там и встретился с Хайбулой. — Анвар замолчал устремив взгляд на костер, вспоминая ту встречу. — Он с женой пришёл служанку госпоже купить. Проходя мимо увидел меня, что-то сказал охраннику. Подходит ко мне и говорит: Ты русский, из казаков? Пойдёшь служить ко мне, жену с детьми охранять? Будешь верно служить не пожалеешь, дам свободу, будешь слугой, а не рабом, но одно условие, ты должен принять ислам. Подумал я и согласился, терять то уж более нечего. В тот день купили и Елену, семнадцати лет от роду. Сильничали её много, еле жива была. Почему госпожа её выкупила не знаю? Мало того, что выкупила, ещё выходила её. — Голос Анвара дрогнул. — Вот с той поры и служу у господина Хайбулы. Мы с Леной приняли магометанство. Меня Анваром нарекли её Елна, так и кличут. Хайбула, как и обещал, вольную нам дал. С той поры и служим их семье. Люди они хорошие, особенно госпожа. Хайбула у крымчаков её выкупил в тринадцать лет. Отнесся по-доброму. Дождался когда ей шестнадцать исполнилось, женился, как полагается. Само собой в магометанскую веру перешла. Через год у меня с Леной сынок народился и у Хайбулы тоже сын родился. А через три года мор прошёл, умерли наши сыновья. — тень скорби мелькнула на лице Анвара. — Госпожа чуть с горя не померла, еле выходили. Потом господина перевели в Стамбул служить, ну и мы перебрались. Он уехал на Кавказ, изредка приезжал на побывку. В прошлом годе пришел человек от него и сказал, придёт человек и скажет, что он от Шайтан Ивана. Мы должны выполнить, что он скажет и выехать с ним куда нужно. Сделать это тихо и без шума. Взять только самое ценное. Вот и сидели мы, ждали.
Анвар замолчал, собираясь с мыслями.
— В феврале, Гасан заметил, что за нами следят из далека. Присмотрелся, похожи на турку. Решили делать вид, что не заметили. Так и просидели до конца марта. Пришёл человек, сказал от Шайтан Ивана и пора ехать. Госпожа сделала вид, что мы едем к дальнему родственнику. На полпути нас встретили, мы пересели на другие повозки и приехали в незнакомую бухту, пересели на маленький корабль и вышли в море. Через десять дней прибыли куда-то, ночью. Нас выгрузили, посадили на лошадей и повезли
Мы с Саввой прослушали весь рассказ молча. Я смотрел на Анвара понимая, что за простыми словами рассказа целая жизнь, полная страданий, боли, верности и других странных поворотов судьбы. Передо мной сидел человек, который без раздумий был готов пожертвовать своей жизнью ради семьи господина. Одно это заслуживало уважения.
— Господин, не могли бы вы сказать госпоже Мелис, что нас ждёт. Она очень переживает. — спросил Анвар с почтением.
— Да, конечно. Я сейчас подойду. — ответил я.
Справившись у Эркена о караулах направился к костру жены Хайбулы.
— Добрый вечер госпожа Мелис. — слегка поклонился и присел напротив неё. Рядом с ней сидела Лейла в никабе с любопытством разглядывающая меня. Сама Мелис сидела в хиджабе. Её нельзя было назвать красавицей, милой, симпатичной, но её большие, серые глаза сразу затмевали всё остальное. Стоило ей взглянуть на меня и я почувствовал, что тону в них. Они притягивали, затягивали и казалось нет сил и желания сопротивляться чарам этих серо-зелёных глаз. Дав ей возможность испробовать свою силу на мне я, положившись на свой спасательный жилет, мой многолетний опыт прежней жизни и здоровый цинизм, спокойно сидел и смотрел ей в глаза изучая в свою очередь её. То что она женщина с сильным характером не вызывало ни каких сомнений. Стала понятна та непреклонность Хайбулы по отношению к своей семьи. Это действительно было его единственное слабое место, особенно эта женщина. Тот факт, что он признал свою слабость несмотря на возможность падения своего мужского авторитета, говорило о многом. Он был зависим от этой женщины. Любовь? Страсть? Или другая причина? Обстоятельства заставили его признаться в своей слабости, и он признал её. Поэтому глядя в глаза Мелис я понимал, что она мне нужна как союзник. Ибо быть её врагом чревато многими бедами. Эта молчаливое изучение друг друга определило наши начальные позиции разговора.
— Не знаю, как обращаться к вам? — спросила она после молчаливого изучения меня.
— Простите, что до сих пор не представился. Казачий полковник, граф Иванов-Васильев, Пётр Алексеевич.
Мелис не смогла скрыть удивления. — Извините, ваше сиятельство.
— Не стоит извиняться, Мелис, для вас, Пётр Алексеевич. Как жена моего э… союзника. Другом назвать вашего мужа не могу, но надеюсь это пока…– многозначительно закончил я. Уловил понимание в её ответном взгляде. Она кивнула.
— Благодарю вас за наше спасение. Я очень испугалась. Судя по всему, мой муж попал в серьёзные неприятности, если решился забрать нас и доверился вам. Это значит и я могу доверять вам, Пётр Алексеевич. Вы можете рассказать мне, что случилось с моим мужем?
Я посмотрел на Лейлу. Мелиса правильно поняла меня.
— Лейла, иди к брату и ложись спать.
Лейла встала и поклонившись ушла. Два охранника и Анвар расположились в шагах десяти от нас. Паша, как обычно, сидел у меня за спиной в шагах пяти.
— Ваш муж, Мелис, решил стать Аварским ханом.
Как не скрывала Мелис свои чувства, новость её потрясла. Она смотрела на огонь костра и молчала. После долгого молчания она подняла на меня свой взгляд, уже не манящий и гипнотизирующий, а жесткий и требовательный, острый как лезвие ножа.
— Это вы подтолкнули его к этому решению?! — Мелис не спрашивала, она констатировала факт.
— Не совсем так, я поддержал его решение и пообещал своё содействие. Ну ничего себе, — я в свою очередь был потрясён умом этой женщины.
— Так быстро просчитать все варианты и прийти к выводу, что я причина действий Хайбулы.
Моё уважение к Мелис прыгнуло вверх очень высоко.
— Мы столкнулись с ним в непредвиденных обстоятельствах. Ни смотря ни на что отнеслись к друг другу с уважением. Да мы были врагами, но врагами, которые достойны уважения. Мелис я скажу вам то, что сказал вашему мужу. Без хитрости и обмана, а вы подумайте и решите, что будете делать. Поверьте, есть ещё время отступить назад.