Шарада
Шрифт:
Глава 32
Шайен
Мама Кольта спит уже три часа. Все это время он не сказал ни слова. Я сижу в кресле рядом с ним. Он держит ее ладонь, обхватив голову руками, лежащими на ее постели. Ино-гда я дотрагиваюсь до него. Я хочу, чтобы он знал, что я рядом. Я всегда буду рядом. Я по-очередно то глажу его спину, то касаюсь ноги, то отодвигаюсь, чтобы дать ему пространства. Но все равно не встаю с кресла. Пока он рядом с ней, я буду рядом с ним.
И даже дольше.
У
Я знакома с ней совсем немного, но уже знаю это.
У него урчит в животе, но я не спрашиваю, хочет ли он есть. Я знаю, что он ответит «нет».
Я гляжу на Кольта. Гляжу на Бев и мысленно возвращаюсь к маме, которая прощает-ся со мной. К тому, как ее кости, должно быть, выглядели в том лесу. Одни. Я рада, что Бев уходит не в одиночестве.
Рада, что мы с Кольтом тоже не останемся сами по себе.
Он выпрямляется, чтобы провести рукой по волосам. Они настолько взлохмачены, я никогда не видела их такими. Его нога дергается вверх и вниз. Но он не проронил ни сле-зинки.
И вот впервые он поворачивается и смотрит на меня. Боль в его глазах пронзает мою грудь и вызывает наворачивающиеся на глаза слезы. Я не такая сильная, как он.
— Не плачь, — шепчет он. — Не сейчас. Ты так долго не плакала из-за себя. Если ты сделаешь это сейчас, то плачь из-за нее, а не меня.
Я киваю. Он отклоняется от кровати, чтобы провести ладонью по моему лицу. Чтобы убрать мои волосы за ухо.
Улыбка, которую он дарит мне, хуже плача. Она сломленная. Страдальческая.
И так же быстро он убирает руку, отворачивает голову и снова прислоняется к посте-ли. Держа ее за руку и следя за ее дыханием. Дыхание, которое я начинаю считать между секундами.
Заглядывает Мэгги. Медсестра из хосписа. Кольт не говорит с ними. Они говорят со мной, но думаю, в основном, хотят оставить нас наедине с ней в ожидании ее смерти.
Глава 33
Кольт
Впервые за несколько часов мамины глаза открываются. Если быть точнее, за пять. Они блуждают по комнате, в них сквозит страх.
— Что такое? Что случилось? Тебе нужна сестра?
— Я опаздываю на работу! — говорит она и пытается встать.
Работу? Она уже год как не работает.
— Мам… ты не работаешь. Ты… — Я не могу это выговорить. — Тебе нужна медсестра?
— Я не хочу, чтобы меня уволили. Мне нужны деньги. Мой сынок… — Она выглядит напуганной до смерти. Вырывает свою руку из моих.
Мое сердце колотится. Тело немеет. Разве она не знает, кто я?
— Это я. Твой сын. Тебе не нужно работать. Просто нужно отдыхать.
— Кольтон? — ее голос скрипит, в нем все еще слышится замешательство.
— Да. Да, это
— Кольтон… — снова говорит она, на этот раз с узнаванием. В комнату опять входит сестра, наполняет шприц и вводит ей обезболивающее.
Раз, два, три.
Ее веки трепещут.
Четыре, пять, шесть.
Она снова засыпает.
Я опускаюсь в кресло.
Я уже ее потерял.
Глава 34
Шайен
Кольт произнес всего несколько слов, но ничего важного. Я обнимала его и давала пространство. Мэгги принесла еду, к которой мы даже не притронулись. Только единствен-ный раз мы выходили в туалет.
Проходит четыре часа, когда ее глаза, наконец, снова открываются. Сколько часов мы уже здесь? Я задерживаю дыхание. Я думаю, что мое сердце тоже останавливается.
Пожалуйста, пусть с ней все будет в порядке. Пусть она знает, кто он. Пусть он сможет с ней попрощаться.
— Как… бы… мне… хотелось… чтобы… ты… не выглядел… таким… печальным… — произносит она, слабо улыбаясь.
Я чувствую, как в теле Кольта ослабевает напряжение.
— Мам. Привет. Как ты себя чувствуешь?
— Рада видеть тебя, — отвечает она.
Я знаю, что не должна. Что должна быть сильной, но я не могу бороться со стекаю-щими по лицу слезами. Не могу сдержать их или повернуть вспять.
Все это не от грусти. Я вижу, как она смотрит на него, и это прекрасно. Она любит его так, как мать должна любить своего ребенка. Полностью. Абсолютно. Для нее он самый важный человек в этом мире, и я так счастлива, что у них это есть.
— Ты всегда пытаешься увидеть во мне хорошее, — Кольт пытается поддразнивать. За это я люблю его еще больше.
Она тянется к его руке. Я и не осознавала, что они отпустили друг друга. Он протяги-вает ей ладонь, и она ее сжимает.
— Позволь мне поговорить с Шайен. — У нее такой тихий голос, что я едва могу рас-слышать слова. Кольт выглядит так, будто готов запаниковать. У него расширяются глаза, когда он переводит взгляд с нее на меня.
— Все хорошо, — говорит она. — Это займет всего минуту.
Я плачу сильнее. Мне нужно остановиться, но я не могу себя заставить. Я вытираю глаза, когда Кольт поднимается. Он целует ее в щеку. Встает и прижимается своим лбом к моему.
Слова не нужны. Мы просто прижимаемся друг к другу.
— Все будет хорошо, — шепчу я.
Он кивает.
— Я люблю тебя.
— Я тоже.
А потом он уходит. Я занимаю его место в кресле, и мне приходится наклониться ближе, чтобы слышать ее.
— Вместе вы прекрасны. — У нее дрожит подбородок, отчего я снова плачу.