Шансон для братвы
Шрифт:
— Зачем ему?
— Хочет, очень просил. Видимо, желает убедиться, что голова ему не только для того, чтобы кушать, дана... Он уже раз съездил, так не дождался моего психолога. Мишель же у нас экстраверт [101] , с мужиком каким-то там познакомился, тот ему программу компьютерную посоветовал, тест на интеллектуальный коэффициент. Вот Мишка в магазин за лазерным диском и помчался. К Гугуцэ прибежал, компьютер зарядили, себя проверили — ура! У одного сорок единиц, у другого сорок пять...
101
Коммуникабельный,
— А сколько надо?
— Ну сто, не меньше. Ниже семидесяти — это дебил. Они, скорей всего, что-то пропустили, поэтому и результат такой компьютер выдал... Точнее, бывший компьютер, — улыбнулся Денис:
— Почему бывший?
— А-а! Так они Горыныча решили проверить, у экрана посадили, сказали, что нажимать... Тест закончился — все, труба! Горыныч до десяти не дотянул! Так не бывает. Горынычу, если по результатам судить, должно быть годика два, даже в детский сад рано. Гугуцэ компьютер новый покупает. Данька ведь, как диагноз свой увидел, в них монитор бросил...
— Попал?
— Нет. Горыныч от ярости минут пять вообще говорить не мог... Сегодня они хотели Циолковского заманить. Интересно, он же у нас «вервольф»... [102]
— Почему?
— А кто ментов на помойке перекусал? Пушкин?
— А-а, понятно. Думают, оригинальный психологический тип. Наверное, это ты им посоветовал.
— Был грех... Они его в склонности к вампиризму подозревают. Теперь, пока всех не перепроверят, не успокоятся.
— Ну-ну, экспериментаторы. Может, им фирму открыть — «Ортопед и компаньоны, психологические исследования»?
102
Оборотень
— Надо посоветовать, дело прибыльное...
Султанов подъехал к председателю судмедэкспертной комиссии и пожаловался ему, что Огнев странно себя ведет последнее время — темнит, непонятно отвечает на вопросы. Профессор посмотрел результаты других врачей — вроде все в норме, и пообещал сам разобраться через неделю.
Следователь доложил Воробейчику, тот посоветовал ему узнать, в какое время профессор будет проводить обследование, и вызвать Огнева часа за три до этого — посидеть, помотать нервы.
Трое часов фирмы Фаберже из оставшихся четырех были подарены: одни — Ксанкиной маме, одни — Рыбакову-старшему, последние — Нефтянику на день рождения. Подарки вызвали шок, ибо одаряемые представляли их стоимость.
Толик получил миниатюрную копию часовни, украшенную изумительными агатами. Сей поступок Дениса и Ксении мог показаться странным, однако они здраво рассудили, что подарки родственникам так и так остаются в семье, а Толян был настоящим ценителем антиквариата, в его руках часы получат лучший уход, чем в любом музее. Денис и Ксения были напрочь лишены тяги к коллекционированию.
Толян подпрыгивал и суетился так, что чуть не свалился с подарком в руках
Праздник удался на славу, хотя Толяна раза три пришлось выволакивать из гаража, куда он пытался под всякими дурацкими предлогами заманить Ксеню и подарить ей свой новый «БМВ». Успокоить именинника было сложно, он все стремился совершить, по его же собственным словам, «адекватный поступок». Наконец Ксения сказала, что ей не нравится черный цвет и «БМВ» как средство передвижения.
Это было ошибкой — нельзя было конкретизировать марку автомобиля.
Слова Ксении вызвали у Толяна прилив активности, он бросился к телефону, оторвал от ужина директора автосалона и чуть было не заставил его посреди ночи пригнать на дачу белый пятисотый «мерседес». Денис тем временем узнал у Антона, что единственного, чего нет у гостеприимного хозяина, так это джипов, и Ксения громко заявила, что ей по душе исключительно вездеходы. Толян начал ломать руки, лихорадочно пытаясь вспомнить, где в час ночи можно приобрести внедорожник, и напал на Стоматолога, прибывшего на новом «гранд-чероки». Стоматолог в принципе не возражал против дарения джипа, и крики «Кто щас может вызвать нотариуса?» огласили окрестности.
Оказалось, что могут все.
Пришлось Денису взять на себя ответственность, выпить с возбужденным новорожденным и пообещать, что в самом скором времени Ксения посетит его автомагазин.
Веселились до утра, взяв с Нефтяника обещание, что следующую годовщину отметят на его яхте.
Он с энтузиазмом встретил это предложение и развопился, что построит тридцатиметровый корвет. Антон выступил со встречным планом приобретения сорокаметровой посудины. Денис предложил не мелочиться и остановиться на полусотне метров и внес вариант названия — «Вольный Разборщик».
Гости одобрили гордое имя.
Будущий год обещал быть интересным и насыщенным, особенно для подшефных бизнесменов — яхты такого класса стоят от полумиллиона долларов и выше. Судя по настроению собравшихся, из барыг предполагалось создать нечто вроде конструкторского бюро, да еще и с самофинансированием.
— ...Не знаю, не знаю, Дмитрий Семенович, может, на стационар придется лечь, поподробнее провериться, — нарочито задумчиво тянул следователь.
— Да-а? — язвительно спросил Огнев. Они сидели в вестибюле перед кабинетом профессора, председателя комиссии. Кабинет был заперт. — И что так?
— Ну, это врачи скажут. Я же не могу дать квалифицированное заключение.
— Про мое письменное согласие не забыли? А если я его не дам?
— Кто вам про согласие сказал? — нервно пробубнил Султанов.
— Ну-у, не придуривайтесь, Иса Мухтарович, это вам не идет. Я УПК назубок знаю. Сейчас, вон, психов не могут в больничку пристроить, а вы обо мне рассуждаете. У вас-то самого справка есть, что вы нормальный?
— Мы каждые три года комиссию проходим, это в органах милиции обязательно...