Шансон для братвы
Шрифт:
Два оставшихся ящика содержали десяток свернутых в трубку картин и толстенную папку с бумагами. Рыбаков тут же обмотал их скотчем, чтобы не развалились, и двинулся на выход. И то для одного раза это было многовато.
Рулоны и мешки привязали к багажнику на крыше, рюкзак сунули в салон. Ксения с Денисом напоминали дачников. Он, перемазанный, как трубочист, она в старенькой брезентовой курточке, древний «запор».
Подозревать эту занюханную семейку инженеров в хищении ценнейших предметов искусства было смешно. Ни один уважающий себя сотрудник ГАИ и не посмотрит в их сторону — таких остановишь и сразу
Как говаривал один чиновник из произведений Салтыкова-Щедрина: «Без взятки ни за какое дело не берись, руки не порть!»
На случай, если все-таки остановят и, ну совсем фантастика, обшмонают машину и обнаружат ценности, версия была готова — Ксения купила в двухстах километрах от города жуткую развалюху, и они вдвоем с Денисом как следует разворошили чердак. Повезло инженеришкам, купили курятник для своего незатейливого летнего отдыха и тут такое нашли! Не придраться, ясно сразу. А хозяин бывший, так тот к родичам куда-то под Псков подался, да и пил беспробудно последние полвека. У него если чего и спросить, так все равно не помнит.
Огнев зашел в канцелярию судмедэкспертизы и сообщил, что прибыл пообщаться с психологом. Его тут же отправили в нужный кабинет.
Психолог, тихая женщина в огромных роговых очках, усадила Дмитрия у стола и вручила список слов, к которым было необходимо нарисовать объясняющие картинки. Этот тест проходили в Герценовском институте, где на экзаменах по психологии у Огнева было «отлично». Предмет он любил, интересовался литературой и с удовольствием почитывал статьи об особенностях человеческого мышления. Он быстренько накалякал нечто в стиле Бидструпа, пока врач обсуждала по телефону какие-то финансовые проблемы.
— Ага, хорошо, — «докторица» наконец повесила трубку, — мы к этому вернемся позже... Пока просто побеседуем.
— Хорошо, Галина Ивановна.
— Откуда вы знаете мое имя? — Она подняла брови.
— У вас на халате вышито «Гэ-И». Самое распространенное сочетание имени и отчества, вероятность ошибки невелика. Чужой халат вы вряд ли наденете...
— Логично, — психолог сделала пометку на листе. — Вы в педагогическом учились?
— Да. Английское отделение.
— Хотели стать учителем?
— Вероятно, да.
— Почему «вероятно»?
— Я поступал сразу после школы, в этом возрасте выбор еще не совсем осознанный, больше романтический.
— Угу... А в каком возрасте, вы считаете, появляется осознанный?
— Лет в двадцать пять-двадцать семь, не раньше.
— Возможно. Что такое ассоциативный ряд, знаете?
— Естественно.
— Хорошо. Давайте попробуем продолжить пословицу...
— По ассоциации или лексически верно? — деловито поинтересовался Огнев.
Психолог запаузила.
— Ну... Как угодно, схожесть с оригиналом не обязательна...
— Это интереснее, чем просто долдонить
— Вероятно. Что ж, начнем. Чем дальше в лес...
— ...Тем толще партизаны.
— Почему? — Такого психолог не ожидала.
— Далеко в лес противник не заходит, боится, вот партизанам делать нечего, они обленились, только спят и кушают, — подобные шуточки со словосочетаниями распространены в среде лингвистов и педагогов. Огнев не был исключением.
— Да, интересно... Попробуем это: баба с возу...
— ...Ну и славно! Девиз холостяков.
— Хорошо, — психологу, видимо, самой стало любопытно. — Кто к нам с мечом придет...
— Тот не знает о том, что изобретено огнестрельное оружие. Короче, ловить ему нечего, на границе пристрелят. А меч в музей сдадут.
— Так... Если гора не идет к Магомету?..
— ...То Магомет идет на фиг!
— Хорошо. — Психолог ощутила себя несколько неуютно. Ей уже давно не приходилось тестировать людей образованных и с развитым чувством юмора, она разучилась ставить нужные вопросы. Общение с малолетними любителями клея и алкоголиками не давало особого опыта, все одно и то же. — Попробуем цвета! Вот семь карточек. Назовите цвета в порядке убывания...
— По насыщенности?
— Нет, почему... По предпочтительности для вас... Карточки руками не трогайте.
— Замечательно. Галина Ивановна, хочу вас предупредить, что, когда мне говорят «назовите», я это так и воспринимаю. Если бы вы сказали «схватите», тогда другое дело... Синий, серый, черный, лиловый, красный.
— Ага, — психолог сделала пометку на листе. — Вот видите, у вас по тесту какая-то бесплодная активность прослеживается.
— Да-а? — Настала очередь Дмитрия удивляться. — Интересно, где этот тест так трактуется? — Ничего подобного в учебниках по психологии не было, цвета означают лишь принадлежность к определенному психологическому типу: синий — сангвиник, черный — флегматик, красный — холерик. — Вас, случаем, член-корреспондент Султанов не консультировал?
— Султанов — это ваш следователь? Я с ним беседовала, — растерялась психолог.
— Ну, тогда все ясно! Вы мне подробненько разъясните, что у нас с цветами...
— Вторым и третьим у вас идут серый и черный, — психолог многозначительно взглянула на Огнева.
— Ну и что?
— Это обозначает склонность к депрессиям.
— Да что вы говорите! Как интересно! Получается, если у нас правительство и Президент на черных машинах передвигаются — значит, они точно маньяки, с депрессивным психозом. Так? Тогда их в больничку.
— Нет, — психолог не знала, как повести себя, — так не нужно...
— А как?
— Это не наш с вами вопрос, — она взяла себя в руки. — Давайте поговорим о том, как вы учились. Легко было в школе?
— Достаточно.
— А в институте?
— Тоже легко.
— Тогда почему ушли?
— Неинтересно стало. Перспективу потерял, перестройка, инфляция. Сами знаете...
— Ага. Вы тест на интеллектуальный коэффициент когда-нибудь проходили?
— Да.
— Каков результат?
— Двести [99] .
99
Обычным считается показатель 120-140 единиц