Шанс (сборник)
Шрифт:
– Диана, как хорошо, что ты зашла! Мы тут с Лисаном умирали от скуки. Чай будешь?
– Н-нет, спасибо.
– Это хорошо, потому что чашек у нас все равно уже нет.
Я взглянула на глиняные осколки, присела.
– А вы разве не уехали на ярмарку?
– Уехали, да не доехали. Не успели и из города выехать, как наша лошадь ногу подвернула. К счастью, рядом проезжали Ман-ди и Анатья, с ними и родители поехали. У них-то телега большая, прочная, не то, что наша. Ну, а мы с Лисаном вернулись обратно.
– Понятно, –
Мне не терпелось поговорить с Симой, но не при Лисане.
– Не волнуйся, он уже уходит, – поняв мои сомнения, процедила подруга. – Ему еще мусор нужно выбросить.
Ох, что бы здесь началось, не будь меня, но, к счастью, я в тот момент была, и ничего не произошло. Парень лишь фыркнул и скрылся в своей комнате.
– Он невыносим, – начала Сима, – представляешь, сам уронил посудочный шкаф и хочет, чтоб я все это выбрасывала!
– Ничего подобного! – приглушенно донеслось из закрытой двери. – Я лишь сказал, что бы ты выбросила свои горелые пирожки!
– И вовсе они не сгорели, – смущенно возразила девушка, – лишь немного перерумянились.
– Что ж ты сама их не ешь?
– А я не ем мучное.
– Да там от мучного одни угли остались! И начинку пересолила.
– Да ты и до начинки добрался? Так значит вот почему у меня ее и на половину пирожков еле хватило!
– Сима, – вмешалась в спор я, – ты не поверишь, если я тебе расскажу, что со мной произошло. И дай мне, пожалуйста, пирожков попробовать, уж очень есть хочется.
– Ничего себе! – наконец проговорила девушка, слушавшая мой рассказ с раскрытым ртом. – Думаю, тебе бы не помешала хорошая порция валерьянки.
– Это тебе бы она не помешала, – обиженно проворчала я, ломая пополам третий по счету пирожок и выгребая слегка пересоленную картофельную начинку.
– Ладно, ладно – шучу. Была бы валерьянка, давно бы подпоила того психа в комнате. У нас, к сожалению, аптечка лежала в посудочном шкафу, только полкой ниже, – и, критически оглядев шкаф с одной единственной уцелевшей полкой, добавила: – теперь уже выше.
Убедившись, что никаких последствий вроде головокружения и тошноты после ее кулинарных шедевров у меня не наблюдается, она опасливо отломила кусочек, принюхалась… и поспешно прилепила обратно.
– Может, уже пойдем?
– Куда? – слегка растерялась я.
– Смотреть на потайной ход, конечно.
– А ты разве не занята?
Девушка критически оглядела комнату.
– Потом приберусь. Родители же все равно приедут лишь к вечеру.
К дому я шла с легкой неприязнью. Оставленные на распашку окна и лежащие продукты на столе, привлекли всех местных птиц, и потому творившийся кавардак едва ли уступал Симиному. Пройдя по устланному перьями полу, мы спустились в открытый подвал.
– Вот, – водя свечой, я указала на злополучную каменную кладку, – только не смей нажимать!
Девушка быстро
– Мне просто интересно посмотреть на тот берег.
– Посмотрим, но только в обход, через поле.
Снаружи серые камни скал, надежно закрывали пещеру. Простукав скалу и убедившись, что она и не собирается ее пропускать, Сима выжидательно уставилась на меня.
– Сейчас покажу, – я опустилась на четверинки, рыща руками у подножья, – нужно только ее найти.
– Кого?
– Щель.
– Ааа. А как она выглядит?
– Ну, как может выглядеть щель? Сейчас найду и покажу.
Наконец поиски были окончены. Стена отъехала, и мы поочередно вошли в узкий лаз.
– Ух ты! – выдохнула подруга. – Это просто… чудо.
Какое-то время мы просто болтали, повалившись на траву. Потом Сима спустилась к реке, подняла платье и вошла в воду.
– Какая прелесть! А давай никому не расскажем об этом месте. Пусть это будет нашей тайной. – Она усмехнулась, обрызгав меня. Я невольно поежилась. – Как здорово иметь уединенное место, о котором никто кроме нас не знает.
– Или почти никто. Ведь Чиж был здесь. Не может же собака сама отыскать потайной лаз, наверняка ей кто-то показал. Но кто?
– Может Манди? – призадумавшись, ответила Сима. – Это же его пес. Но в таком случае, он-то откуда знает?
– Может, как и я случайно наткнулся или… ему рассказал Милахель! Они ведь лучшими друзьями были!
– Точно! Мне кажется, стоит поговорить с Манди и сказать о том, что и мы теперь знаем.
– Я тоже так думаю. У него наверняка были причины столько времени скрывать это место.
Стоял полдень. Солнце палило нещадно, и мы присели под сосной, укрываясь от жарких лучей прохладной тенью. Взгляд невольно скользнул вдоль толстого ствола, где виднелась выковырянная надпись. Взглянув на Симу, я заметила, что и она смотрит на нее.
– Диана, как ты думаешь, она это написала до своей смерти или после?
– Конечно, до, – рассмеялась я, сочтя вопрос за шутку, – не могла же она написать это…
Мы испуганно переглянулись и, не сговариваясь, одновременно рванули к выходу, чуть не снеся скалу. А остановились только когда серые камни были далеко за спиной.
– Думаешь, там витают призраки? – тяжело дыша, спросила я.
– Ты сама это сказала, – ответила не менее перепуганная девушка.
Отлично! А мне ведь еще жить в этом доме. И в этой деревне.
– Все, сегодня же поговорю с папой о скором переезде.
– Но вы не можете уехать! – возмутилась Сима.
– Почему?
– Потому что вы только приехали.
Даа, веский аргумент.
– И вообще, ты, что меня бросаешь? А вдруг они поняли, что я твоя подруга и убьют меня?
– Брось, призраки не убивают людей… наверное. Вот, если б ты была привидением, то стала бы кого-то убивать?