Шаманы
Шрифт:
– Когда мы встретились в степи, ребёнок уже был с ней. И, поверь, я не спрашивал, откуда и как в степи оказалась эта малышка.
– Так это девочка?
– Да. И очаровательная.
– И с какой целью ты пригласил старую шаманку?
– От неё отрёкся родной клан. Исхаг оставили в степи, не дав зимней одежды, не выделив запасов. Чтобы уберечь и вырастить девочку, ей хотелось бы поселиться в долине гейзеров. Она сильная и опытная шаманка. Духи, призываемые ею, также сильны, особенно огневики. И она выразила желание следить за безопасностью в долине гейзеров, смиряя тамошних огненных духов.
– Похвальное желание. Думаю, Совет гномов удовлетворит твою
– Думаешь, это чья-то злая воля?
– Кто это может сказать наверняка? Значит, дорогой друг, за тобой долг жизни?
– Именно. И я намерен просить тебя поддержать мою просьбу на Совете.
– Ты уверен, что поступаешь правильно?
Гном отпил из своего кубка.
– Я уверен в одном - благородная душа этой женщины достойна похвалы и уважения. Я обязан ей своей жизнью и жизнью сына. Путешествуя с нею по степи, я имел возможность наблюдать... Поверь, я теперь должен ей больше, чем жизнь. Она спасла нас от стаи оголодавших волков, подчинив себе дикую стаю и её вожака. Если бы не Исхаг, мы могли погибнуть во время бурана. Теперь я обязан частично вернуть долг, всего лишь помогая женщине попасть в долину гейзеров, чтобы в покое и безопасности вырастить приёмную дочь. И не забывай, она великая шаманка.
Эльф приподнял бровь.
– Великая?
– Это так же верно, как и то, что меня зовут Фахадж, сын Фана, внук Финиана.
– Подтверждаю, - сказал молчавший до сего момента Фирад, - госпожа Исхаг умная, сильная, достойная женщина. И великая шаманка.
Эльф задумался, потягивая вино и отозвался на стук в дверь.
– Войди, Амиса!
– Господин, девочка и её нянька выкупаны, переодеты в чистое. Орка кормит малышку на кухне. Сейчас готовят ванну для мужчин.
– Передай госпоже Исхаг, что ужин подадут едва только господа гномы смоют дорожную усталость. Подадите ужин на четверых в холл. И кстати, во что вы переодели госпожу? Она высокого роста и широка в плечах.
– И покрыта шерстью.
– Но вы ведь помогли ей высушиться?
– Она призвала огненного духа прямо в купальне и высохла в считанные мгновения. Её мех оказался не только сухим, но и словно расчёсанным.
– Так во что вы её переодели?
– Извините, господин, но пришлось взять кое-что из вещей вашего старого друга, того орка, что приходил прошлой зимой с Севера. Его шаровары и туника с бронзовыми накладками как раз пришлась впору. Мы подыскали также и обувь. Малышку нарядили в старые одежды моего младшего внука.
– Хорошо. Подготовьте всю одежду моего друга-орка, сколько бы её не было, упакуйте и отнесите в сарай к вещам каравана нашей гостьи. И найдите ей обувь. В первую очередь зимнюю. Ступай!
Амиса поклонилась и исчезла за дверью.
– Пойдём, друг, посмотрим, как там ваша ванна.
Гномы устало поднялись, и отправились вслед за хозяином. Пока гости отмывались с дороги, эльф полюбопытствовал чем занята необычная гостья. И имел возможность посмотреть процесс укладывания малышки спать после сытной еды и купания. Девочка сидела на коленях Исхаг лицом к ней, поддерживаемая лапами под спину, и увлечённо что-то объясняла шаманке на смешном и непонятном детском языке. Старое и поросшее серебристым мехом лицо шаманки являло тихую радость и какое-то странное очарование.
Как понял эльф, орка слегка колдовала, усыпляя малышку, но девочка вполне успешно сопротивлялась степной магии, что сродни даже не колдовству, а той уютной атмосфере покоя и любви, что пронизывает бытие старых дружных семей, где много детей,
Старая Исхаг укачивала девочку, напевая заунывную степную колыбельную, бесконечную, как дорога кочевника, что ведёт его от рождения до смерти и не имеет конца.
Перехватив уснувшего детёныша поудобнее, Исхаг последовала за Амисой в отведённую для неё комнату, и уложила ребёнка на краю широкой низкой кровати, обложив подушками.
– Вас ждут к ужину, госпожа.
А старуха немногословна, отметила шаманка. Хорошо, если так. Будет плохо, если по Великой орочьей степи разнесётся слух о старой орке, что кочует с человеческим детёнышем. Впрочем, она вскоре предстанет пред Советом гномов, а там внимательных глаз и болтливых языков куда больше, чем в этом доме. Чистом доме, надо признать. Непривычном доме. Исхаг приходится двигаться плавно и аккуратно, чтобы не задевать плечами и боками мебель, да ещё и наклоняться в особо низких местах.
Орочья одежда пришлась впору. Длинная туника, бронзовые кольца, вшитые для защиты груди от скользящего удара мечом, серые шаровары и даже короткие сапожки сели на неё, как влитые. Стянув талию шаманским поясом, некоторое время Исхаг разглядывала свой наряд в зеркале и решила, что выглядит вполне пристойно. Осталось расчесать волосы подаренным гребешком. Заговорённая деревяшка сколола жёсткие волосы и старая Исхаг последовала недлинным коридором за провожатой.
Хозяин беседовал с новоприбывшими друзьями за широким столом, уставленным странной едой в странных сосудах. Зачем их так много? Чтобы наесться, достаточно одной миски и ложки. Впрочем, эльфы никогда не кочевали, им не понять уклада той жизни, где каждая вещь веками несёт одно и то же предназначение и имеет своё, веками не изменяющееся место. При таком существовании, когда твой дом - это вся степь, а шатром часто служит небо, каждая унция груза способна стать как причиной поражения, так и причиной победы. На лошадей много не навьючишь, каждая унция груза непременно учитывается, так что орки безжалостно оставляют в степи всё лишнее - на поживу желающим и никогда не обрастают множеством вещей.
Старая Исхаг безошибочно направилась к массивному табурету, игнорируя кресла. Они выглядят надёжными и выдерживают вес гномов, но в чужом доме лучше не рисковать. Усаживаясь, она обратила внимание на стоящие перед ней неглубокие... миски? Значит, в них можно положить еду. Чем? Она взглянула на эльфа, он встал и обойдя стол, налил всем вина и поставил рядом с каждым гостем ещё по бутылке.
– Это на тот случай, если вам, дорогие гости, захочется выпить ещё. Я рад приветствовать в своём доме гостью из орочьей степи и господ гномов.
– Уважаемый Эльреги, мне никогда не приходилось есть за таким столом. Ты объяснишь мне, как это делается?
– Конечно, просто наблюдай за мной. Твоя откровенность делает тебе честь, госпожа.
Эльф развернул и положил на колени салфетку из грубого льна, аккуратно взял блюдо за край и специальной ложкой положил на свою тарелку еду. Отщипнул от кусочка хлеба, что лежал на маленькой тарелке слева от него и принялся за еду. Исхаг повторила его действия и заодно ответила на лестную фразу.