Серый туман
Шрифт:
В коридоре, впрочем, белобрысый говорить не стал. Он ухватил Оксану за руку и потащил к выходу из квартиры. Ошарашенная, та не сопротивлялась. Уже на лестничной площадке она пришла в себя и приготовилась завизжать, но парень отпустил ее, захлопнул дверь, заглушив доносящиеся звуки, и облегченно вздохнул.
— Почти оглох с ними, — пожаловался он. — Слушай, ты Береста не видела? Ты же вроде как с ним гуляешь? Он обещал появиться, но все нет и нет. Я домой ему звонил, родаки сказали, что ушел уже.
— Вот еще,
— То есть не знаешь? — разочарованно спросил белобрысый. — Жаль. У меня к нему дело, срочное. Вопрос жизни и смерти. Буквально, между прочим.
— Что, помрет, что ли, если не встретитесь? Или ты ему бабки занял, а он не отдает? Так думать надо заранее. И не отдаст, поди.
— Бабки, бабки… — рассеянно пробормотал белобрысый. — Нафига мне сдались его бабки? Ну, раз не знаешь, я тогда пошел. Здесь его ждать, похоже, без толку.
Он повернулся.
— Погоди! — неожиданно для самой себя вскинулась Оксана.
— Ну?
— А… а я тебя не помню в Сечке. Ты где учишься?
— Все-то тебе расскажи! — усмехнулся парень. — Я, может, и не учусь вовсе, а работаю. И даже не в Сечке. Не педагог я ни в одном глазу, и детей с самого детства не переношу, чтобы еще и учительству обучаться. Извини, подруга, мне пора. Ты симпатяжка, я бы с тобой с удовольствием потрепался, но мне и в самом деле некогда. Если я Береста не найду побыстрее, ему сильно поплохеет.
— Меня, между прочим, Оксаной зовут, — протянула девушка, одновременно обиженная пренебрежением и польщенная «симпатяжкой». — Оксана Шарлот. А ты?
Парень не ответил. Он молча смотрел на нее, и Оксана поняла, что сейчас он развернется и уйдет окончательно. Да зачем он ей вообще сдался?
— Ну, я вообще-то знаю, куда он мог пропасть. Есть у него одно местечко, куда он девок водит. Опять, небось, с кем-нибудь там сидит.
— Крис.
— А?
— Меня зовут Крис. Что за место?
— Ну… сложно объяснить. В Юго-Западном, на Ботанике. Там дом старый, барак двухэтажный, сто лет как заброшенный. Жильцов в прошлом году переселили, а дома под слом, только пока никак не снесут. На первом этаже и в подвале бомжи ночуют, но на втором комната есть с нормальной кроватью… ну, в общем, нормальная комната. Он там со своей компанией тусуется, и меня как-то раз водил.
— Так… — белобрысый Крис побарабанил пальцами по подбородку. — Подробнее место описать можешь? А лучше показать?
— Ты что – показать! Туда же на автобусе через полгорода пилить!
— А я на тачке. Десять минут, и там. Слушай, мне действительно очень надо его найти. Если поможешь, угощаю мороженым – сколько слопаешь.
— Приличные девушки, — сообщила Оксана, кокетливо поведя плечом, — на мороженое не ведутся. Они ведутся на ужин в «Интернационале» или в «Килиманджаро». Но поскольку меня к приличным не
— Договорились, — в глазах белобрысого мелькнуло нетерпение. — Но только потом. Поехали.
И он побежал вниз по лестнице, прыгая через ступеньки. Ну, шустрый! Мог бы и лифт вызвать. Ох ты, он же не работает. Ну ничего, четвертый этаж – не десятый, а вниз – не вверх.
Оксана заспешила вслед за Крисом. В ней боролись два противоположных чувства. Голос разума напоминал, что ехать на глухую окраину с совершенно незнакомым парнем, да еще никому не сообщив, может обернуться весьма неприятной разновидностью самоубийства. Но странное ощущение Большого Приключения, внезапно зазудевшее где-то под ложечкой, от разума отмахивалось. Парень вовсе не походил на насильника или маньяка. Не слишком все-таки симпатичный, но какой-то… притягательный. Харизматичный, вот правильное слово. И машина, наверное, своя. Возможно, с ним даже удастся познакомиться поближе, и тогда… А между прочим, девушка она вполне порядочная, и в постель к парням на первом же свидании не прыгает, вот!
— Бегают и бегают! — прошипела из полуоткрытых дверей квартиры какая-то бабка. — Орут, топают, музыку играют на весь дом, спасу нет никакого! Вот ужо участковому пожалуюсь!
Не обратив на нее внимания, Оксана протарахтела каблучками по гулкому бетону лестницы и выскочила из подъезда. Возле него уже негромко тарахтела мотором облезлая «росомаха» не то пятой, не то шестой модели, в них Оксана разбиралась плохо. Не фонтан, однако. Но все лучше, чем ничего. Она обошла автомобиль и села на переднее сиденье. Дверца захлопнулась только с третьего раза.
— Говори, куда, — нетерпеливо поторопил Крис. — Улица какая?
— На Громова, в дальнем конце. Там старых бараков десятка три.
Машина рванула с места так, что Оксану вдавило в кресло. Взвизгнув покрышками, она с трудом вписалась в поворот и вылетела на улицу, подрезав сразу два автомобиля, возмущенно засигналивших вслед. Девушка уперлась коленками в пластмассовую панель, ухватилась руками за сиденье и тихонько завизжала.
— Ты чего? — удивился парень. — Испугалась, что ли?
— Ты куда так гонишь? — Оксана на секунду отцепилась от сиденья и потянулась к привязному ремню. Рука, однако, нащупала лишь пустоту. — Сам убьешься и меня угробишь! Ошалел, что ли? Сбавь скорость! Или меня высади, ненормальный!
— Не боись, — весело сказал белобрысый, обгоняя другие автомобили как заправский гонщик. — Не разобьемся. Все безопасно.
Оксана бросила взгляд на приборную панель и тут же отвела взгляд, подавив позыв крепко зажмуриться. Стрелка на спидометре как приклеенная держалась у нуля и даже не шевелилась. Похоже, здесь сломано вообще все. И… где рычаг переключения скоростей?