Серый туман

Лотош Евгений

Павел, не удержавшись под обрушившимся на него телом Олега, потерял равновесие и отлетел в сторону, едва не покатившись кувырком со ступенек. Извернувшись кошкой и с трудом удержавшись на ногах, он бросился к другу, навзничь лежащему на каменном полу, и склонился над ним. Левый рукав пальто Олега стремительно набухал темным.

— Врача! — яростно заорал Бирон, выпрямляясь. — Кислицын ранен! Быстрее!

Толпа внизу забурлила. Словно дождавшись сигнала, на площадь вылетело несколько полицейских машин, завывая сиренами. Толпа в едином порыве качнулась в их сторону, сминая оцепление. Павел бросил

взгляд в сторону здания, откуда стрелял снайпер – все в порядке, высокий парапет трибуны надежно укрывает от новых выстрелов – и снова наклонился над бессознательным Олегом.

— Кислицына убили, гады! — заверещал где-то внизу истошный голос. — Бей их, бей!

— Куда попали? — крикнули Павлу в ухо. — Куда попали, мать твою!

Павел поднял голову. Рядом топтались горе-охранники. Бирон молча ткнул пальцем в пулевое отверстие.

— Отойди в сторону! — рявкнул на него охранник. — Не видишь, мешаешься под ногами, придурок!

Павел, прищурившись, посмотрел на него, распрямился и без размаха ударил в челюсть. Удар из неудобного положения получился несильным, но от неожиданности телохранитель поскользнулся и с размаху сел на каменный пол трибуны. Второй молча смотрел на Павла круглыми от удивления глазами, его рука слабо шарила по поясу в поисках кобуры.

— Молчать! — рявкнул Павел, чуть не сорвав голос. — Вы сейчас облажались, снайпера пропустили, не я! И если бы не я, лежать бы Кислицину сейчас трупом! Так что слушать меня и делать, что я скажу! Я его доверенное лицо, так что сейчас вы подчиняетесь мне! Есть возражения? — Он посмотрел сначала на стоящего, затем на слабо ворочающегося на полу охранника. — Вот и ладушки. Ты! — он ткнул пальцем в стоящего. — Первую помощь оказать можешь? — Стоящий молча кивнул. — Вот и займись, не стой истуканом. Ты! — Бирон обернулся к первому охраннику. — Кончай на земле барахтаться, вставай и быстро беги скорую вызывать.

Получивший в челюсть телохранитель медленно поднялся и раскрыл рот, собираясь что-то сказать, но, наткнувшись на угрожающий взгляд Павла, пожал плечами и начал спускаться по лестнице.

— Ну как? — спросил Павел, наклоняясь к бессознательному другу и наблюдая, как первый охранник распарывает рукав. В плече Олега виднелась небольшая ранка, из которой тянулась тонкая кровавая нитка. — Плохо дело?

— Башкой он о камень приложился, когда грохнулся, как бы сотрясения не случилось, — угрюмо откликнулся охранник, ловко отрывая рукав олеговой рубашки и раздирая его вдоль, превращая в тряпичную полосу. — А с пулей повезло. Навылет прошла. Мышцы пробила, но кость не зацепила, и артерия не повреждена. Похоже, вену задело, но ее я сейчас пережму. Потом в больнице заштопают, кровь перельют, будет через месяц как новенький. А вот если бы на несколько сантиметров правее… — Охранник покачал головой.

— Ну, не попал же! — облегченно вздохнул Павел. — Давай, действуй, я покараулю.

Он стиснул кулаки и принялся настороженно озираться по сторонам.

Снизу несколько раз послышалось шипение разрядников, раздался крик боли. Две полицейские машины лежали перевернутыми, вокруг бесновалась толпа. На площадь выворачивали черные фургоны Службы Общественных Дел.

* * *

«Суоко, на связь. Здесь Тилос. Срочно».

«Суоко

на связи. Слушаю. Что случилось?»

«Я второй день занимаюсь исследованием новой системы поддержки выборов – той, электронной. Лангер посоветовал просто для практики покопаться с помощью Робина. Детали опущу, но суть в том, что система взломана».

«Подробнее».

«Анализ потоков данных показывает, что один из системных модулей, отвечающий за коммуникации с другими вычислителями, ведет себя странно. Он принимает по сети данные от машин в территориальных избиркомах, но вместо того, чтобы просто передавать на вход системы подсчета голосов, сначала модифицирует. И еще он периодически что-то отправляет на постороннюю машину в другом конце города. Я нашел проектную документацию по системе выборов, ничего подобного в ней не предусмотрено, если судить по блок-схемам, во всяком случае. Я могу интерпретировать такое поведение только одним способом».

«Что за посторонняя машина?»

«НИИ. Почтовый ящик на окраине Моколы. Ведомство Перепелкина».

«Думаешь, он подсуетился?»

«Не знаю. Перепелкин – тот еще мамонт, к вычислительным машинам относится с большим подозрением. Вряд ли бы сам догадался. Конечно, у него хватает людей, которые додумались бы до идеи, но на деле сработать мог кто угодно. Дровосеков и Шварцман в первую очередь, у них есть и специалисты, и возможности орудовать на любом объекте».

«Поняла. Ты можешь разобраться, что именно происходит с данными из избирательных комиссий?»

«Нужно анализировать скомпилированный машинный код, время потребуется. Стоп! Погоди-ка минутку, мне идея в голову пришла. Пока что только Восточноокеанский округ результаты передает, а там всего пять машин. И на всех остаются копии пересланных данных. Сейчас задам Робину программу…»

«Ну?»

«Погоди… Есть. В центре результаты подтасовываются в пользу Кислицына. Очень существенно подтасовываются, я бы сказал. Если так дело пойдет и дальше, он победит».

«Кислицын, хм. Тогда с вероятностью процентов в девяносто работают ребята Шварцмана. Семен, спасибо за информацию. Пока что не говори никому, чтобы излишне народ не будоражить. Я знаю, что делать. Отбой».

«Хорошо. Жду указаний. Отбой».

* * *

— Ну, что там?

Внештатный сотрудник оперативного отдела КНП Василий Чемурханов с трудом раскрыл слипающиеся веки и почти с ненавистью посмотрел в сторону терминала, по которому бежали зеленые буквы. Его подопечный склонился к экрану, изредка что-то выстукивая на клавиатуре и невнятно бормоча сквозь зубы. Его глаза покраснели и слезились, волосы растрепались и висели какими-то невообразимыми лохмами.

— Эй, программист, как дела? Оглох, что ли?

Михась, не отрываясь от экрана, молча мотнул в его сторону головой. Кряхтя, Васян поднялся со своей импровизированной кровати из стульев и с наслаждением потянулся. Где-то внизу затылка, под старым шрамом от арматурины, снова зарождалась боль – пока еще слабая, малый намек на то чудовищное ощущение, в которое она превратится к завтрашнему (вернее, уже сегодняшнему) вечеру. Ну ничего, закончу дело – напьюсь, недолго уже осталось. Неслышно ступая, Васян подошел к Михасю и встал у него за спиной.