Серые Башни
Шрифт:
— Мой дом не здесь, — тихо сказала я.
Весь вечер я привыкала к своей новой внешности. Агами сказал, что на этом изменения не закончатся, для того, чтобы вернуть «облик, данный от рождения» понадобится несколько месяцев, а может быть и год. Он сказал, что когда я совсем «оправлюсь от болезни» то «мужчины будут замирать в молчании» рядом со мной. Ну да. Только ничего этого не будет. Я опять стану тыквой, как только окажусь дома. Я так рада! Почему меня бросает из крайности в крайность? Почему я не могу быть как все?
Глава 5
Сидхок
— Я вижу тебе лучше, мой лорд? — Дикон явился, когда я завтракал.
— У леди действительно легкая рука.
— Чем тебе не угодила ее мать, мастер? — я с самого утра ожидал прихода Тэйе. Разве она не должна была проведать меня? Осмотреть?
Но вместо нежной леди явился Агами, тыкал в меня своими каменными пальцами, выкручивая раненую руку и восхищаясь ровными стежками, а потом заставил выпить неимоверно горькое лекарство. День был испорчен не успев начаться.
— Я не желал обидеть и принес извинения! — возмутился Дикон. — Леди не захотела меня слушать! Целитель — благородное и всеми уважаемое занятие!
— Хорошо, — я жестом остановил его. — Ты узнал все что хотел?
— В общих чертах.
— Тогда наберись терпения, — усмехнулся я. — Леди, не скоро захочет снова говорить с тобой. Оставь мне летопись, я прочту позже.
Старейшина ушел с недовольным лицом, обиженный моим невниманием, пусть, меня больше занимало настоящее леди, чем ее прошлое. Мне нужно было сделать ей подарок и хотелось, чтобы моя благодарность была равнозначна ее помощи. Агами заявил, что никогда не стал бы возиться, зашивая мою руку, легче было бы ее отрезать. Не думаю, что он шутил.
На половине леди пели. Глубокий чистый голос.
Где-то бродят твои сны, королевна; Далеко ли до весны в травах древних… Только повторять осталось — пара слов, какая малость — Просыпайся, королевна, надевай-ка оперенье…Увлеченные старинной балладой, никто из свиты леди не заметил моего появления. Только норд, хитро прищурившись, наклонил голову, приветствуя меня.
— У леди легкая рука и волшебный голос, мой лорд.
Сердце ранит твоя милость, как стрела над тетивою; Ты платишь — за песню луною, как иные платят монетой, Я отдал бы все, чтобы быть с тобою…Ее голос забирался под кожу, о ком она поет с таким чувством?
— Малышка скучает по дому, — вздохнул Гру. — Там остались те, кого она любит.
Любит?! Разве норд не говорил, что девушка жила одна? Хранитель продолжал улыбаться.
— Подарок? — ухмыльнулся он, указывая на сверток в моих руках.
— Ты думаешь, что это отвлечет ее?
Ты платишь — за песню луною, как иные — монетой, Я1
Мельница «Королевна»
Голос Тэйе дрогнул.
— Передай ей, — нахмурился я. — Мою благодарность!
— Обязательно, — кивнул Гру. — Как только допоет, так сразу и передам.
Песни она поет! Скучает! Любит! Она не имеет на это права!
— Милорд, я спешу сообщить, что леди вполне способна прочесть завещание самостоятельно, правда пишет она не так уверенно, как читает, но все же… Я, признаться, не ожидал от нее таких успехов, — Дикон, как всегда неожиданно, появился рядом.
— Я восхищен ее многочисленными талантами! Ты еще не слышал, как она поет?!
— Тебя это не устраивает, мой лорд? Это только придает девушке ценности, как оправа драгоценному камню.
Я резко остановился.
— Ювелир?
Дикон кивнул.
— Мастер Райлах, прибыл вчера.
Прекрасно! Пора заявить о своем праве и надеть ей на руку браслет, а как только это произойдет, скучать ей больше не придется.
Мне никогда не нравился мастер Райлах. Что забыл этот южанин в Серых Башнях? Но он год за годом появлялся в канун Средзимья, привозя с собой изящные дорогие вещицы.
— Я так долго ждал этого момента мой господин, — снисходительная улыбка искривила тонкие губы. — У меня есть множество вещей, которые порадуют вашу избранницу и украсят ваше оружие.
— Я пришел сюда не за этим. Я хочу, чтобы вы заменили камни в этом браслете, — достав из кармана отцовский подарок, я положил перед ювелиром.
— Прекрасная работа! — восхитился Райлах. — Только зачем же менять эти камни?
— Цвет не подходит.
— И какой же цвет предпочитает господин?
— Синий.
— Какого рода синий, господин? У этого цвета множество оттенков.
Я повернулся к окну, взглянув на стремительно темнеющее небо, как мне объяснить ему?
— Быть может, если я увижу девушку, то смогу подобрать камень, достойный ее красоты?
Наглец! Как может мертвый камень передать красоту ее глаз?
— Вы увидите ее за ужином, мастер. У леди Агомар доброе сердце и она лично приветствует тех, кто прибыл в крепость.
Он сам пришел ко мне, на следующий день, склонился в поклоне, пряча холодную усмешку.
— Я видел леди, господин. Она драгоценна как глоток воды в пустыне, дуновение ветра в зной, бутон в каплях росы. Мечта.
— Ты заменил камни? — Мне была неприятна сама мысль о том, что этот южанин смотрел на нее и эти его сравнения…
— Это была трудная задача, господин. Леди слишком…необычна. А эта ее трогательная худоба!? О, господин, я не сомневаюсь, что в скором времени она превратится…
— Ты забываешься! — рука сама потянулась к кинжалу.
Райлах улыбнулся.
— Девушка об этом?