Серые Башни

Ильченко Татьяна

— Вообще-то, я хотела попасть в свою спальню, — сообщила я своему проводнику, радостно скакавшему у меня на плече.

Судя по всему, я оказалась в одном из тех помещений «которые не предназначены для леди». Круглый зал с расчерченным линиями полом, оружие на стенах, мишени в дальнем углу и Хок… В узких кожаных штанах. С мечом в руке. Удар, резкий поворот, взмах, выпад, снова удар, шаг назад, выпад и удар. Мощь и сила. Смертоносная мягкость. Каждое движение настолько изысканно, что заставляет замирать от восторга. Его шаги так легки, что он едва касается каменного пола. И Талон в его руках, кажется легче крыла бабочки

и воздух вокруг гудит, как растревоженный улей. Высокий, темноволосый, с ледяными глазами… Зачем!? Зачем я это сделала? Одним неосторожным взглядом обрекая себя на пожизненное сравнение ВСЕХ с НИМ. Я всегда боялась этого. Боялась встретить того, кто заставит мое сердце замереть и глупо улыбаясь, мечтать о поцелуях. Да я теперь до смерти не забуду этой картины! Я отвернулась и отступила назад, стены мягко закрылась отрезая меня от света. Мне осталось продержаться совсем немного, выполнить задание деда и вернуться домой. В моем мире нет таких как Хок. Ни один не напомнит, не станет искушением. Я забуду.

Глава 4

Тэйе диа Агомар

Шилд обижено верещал, распластавшись по стене.

— Не надо, — отлепив его от каменной кладки, я чмокнула его в нос. — Ты у меня лучше всех. Пошли дальше.

Мы опять спускались, с каждым шагом темнота вокруг становилась все более теплой и влажной.

— Мы идем вниз? К источникам? — поинтересовалась я, и дракончик свиснул, подтверждая мою догадку.

Шилд опять привел меня туда, куда меня не пускали. В пещеры. Тут было значительно светлее, уже не темнота, а полумрак. Тихо булькала вода в небольшом озере, время от времени вспучиваясь симпатичным шипящим гейзером. Близко я не подходила, любовалась издали. Неожиданно Шилд буквально сорвался с моей руки, исчезнув в полумраке. Я поспешила за ним, но безнадежно отстала, спотыкаясь о камни. Ориентируясь на его тревожный свист, я пробиралась между влажных булыжников. Малыш метался по берегу озера вокруг какого-то валуна и жалобно верещал.

До него оставалось совсем немного, когда на мое плечо легла тяжелая рука. Я испугалась, но действовала как учили. Перехватила эту руку, зажав ее в замке, потом развернула неизвестного наружу и перехватила вторую руку, оставалось только вывернуть плечо.

— Это не поможет вам справиться с тем к кому вы так спешите, леди, — голос Лентолета звучал на удивление спокойно. — Вере не будет предупреждать вас. Подойдете ближе, и он вцепится вам в горло. Не будете ли вы так любезны, отпустить меня?

— Лен? — пробормотала я, делая шаг назад.

— Мы уходим, леди, — моя Тень решительно развернула меня в сторону.

— Там действительно волк? Вере-оборотень? — отпихивая от себя его руки спросила я.

— Вам здесь не место, леди.

— А может, ему нужна помощь?

— Кому? Вере? Если мы не уйдем отсюда, помощь будет нужна нам. Не время для любопытства, посмотрите потом, когда с ним разберутся.

— Что значит разберутся? Его убьют? За что?

— Это опасное хищное животное, — прошипел Лентолет. — Ему здесь не место.

— Пустите! — я дернулась, но страж был быстрее.

— Я приказываю! — прошипела я.

— Я вправе ослушаться приказа, леди, если ваша жизнь под угрозой.

— Это бесчестно добивать раненого!

— Это животное.

— Какая разница! Там Шилд!

— Сожалею. Хотите, я принесу

его шкуру? Мех волка очень красив, вам понравится.

Этого я уже не могла вынести. Рванувшись изо всех сил, сдвинулась вбок и дернула Лена за руку.

— Прости, — прошипела я, награждая стража ударом в челюсть.

В тот же момент меня грубо схватили за плечо и оттащили от упавшего на колени Лена. Я попробовала заехать в неизвестного локтем, но удар заблокировали, а меня развернули и облапали со всех сторон. Дергаться было бесполезно, Хок держал меня мертвой хваткой.

Он молчал все время, пока тащил меня наверх, сжимая мою руку, как в тисках. Было больно и обидно, а еще страшно, потому что Шилд остался там, внизу.

Хок отпустил меня только в спальне, вытолкав вон зареваных девушек.

— Это недостойно леди, ты ведешь себя хуже кухонной девки и этот ваш наряд абсолютно неприличен! — Его взгляд ожег меня будто пощечина.

На меня очень часто так смотрели, презрительно поджимая губы и морща нос. Почему он решил, что я хочу быть достойной его внимания? Пропади он пропадом! Наверно уже жалеет, что привез меня в замок, если бы я замерзла по пути то проблем бы вообще не было.

— Зато вы безупречны! Что вы собираетесь сделать с тем раненым животным, добить? Это достойно лорда? Меня от вас тошнит!

— Вы не понимаете!

— Конечно, нет! И никогда не пойму!

Придурок и идиот! Я дымилась, от злости, которая настойчиво искала выход. Когда, наконец, это кончится? Я здесь совершенно посторонняя, я не понимаю и не принимаю такого образа жизни. Схватив первое, что попалось под руку, я запустила это в стену. Кувшин осыпался кучей блестящих осколков.

— Я не хочу! Не хочу! Я хочу домой!

— Леди!

— Уйдите.

— Леди.

— Я не леди, я Тая.

— Успокойся, ты слишком переутомилась и все еще слаба…

Я расхохоталась ему в лицо.

— Я не переутомилась, я из другого мира, я из другого времени! Неужели непонятно! Как мне все надоело!

— Не глупи. Ты леди. Ты принцесса. Ты надежда клана…

— Да неужели! Ты сам- то в это веришь? Ты приставил ко мне охрану! Да меня допрашивали сегодня, как преступницу! Мама видишь ли ему моя не понравилась! Да никому в этом чертовом замке нет дела до моих желаний!

— Это неправда, — Хок все это время говорил преувеличенно спокойно. — Все в крепости беспокоятся о тебе. Когда ты исчезла из библиотеки.

— Жаль что не навсегда!

— Леди!

— Провались ты!

— Успокойся, — Хок выхватил из моих рук очередной кувшин.

— Ты навредишь себе. Успокойся! Все будет хорошо.

— Хорошо?! Да у меня теперь никогда ничего хорошо не будет! И все из-за тебя! Я хочу домой!

Сидхок Рейф Вольтар, Наместник лорда-хранителя Фраги

Раздражение от ее поступка уже прошло, но сейчас я опять не в силах совладать с эмоциями и в этом виновато выражение ее лица. Зачем она так смотрит? Ведь это неправильно. Она груба, она невоспитанна, она не готова подчиниться судьбе и неуважительно относится к своему долгу и предназначению, данному по праву рождения.

— Ты делаешь это назло? Мне?

— Естественно! Я все делаю специально и назло! Никто не имеет права указывать мне, что делать! — сверкнула она глазами и потянулась к статуэткам на каминной полке.