Серые Ангелы

Богатырев Александр Петрович

— Я буду надеяться! — погрустнев сказал Ганецкий.

Меж тем медленно ползущий по грунтовой дороге автопоезд англичан приблизился и можно было разглядеть некоторые подробности.

Впереди, пуская в небеса клубы дыма и пара, катил на широких зубчатых колёсах… иначе не скажешь, но… бронированный ящик. У этого «ящика» в прицепе была ещё тройка бронированных тележек.

Сам Котовский уже знал в подробностях об этом очередном «чуде техники супостата». Просвещал их всех, сам Румата Эсторский. И судя по тому, что видел сейчас Григорий Иванович,

данный экземпляр мало отличался от описанных полковником.

Состояли же эти поезда из блиндированного автомобиля-тягача, трех блиндированных повозок и двух 150-мм артиллерийских орудий. Тягач, как утверждала разведка со слов Руматы, приводился в движение паровым двигателем мощностью 60 лошадиных сил. На нём имелся запас топлива — около 800 килограммов угля и 150 вёдер воды. Максимальная скорость не превышала 8 миль в час.

Блиндированный автопоезд

Собственно то, что они сейчас наблюдали, двигалось медленнее — со скоростью среднего пешехода. То ли берегли машину, то ли экономили топливо.

Машина со всех сторон была защищена шестимиллиметровыми листами хромоникелевой стали (кстати вес брони — 4,5 тонны), общий же вес бронированного тягача достигал 22 тонн. Ширина ведущих колёс, для повышения проходимости, составляла 61 см. На них также могли устанавливаться дополнительные съёмные зубья или резцы, которые на этом экземпляре машины были в наличии. Что не удивительно. Сезон дождей лишь недавно закончился, и не везде ещё хорошо просохла земля, чтобы вот таким машинкам можно было бегать как по мостовой.

Для самовытаскивания могла использоваться паровая лебёдка.

Трактор-тягач автопоезда

Блиндированные повозки, имевшие длину 4,5 м и около 2 м в ширину, могли перевозить до шести тонн груза. Внутри повозки устанавливалось артиллерийское орудие, ствол которого просовывался в специальную бойницу торцевой стенки.

Для стрельбы из винтовок и наблюдения служили отверстия в верхней части всех стенок, закрываемые блиндированными заслонками. Для погрузки артиллерийского орудия на повозку служили съёмные подставки, имевшие желобообразную форму для колёс и устанавливавшиеся наклонно у заднего конца, и паровая лебёдка со стальным тросом.

Тягач и повозки сцеплялись между собой специальными дышлами и имели автономные тормоза, что позволяло обеспечивать безопасность при крутом спуске.

Румата их ещё называл странно — бронеавтомобили.

Но то же Румата!

У него всё странно.

— А ведь вовремя успели! — заметил

Ганецкий.

— Ещё бы не успеть, если Сама, целеуказание даёт! — фыркнул Котовский. — Она нам всю диспозицию доложила. И то, что в это же время, тех дол. в, которые должны были сопровождать автопоезд, наши на подходах отвлекли.

— Может и им тоже целеуказание Валькирия давала?

— Да наверняка! Вывела, так сказать…

— Но всё равно что-то странно…

— Чего?!

— Ну… Как-то очень уж нагло этот автопоезд…

— Ах э-это! — успокоился Котовский. — Во-первых, как говаривал Румата Эсторский, они слишком, это… самоуверенные. Привыкли, что их буры только из своих карабинов лупят. Вот и обнаглели… Вот!.. Во-вторых… Во-вторых, им ничего не остаётся, как двигать до того блокгауза. Надеются проскочить… А тут мы!

Чуть помолчали.

— О! Ща бахнет! — заметил Котовский и пригнулся.

«Бахнуло» знатно. Махина тягача, казалось, подпрыгнула наехав на мину и тут же скрылась клубами пара и дыма.

Подрыв на мине был сигналом для артиллеристов.

Не успели англичане прочухаться, как возле бронированных боков автопоезда взвились султаны взрывов. Артиллерия, до этого момента замаскированная, открыла стрельбу на поражение. Благо место уже было пристрелянным.

Вскоре и от остальных бронированных повозок полетели клочки.

Особо удачный выстрел подбросил трубу тягача, и она кувыркаясь, со шлейфом дыма, отправилась в полёт.

— Люблю запах пороха по утрам! — с видом эстета сказал Котовский фразочку, беззастенчиво стянутую у шефа. Благо Ганецкий её наверняка ранее не слышал. — И как красиво труба от того бронеавто полетела! Видели?

— М-да! Знатно раскурочили машинку. — хмыкнул Ганецкий. — Не бегать ей больше по полям Трансваалевским!

— Уж точно не соберут!.. Так! Сейчас ещё пара выстрелов и наш выход. Только выход типа «ноги в руки».

— Но а как же проверить? — кивнул Ганецкий в сторону весело горящего автопоезда. Ветер как раз утянул в сторону поднятую взрывами пыль и стал видна вся цепочка машин.

— А чего там вообще смотреть? Все расхреначили! — быстро окинув взглядом разбитый автопоезд, ответил Котовский. Пущай уже наши братья-буры там пошуруют. Может что найдут для себя полезного. А нам артиллерию сопроводить. Но вот пото-ом!

— Вы ещё не отказались от замысла того вояжа?

— А чё нам быкам?! — надулся от важности Котовский. — Наглость, это наше всё!

Ганецкий подёргал себя за кончик бороды и рассмеялся.

— Пожалуй я тоже с вами! Там и на моих форма как, найдётся?

— А вот это — не знаю! Сколько там от тех запасов осталось…

Возле разбитых вагонов автопоезда уже деловито шныряли всадники от буров. По активной жестикуляции их командира было видно, что они обсуждают. А обсуждают они вопрос как открутить одно из орудий, автопоезда, выглядящее целым, и как его утащить.

Время на это у них было.

Валькирия бдит в своих небесах.