Серебряный леопард

Мейсон Ф. Ван Вик

Гул голосов во дворе усилился, и Эдмунд решил, что прибыл отряд, организовавший кораблекрушение, а с отрядом – пара телег, тяжело груженных выловленными обломками. Повозки тащили быки. Огромные деревянные колеса невыносимо скрипели на несмазанных дегтем осях. Словно стонали души мучеников… Из узкой двери в основании высокой башни появилась дородная фигура, закутанная в темно-голубую шелковую мантию, отороченную потертым мехом. Это несомненно и был сэр Вольмар, владелец Агрополи.

Между тем дождь прекратился. Бледно-желтое солнце разбросало яркие блики по усеянному грязными лужами двору. Мускулистые,

угрюмые воины высыпали из казарм. Опираясь на пики, они с интересом наблюдали, как толпа скотоподобных крепостных разгружала телеги. Широко расставив ноги и покручивая висячие светлые усы, владелец замка указывал подданным, как разложить привезенный груз для осмотра.

Приоткрыв глаза, сэр Эдмунд заметил, что разгружалось мало стоящих вещей. Он не увидел своего обтянутого кожей сундучка с набором серебряных чашек, браслетами, кольцами, заколками для волос и золотыми цепочками. Все это старый сэр Роджер отобрал у каких-то несчастных саксонских дворян еще в 1068 году…

Итак, добыча сэра Вольмара оказалась ничтожной. Пристав Ниссен съежился перед хмурым взором своего владыки. Этот полный, но мускулистый мужчина с русыми волосами, ниспадавшими на плечи из-под кожаной шапки, даже несколько раз ткнул Ниссена кулаком. И тогда тот указал на навес. Владелец замка увидел пленников, скорчившихся на соломе. Он выкрикнул несколько приказаний, потом выхватил из-за пояса короткую плеть и принялся в бессильной ярости полосовать каждого, кто попадался ему под руку. Выразив таким способом негодование по поводу скудности добычи, хозяин крепости, повернувшись на каблуках тупоносых сапог, исчез в недрах донжона [3].

Вскоре четверо норманнских воинов в грубых кольчугах, натянутых поверх кожаных рубашек, несмотря на протесты сэра Эдмунда, потащили пленников к сторожевой башне.

Возмущенный до глубины души Эдмунд вступил с норманнскими воинами в неравную борьбу: он все еще был очень слаб. Через несколько мгновений голова его поникла, и он упал на подогнувшиеся колени. Сэр Эдмунд так и не понял, что силы оставили его совсем не из-за долгого голодания. Просто граф еще не избавился от изнурительной морской болезни.

Сторожевая башня оказалась весьма мрачным помещением. Даже бойницы для лучников едва пропускали свет и воздух на ее второй этаж. В душном помещении стоял смешанный запах пота, чеснока, дубленой кожи и грязной одежды.

Вокруг небольшого очага сидели на корточках десять или двенадцать неопрятных воинов, которые ели из общего котла руками. С железных костылей, вбитых в стены, свисали щиты, дротики, топоры и другое оружие. В дальнем углу комнаты были грудой навалены связанные в пучки дротики и стрелы.

– Это самый плохой ваш улов, – проорал, обращаясь к Ниссену, упитанный красноносый парень. – Неужели ничего лучшего не нашлось на такой прекрасной галере? Жалкая шлюха вряд ли придется по вкусу нашему господину.

– Ну и хорошо, – ухмыльнулся другой. – Ставлю два к одному, что через час мы ее заполучим. И разыграем в кости. Готовься, Хьюберт.

Охваченный слепым приступом ярости, сэр Эдмунд бросился на говорившего и тут же получил сильный удар под ложечку.

– Мерзкие чужеземные свиньи! – заорал Ниссен. – Марш наверх! Быстро! – Подталкивая наконечником копья

своих пленников, он погнал их вверх по крутым деревянным ступеням лестницы, больше напоминавшей приставную.

Третий этаж башни представлял собой помещение размером двадцать на двадцать пять футов. Оно тоже освещалось лишь пылающим очагом. Однако стены здесь были увешаны совершенно другими предметами. Среди них были куски некогда прекрасных ковров, накидки, дамские платья и другая одежда, в основном подпорченная пребыванием в морской воде.

На богато инкрустированных походных креслах восседали сэр Вольмар и его леди – если можно было так назвать остроносую и угловатую женщину, лишенную всякой привлекательности. Она откинулась на спинку кресла, грозно выпятив вперед круглый раздутый живот, распиравший грязное зелено-желтое парчовое платье. Мышиного цвета волосы этой женщины, заплетенные в две косы, с тяжелыми серебряными кольцами на концах, извивались по плечам, словно выцветшие змеи.

Увидев пленников, Вольмар из Агрополи резко наклонился вперед и приказал:

–  На колени, наглый пес!

И тут пленный граф не сдержался. Голосом, ставшим снова глубоким и сильным, он произнес:

– Я ни перед кем не стоял на коленях, кроме моего законного владыки и Бога на небесах! А ты – грубая деревенщина, хоть и напялил блестящие рыцарские шпоры. Если бы передо мной был благородный человек, я бы потребовал подобающего отношения к попавшему в беду собрату-рыцарю и к его сестре, леди Розамунде де Монтгомери.

Желто-зеленые злые глаза сеньора Агрополи сузились.

– И кто же твой законный властелин? – резко спросил он.

– Король Англии, – гордо ответил пленник. – Я – граф его королевства. Или был им…

– Не ври, – оборвал его хозяин башни. – Ты бесстыдный урод! Мошенник и плут – вот что написано у тебя на лбу!

Сэр Эдмунд рванулся вперед, но воины со свирепой готовностью кинулись на него и отбросили назад. Однако оскорбленного Эдмунда ничто уже не могло удержать.

– Как ты смеешь называть де Монтгомери лжецом? Ты, грязный коварный грабитель невинных путешественников?

– Молчи, собака! – прорычал сэр Вольмар. – Еще одно слово – и я прикажу отрезать твой непотребный язык и скормить его псам!

Но рыжеволосый гигант не собирался сдаваться.

– Будь ты проклят, рыцарь-отступник! – бросил он в лицо сэру Вольмару. – Ни один норманнский дворянин не подверг бы сомнению слово другого дворянина. И уж конечно не допустил бы непристойности по отношению к леди благородного происхождения.

На этот раз слова Эдмунда произвели на владельца Агрополи некоторое впечатление. Он молча размышлял.

– Вы достойно себя ведете, – наконец спокойно сказал он. – Если я вас освобожу, что вы сможете предложить мне в виде выкупа?

С высоко поднятой головой Эдмунд изучал грубые черты южного норманна.

– Ничего, – наконец ответил граф. – Мы с сестрой были вынуждены бежать из Англии. И то немногое, что мы успели захватить с собой, лежит теперь благодаря вам на дне моря.

– О-го-го! – удивился Вольмар. – Вынуждены были бежать? Несомненно, вы преступник. Убили своего отца? Изнасиловали монахиню или обокрали церковь? – со злорадным любопытством допрашивал он.