Серебряное яблоко
Шрифт:
— Леди Джейн, мы не осуждаем вас, — отозвалась одна из дам. — Конечно, для нас эти люди ужасны, но… — остальные захихикали. — Мы уже давно поняли, что вы влюблены в Козлоногого и хоть для нас эти создания кошмарны и отвратительны, вы из другого мира и ваше восприятие отличается от нашего.
— Это так романтично! — воскликнула ”Самая умная”. До этого момента эта рыжеволосая девица почти всегда игнорировала существование Джейн. — Мама запрещает мне об этом говорить, но ты защищала своего возлюбленного, там в Храме. Это самая шикарная история любви, которую я когда-либо слышала! — все дамы с заговорщическими лицами закивали
— А вы, правда, ради него готовы отрастить и себе на ногах копыта? — отозвалась девушка с каштановыми кудряшками.
Джейн не знала, что им отвечать. Они не осуждали ее, придумав в своей голове необычную романтическую историю, что-то вроде Эсмеральды и Квазимодо. Для них это всего лишь забава, можно сказать, что их реакция ничем не отличается от реакции Маркуса — у Джейн такие причуды, такая у нее и причудливая любовь.
— Нет, я не буду выращивать себе копыта. Тристан, так же как и все имеет право бывать в храме Матери Природы и именно поэтому я его и защищала.
— Тристан? — одна из дам повернулась к своей соседке и громко прошептала ей на ухо, — у них, что и имена есть?
— Леди Джейн, тише, — отозвалась Кассандра, — не говорите таких громких слов. Мы понимаем, что любовь перекрыла для вас все устои и общество, в котором вы находитесь, но эти люди не имеют права посещать храм, да и вообще разгуливать, где им вздумается. Думаю, им и в своем доме живется неплохо, а вы можете видеться с ним на его территории. Но, конечно, соглашусь, что это весьма романтично, то, что вы пытались его защитить.
У Джейн начала кружиться голова. Все эти дамы совершенно не собираются видеть в людях серого дома личностей. Они не хотят видеть жизни, проведенные в заточении. Они лишь от скуки придумали забавную историю и хотят услышать ее подробности. Вот и всё. Все они никогда не примут “людей зелёной воды”, что бы Джейн не делала.
— Извините, я себя плохо чувствую.
— Плохо чувствуешь? — глаза "Самой умной" расширились от страха.
— В нашем мире с людьми так часто бывает, ничего страшного — это скоро пройдет, мне просто надо полежать.
Девушки смотрели то на Джейн, то друг на друга. Они пребывали в полнейшем недоумении и были крайне разочарованы тем, что так и не услышали таких долгожданных подробностей романа Джейн с Козлоногим. Сама Джейн решила не дожидаться, пока они придут в себя, и, быстро проскользнув мимо дам и вельмож, вышла из большого зала.
Она была так счастлива, что наконец осталась одна в своей комнате. Анализируя весь сегодняшний вечер, она понимала, что большую горечь она испытывала как раз не от слов леди Карги, а от слов Маркуса и незамужних дам. Очень хорошо, что они не оттолкнули Джейн, но их отношение к Тристану ужасало ее. Джейн села в кресло и вновь начала рассматривать витражи. Она думала, как же дамы и Маркус похожи на эти разноцветные стекла: они такие же яркие и интересные, но витраж действительно красив, когда на него падает солнце. А на них не падает. Такие вот они — темные витражи, не освещенные и невнятные, как в тёмное время суток. Они могли бы гореть, но не горят. Не горят.
В ее сердце зияла огромная пустота, ей так хотелось вернуться домой, увидеть своих родных. В Айронвуде так и веяло защищённостью и умиротворением. Она купалась в гармоничных чувствах, которые испытывала в этом месте. Все эти райские цветы, журчание фонтанов и блеск
Взгляд Джейн скользнул мимо столика, на котором лежал кулон. Она резко встала с кресла и, схватив кулон, вышла, шелестя юбками. Она стремительно проходила коридоры и лестницы, к счастью, не встречая никого на своем пути. И наконец, оказалась под дверью спальни короля. Она подняла дрожащую руку и постучала.
Глава 15
Джейн с замиранием сердца вошла в комнату короля. Он сидел за столом, скрестив перед собой руки. Было похоже, что он ничего не делал перед её приходом. Просто сидел и всё. Король был одет в бежевый мухтан с золотой вышивкой. Сегодня одежда особенно подчеркивала его красоту и величие. Странно, что на нем было такое праздничное одеяние, а он так и не появился в большом зале.
— Добрый вечер, король Феликс, — Джейн учтиво поклонилась.
Он поднял свой неизменно пронзительный и холодный взгляд:
— Леди Джейн, как это вы нашли время для посещения моей комнаты? У вас же столько дел: разгромить храм, проводить Козлоногого по деревне или даже по двум деревням…
Джейн была удивлена той беззаботности, с которой он об этом говорил. Казалось ему абсолютно безразлично, чем она занимается, даже если завтра она подорвет сам дворец. Она боялась даже сдвинуться с места то ли от страха, то ли завороженная его величием, которое исходило от него, словно незримое веянье, и так и осталась стоять у самой двери.
— Вы ведь не отправите меня в темницу? — она боялась задавать этот вопрос, но в душе знала ответ. Ведь если он не сделал этого раньше, то почему сделает сейчас?
— Я не хочу, чтобы подземные камеры, которым больше тысячи лет рухнули. Не знаю, какие приемы у тебя еще есть. Ты ударила в храме человека, как кузнец молотом по металлу.
"Кузнец молотом по металлу? Кто ему такое передал?” Она еле сдержалась, что бы не рассмеяться.
Король выглядел уставшим, но в остальном имел достаточно здоровый вид, в сравнении с его состоянием в их последнюю встречу. Джейн обрадовалась тому, что он так быстро восстановился.
— Когда ты появилась в нашем мире, я был убежден, что ты принесешь немало вреда, но не буквально как животные и твари, а как человек — изощренно. В итоге ты просто как одно из чудовищ решила все разрушить, напасть на людей.
— Я не хотела ничего разрушать. Тристан лишь хотел зайти помолиться первый раз в жизни. И я не вижу в этом ничего плохого.
— Что-то до твоего появления никто из “людей зеленой воды” в храм не ходил. Мало того, что я весь тот злополучный день слушал от вельмож жалобы, о том, что Козлоногий разгуливает по Великих Садах, так позже он еще и посетил храм Матери Природы, и вы вместе устроили там погром.