Сердце Зла

Беренцев Альберт

Поймите меня, пожалуйста, правильно. Моя репутация на кону. Я заинтересован в вашем спасении не меньше вас самих. Поэтому согласно моему плану вы или спасетесь все вместе, или погибните все вместе. Есть ли у меня время ответить на ваши вопросы? Его нет. Готовы ли вы выполнять мои приказы?

Голдсмит замолчал и жадно затянулся вейпом, озвучивавший его речь громовым голосом дон Крус охрип и теперь прокашливался.

На несколько секунд повисло молчание, но потом толпа игроков разразилась

ликующими и одобрительными криками. Кто-то даже заплакал, другие упали на колени. Андрей был доволен, он понимал, что если бы он не донес сюда Лунный камень, этой речи Голдсмита не было бы. Это он принес им надежду, Иван Гроза Нубов, психирург седьмого уровня.

— А у меня все-таки есть вопрос, — обиженно заявил брат Нираб, — И я его задам, поскольку он меня действительно волнует. Ты каким вискарем похмелялся?

— Glenturret, 150-летней выдержки, — поморщившись, ответил Голдсмит, — Это можешь не озвучивать громогласным голосом, дон Крус.

Но Голдсмита все равно услышали, и толпа, осознав, что Голдсмит, вопреки собственному обещанию игнорировать вопросы, все же ответил брату Нирабу, разразилась криками и потоком уже собственных вопросов. Однако Голдсмит поднял руку, и тут же повисла тишина.

— А вот теперь озвучивай, дон Крус. Никаких вопросов. Нет времени. Нужно действовать быстро, если хотите домой. Так что вопросы буду задавать я. Где Королева Риаберры?

Игроки молчали, лишь через несколько секунд откуда-то с самого края толпы крикнули:

— Во дворце?

— Ты там был, ты ее видел? — уточнил Голдсмит.

— Нет, конечно.

Толпа недовольно забурчала.

— Никто из нас не видел Королеву, сэр, — высказал общее мнение дон Крус, — Но, насколько я помню, она всегда находится во дворце, в Эазиме. С чего бы ей его покидать?

— Ладно, — махнул рукой Голдсмит, — Есть ли сейчас в Эазиме игроки?

Толпа забурчала пуще прежнего, но никто ничего членораздельного не сказал.

— Мы не знаем, сэр. Мы ведь не в Эазиме, — снова выступил от лица народа дон Крус.

— Я заметил. И это хорошо. Если бы вы полезли в Эазиму, вам бы там перебили. И все же я надеялся… Впрочем, плевать, — ответил Голдсмит, — Эй! Я вижу там арахнидку. Иди сюда, няша. Ты ведь Трэс?

— Я Дуо, — крикнула арахнидка, пробираясь сквозь толпу.

— Сколько вас тут? Вижу трех.

— Нас четверо.

— Вас же было восемь в клане? — удивился Голдсмит.

— Гекса погибла, — мрачно ответил арахнидка, — А Прима, Трэс и Гепта потерялись. Я надеялась, что они придут, но их нет.

— Мы найдем их, — пообещал Голдсмит, — А сейчас я хочу, чтобы арахнидкам дали самой питательной пищи, воды, зелий и баффов помощнее. Их всего четверо, так что им придется держать защитный кокон без сменщиц.

— Мы его и так уже держим почти двое суток без перерыва, — заметила Дуо.

— Мне нужен всего лишь еще один день. Потом отдохнете,

обещаю. А сейчас нам нужен кокон, пока сюда не нагрянула армия NPC, которую агенты хакеров из Лиги наверняка уже сколотили, чтобы перебить всех нас.

Дуо хотела еще что-то сказать, но арахнидкам в толпе уже пихали в инвентарь зелья и кровяные руны, над толпой вспыхивали сполохи света — это маги накладывали на тенеплеток баффы. Растроганные такой заботой арахнидки двинулись на свои посты держать защитный кокон, Голдсмит удовлетворенно кивнул и затянулся паром.

— Отвяжите от дерева госпожу Мэрифа-Хамани, — распорядился Голдсмит, — Я понятия не имею, зачем вы устроили этот перфоманс и примотали ее к Хашабу, но она мне нужна. Так что очень кстати, что она здесь. И еще мне нужна жрица-риа-игрок.

Небо над холмом тем временем заиграло бликами, Андрей услышал знакомое жужжание. Арахнидки вернулись на свои посты, и над базой игроков снова раскинулся волшебный купол.

Толпа игроков заметалась, лишь через пару минут вперед вышла красивая девушка-риа в черной броне с серебряной гравировкой, изображавшей Солнце, Луну и звезду. В руке девушка держала копье.

— У нас нет жриц, — призналась красавица, — Только я.

— Ладно, сойдет и храмовая стражница, — поморщился Голдсмит, — И еще мне понадобится тройной флажок.

— Мирное знамя? — надулся брат Инножд, — Нет, так неинтересно.

— Мне плевать, интересно тебе или нет, — Голдсмит утонул в облаке пара, — Просто сделайте мне сраное мирное знамя. Здесь в Риаберре оно традиционно состоит из трех полос ткани — серебряной, желтой и оранжевой. Символизирует Трех Сестер. И древко для знамени подгоните. Быстрее.

Знамя принесли удивительно быстро, видимо, у кого-то нашлось готовое. Одновременно с этим орки подвели к Голдсмиту освобожденную от пут жрицу Дахии Мэрифу-Хамани.

Хамани была полной, длинноволосой и уже немолодой женщиной с покрытым черными бородавками лицом. Ее свободное алое одеяние было местами разорвано и запачкано бурой кровью.

— Знаешь, кто я такой? — Голдсмит ткнул в жрицу вейпом.

— Наш создатель, — Хамани сплюнула себе под ноги.

— Верно, — кивнул Голдсмит, — Кого-нибудь из твоей семьи убили? Жалобы на игроков?

— Никого не убили. Но мой сын все еще привязан к Хашабу.

— Освободите сына, — приказал Голдсмит, — Хотите есть, пить, спать, подлечиться?

— Я бы не отказалась от глотка воды, — призналась жрица, — И еще хотела бы, чтобы вы убрались из Дахии.

— Наши цели совпадают, — еще раз кивнул Голдсмит, выпуская облако пара.

Андрей дал Хамани свою фляжку, и та жадно припала к горлышку.

— Мы уберемся из Дахии навсегда, как только я реализую свой план, — пообещал жрице Голдсмит, — Я собираюсь закрыть сервер Риаберры для игроков, и вы будете жить здесь в полном мире и покое.