Сердце Зла

Беренцев Альберт

— Паршиво, — констатировал Голдсмит, — Грассбиридж мог бы стать отличной базой. А еще мы могли бы погрузить низкоуровневых игроков на корабли и вывезти их в океан, чтобы они там переждали все это дерьмо, пока мы возвращаем контроль над сервером. Ну да ладно. Сколько у тебя эльфов, Децимус?

— Сорок шесть воинов, включая меня, Создатель. И все они верны тебе.

— Прикольно, — Голдсмит задумиво затянулся вейпом, — Ладно, я принял решение. Наших врагов в тысячу раз больше. В такой ситуации у нас на счету каждый. Поэтому я прощаю Грибных. Пусть с этими мудаками разбирается суд, когда я вытащу вас

всех из игры. Также я безусловно принимаю присягу Децимуса Суллиуса и его воинов. Я его хорошо знаю и полностью ему доверяю. Возможно то, что он пришел сюда, и спасет вас всех. Если кто-то против моего решения — сами скастуйте себе путы покрепче и привяжитесь к священному дереву. И висите там, пока я не решу вопросы. Потому что любого, кто не будет выполнять мои приказы, я немедленно отключу от гвоздя. Жизни четырехсот тридцати двух игроков мне важнее одной, как вы понимаете.

— Прежде чем мой легион войдет сюда, я должен сказать еще кое-что, Создатель, — заметил Суллиус, — Вот этот темный эльф — опасный убийца…

Децимус ткнул пальцем в перепугавшегося Андрея, Голдсмит закатил глаза:

— Он исключительно опасный дебил, да. Особенно для себя самого. Ты кое-чего не понимаешь, Децимус, давай я объясню…

Но объяснения Голдсмита прервало сообщение от арахнидки, сторожившей кокон с востока. Перед доном Крусом, стоявшим рядом с голограммой, вдруг метнулся магический сгусток молочного цвета. Сгусток принял форму арахнидки и произнес:

— Гонцы возвращаются. Храмовница и жрица. Обе живы и вроде даже целы.

Голдсмит удовлетворенно кивнул:

— Хорошо. Крикните ей, чтобы открывала проход. И ты, Окта, сделай то же самое — эльфы Децимуса сейчас войдут и принесут мне присягу. А Грибных пока что запереть в крепости, — Голдсмит ткнул вейпом в сторону одноэтажного длинного здания, протянувшегося вдоль северной стороны вершины холма, — Оружие у них не отбирать. Просто запереть, для их же блага. Эльфов Децимуса разместить в западной части площади, всех игроков — в восточной. И никаких разговоров между игроками и NPC. Дон Крус, проследи за всем этим.

— А мне что делать? — влез Андрей.

— Иди к восточной стороне, дурень. Мне нужно узнать, какие вести принесла жрица, а я не могу перемещаться без тебя, я же голограмма, привязанная к Лунному камню. А если ты еще раз задашь сравнимый по глупости с этим вопрос — я тебя отключу от гвоздя даже раньше, чем поганых Грибных или долбаного Фокусника.

Уровень 7: Припадочный VI

Пока Андрей и голографический Голдсмит тащились встречать переговорщиков, жрица и сопровождавшая ее храмовница уже успели доехать на своих хизанах до все еще увешанного головами дерева в центре площадки. Запах здесь стал еще хуже, головы кишели мухами, а количество ползавших по головам сколопендр увеличилось раз в десять. Но Голдсмита, которому Лунный камень не транслировал запахи, это совершенно не смущало.

Алое платье жрицы запылилось, женщина жадно пила из фляги, видимо предложенной ей храмовницей Джейни, а, напившись, закинула под язык пластинку красного чая.

Голдсмит прежде всего выпустил облако пара, а потом потребовал:

— Все пошли вон. Остаются только Мерифа-Хамани, Джейни, Иван Гроза Нубов и трое

орков. И повесьте над нами звуконепроницаемый пузырь. Эта беседа не терпит посторонних ушей.

Какая-то волшебница-кошкодевочка выполнила указание Голдсмита, и над собравшимися под деревом навис полупрозрачный мерцающий шатер. К сожалению, запахи звуконепроницаемый пузырь все еще пропускал, так что Андрея начало подташнивать.

— Где мой сын? — спросила Хамани.

— С ним все в порядке, — ответил Голдсмит, — Говори, мэрифа.

— Королева согласна встретиться с тобой, — кивнула жрица, — Можешь подходить к Новой Стене, через пятнадцать ударов гномьего сердца. Можешь взять с собой двух игроков. Не больше. В город тебя не пустят. Королева будет говорить с тобой со стены.

— Это правда? — спросил Голдсмит храмовницу Джейни.

— Да. Нам так и сказали передать, — подтвердила Джейни, опираясь на копье. Джейни, довольная выполненной миссией, вся сияла, и это делало ее еще красивее.

— С кем вы говорили, Джейни?

— C жрицей, — припомнила девушка, — Худая, высокая, с орлиным носом и черным ожерельем на шее. Я не видела, как ее зовут, мы были слишком далеко, и система ее не представила. Но сама она назвалась Мэрифа-Ранун. Она говорила с нами со стены и при мне послала волшебное сообщение Королеве, и получила на него ответ.

— Похоже на правду, — кивнул Голдсмит, — Ранун — верховная жрица Эазимы. Я тебе верю, Хамани.

— Значит, мы с сыном можем идти? — спросила Хамани.

— Да, можете. Но не так быстро. Погостите здесь до того, как я переговорю с Королевой.

— У вас в реале все такие лжецы? — холодно спросила Хамани.

— Нет, только я, — Голдсмит с наслаждением затянулся паром, а потом приказал одному из орков:

— Отведи ее к сыну. И проследи, чтобы с ее головы ни один волос не упал. Если произойдет то, о чем я думаю, эта жрица мне еще понадобится.

Хамани увели, а Голдсмит обратился к Джейни:

— Молодец, ты отлично справилась. Вероятно, ты даже спасла не только себя, но и всех несчастных, застрявших в игре. Когда вы выберетесь, ты наверное станешь настоящей героиней в глазах всего мира.

— Ой! — Джейни потупила глаза и улыбнулась, — Спасибо, сэр. Я старалась. Хотя я ведь почти ничего и не делала, ведь Мэрифа-Хамани вела себя смирно, и никто нас не атаковал.

— Все равно ты умница. Иди, отдыхай.

— Спасибо, сэр. Если что — я готова к новым заданиям.

— Не сомневаюсь. Но сейчас ты мне не нужна. Позови мне дона Круса.

— Сейчас, сэр.

Когда Джейни пошла прочь Андрей некоторое время разглядывал ее длинные черные блестящие волосы до талии и то, что находилось ниже них, а потом спросил Голдсмита:

— А я молодец? Я ведь тоже стану героем в глазах всего мира?

— В глазах обитателей твоей палаты в дурке — безусловно, — ответил Голдсмит, — Ты не забыл, что я говорил про глупые вопросы?

— Нет. Извините, сэр, — ответил Андрей, стараясь быть таким же вежливым и милым, как Джейни.

Дон Крус просунул голову в звуконепроницаемый пузырь:

— Звали?

— Найди мне лучшего лучника и позови его сюда, — приказал Голдсмит.

— Игрока или эльфа из воинов Децимуса?

— Плевать. Главное чтобы это был лучник, причем лучший.