Сердце василиска

Флер Полина

— Не уходи, — захрипел он. — Не бросай. Я не хочу умирать! Я обещал отцу… что буду достойным его! А теперь… первая же битва! Мать умрет от разрыва сердца. Отец отречется даже от памяти обо мне… Капитан Фа погиб от жала твари из Туманного Лога! Позор!

Его глаза лихорадочно блестели, плечи сотрясались от озноба. И жалость снова опалила меня, я наклонилась и взяла его мокрую ладонь.

— Успокойтесь, капитан. Я вовсе не собираюсь бросать вас. Для меня вы слишком тяжелы, я не смогу нести вас на себе. Поэтому сооружу носилки. Подождите немного,

хорошо? Я вернусь, обещаю!

Он подержал меня за руку, цепляясь, как за последнюю соломинку. Отпустил, и взгляд его потух.

— Хорошо, — прохрипел он. — Я… верю тебе, щегол… Мартин…

И попробовал слабо улыбнуться. Я улыбнулась в ответ.

Веток здесь валялось в достатке. Я выбирала сухие, но достаточно крепкие. Сняла мундир, связав рукава между ветками так, чтобы получилось что-то вроде носилок. На первое время сойдет, а там, возможно, удастся дотащить до деревни и заручиться помощью местных жителей.

Когда я вернулась, то с удивлением увидела, что капитан лежит на краю оврага, пыхтя и обливаясь потом. Он скреб пальцами по земле, подтягиваясь еще на несколько лишних сантиметров, и я сразу же подбежала к нему.

— Вам нельзя! Капитан Фа, вы истечете кровью!

— Я должен… был выбраться, — сквозь стиснутые зубы проговорил Фа Дэ-Мин. Растрепавшиеся из прически волосы липли ему на лоб черной паутиной. — Я не какой-то… слюнтяй!

— Конечно, нет, — успокоила я его и подтащила волокушу. — Сможете забраться сюда?

Не отвечая ни слова, капитан с пыхтением пополз вперед, загребая носками сапог размокшую глину. Я помогла ему устроиться удобнее на мундире, отбросила волосы с его лица. Он поймал меня за руку и слегка пожал.

— У тебя… доброе сердце, Мартин, — тихо произнес капитан.

Потом откинулся в изнеможении на волокуше и прикрыл глаза.

Солнце поднималось над лесом, туман таял, и пейзаж становился все более прозрачным. Драконы-духи летели впереди, указывая мне дорогу.

— Откуда ты знаешь, куда идти? — ворчал Умник. — Ты тоже видел карту?

— Нет, но я помню эти места, — отвечал Забияка, посверкивая рубиновыми глазами.

— Откуда?

— Так это наши родные места! Разве не узнаешь?

Я хотела спросить, откуда Забияка помнит здешний лес и не является ли он сам выходцем из Туманного Лога, но не успела. Откуда-то со стороны послышались человеческие голоса и треск веток под шагами.

— Там люди! — воскликнула я, оборачиваясь к капитану. Но он не слышал меня, погрузившись в беспамятство.

— Умник, Забияка! — позвала тогда я. — Посмотрите, кто там?

Духи мгновенно растворились в воздухе, оставив после себя порыв холодного ветра. А я опустила ветки и в изнеможении присела на краешек. Сердце колотилось, дышалось с трудом. Я погладила живот: не тяжело ли малышке? Все ли с ней в порядке? Но ничего тревожащего не почувствовала, моя Тея спала, созревая и набираясь сил.

— Там фессалийские крестьяне, госпожа! — отрапортовал Умник, являясь прямо передо мной и гордо расправляя крылья. — Собирают хворост,

а заодно и трупы тварей.

— Зачем им трупы? — растерялась я. В голову скакнул образ распухшей туши, крутящейся на вертеле над огнем. — Фу-у!

Я затрясла головой, прогоняя мерзкое видение. Нет, есть оводов вряд ли будут.

— Будут жечь их, — пояснил Забияка, — чтобы не осквернять Мейердорфскую землю останками тварей.

— Какую землю?! — вскричала я и подскочила с волокуши, как ужаленная. Не ослышалась ли?

— А вы еще не поняли? — невинно ответил Забияка, подмигнув алым глазом. — Туманный Лог примыкает к долине Водопадов, которая непосредственно находится в Мейердорфском герцогстве. Уж поверьте, недаром я дух Черного Дракона! Я родился в этих краях!

— А Железная Гвардия прокладывает путь вслед за Фессалийской, — подхватил Умник. — Не думаете же вы, хозяйка, что Его Сиятельство пошел бы какой-то другой дорогой?

От этих слов повеяло теплом. Я снова опустилась на волокушу и спрятала лицо в ладони, чувствуя, как по щекам льются слезы облегчения и радости. Мой новый дом и моя новая родина ждала меня и пришла на помощь. Шаги стали четче, голоса слышнее. Я смахнула слезы и, сложив ладони рупором, закричала по-фессалийски:

— Сюда! На помощь! Здесь человек ранен!

8. Противоядие

Пока доктор осматривал капитана, я сидела на крыльце хозяйского дома и чистила мушкет. Славные, но небогатые люди накормили меня, чем смогли, а заодно поделились последними сплетнями. Так я узнала, что альтарцы действительно идут по маршруту, проложенному Дитером, что сам герцог заезжал в замок за какой-то надобностью и что все были рады его возвращению. А еще шепотом передавали, что стоило Его Величеству разругаться с Его Сиятельством герцогом, как стабильность в стране тут же пошатнулась.

— Раньше Фессалия что? Как крепость стояла! — рассуждал кряжистый немолодой мужчина, задумчиво почесывая щетинистую щеку. — А теперь от Кентарии надвигается ураган, подует ветер — и снесет всех нас, как соломенный домик. Фью-у! — мужчина вытянул губы трубочкой и покачал головой. — Только на нашего хозяина и надежда.

— Видели его? — украдкой спросила я, посматривая на собеседника из-под рыжей челки. Интересно, видел ли он госпожу Мейердорфскую? Узнает ли ее в чумазом мальчишке в мешковатой альтарской форме?

— Нет, — мотнул головой мужчина. — Вихрем пронесся, ну оно и понятно, черные всадники ждать не станут, — я вопросительно подняла взгляд, и мой собеседник снова дернул подбородком: — Нет, и их не видел. Спасибо Господу и Его Сиятельству, в наши края они не заглядывают. А вот я слышал, что в приграничье спасу от них нет. Думаю, и твари из Туманного Лога не просто так появились.

— Почему? — спросила я. — Я думал, они тут не редкость.

— Да как почитай Его Сиятельство титул принял, то и не было такой напасти. А теперь снова… Поговаривают, Черное Зеркало открыли.