Сердце Тьмы
Шрифт:
— Ира, я думаю, что, как только вы вернетесь из Франции, вам необходимо снова прийти ко мне на прием, — сказал Кирьянов.
— Вы, как всегда, правы, — ответила Татищева. — Я несколько раз пробовала начать роман, но мысли, как будто их кто-то спугивает, расползаются, едва я напишу два-три абзаца. Я свяжусь с вашей секретаршей, всего хорошего!
Она, одарив Андрея великолепной улыбкой, вышла из кабинета. Психотерапевт остался один. Так не может больше продолжаться! Он должен ей сказать… Нет, он не имеет на это права! У Ирины своя жизнь — у него своя.
Андрей машинально взглянул на часы. Его ожидает следующая пациентка, супруга крупного столичного банкира. Но до
Вот они, дольмеки. Кое-что об их мифологии и вере. Чудовище Касамба, так, кажется, говорила Ирина?
И он погрузился в чтение.
СТРАСТИ ВО ФРАНЦУЗСКОЙ ПРОВИНЦИИ
— Дорогой Ярослав, как мы рады тебя видеть! — Ирина и профессор Иваницкий находились в здании международного аэропорта имени Шарля де Голля. Их лайнер приземлился десять минут назад, и вот они в Париже. Ирина была несколько раз с Олегом во французской столице, но в основном их поездки удивительным образом совпадали с нужными Олегу встречами, участием в заседании нудных комиссий и бесконечными рандеву с политиками и промышленниками. Ирине практически не оставалось времени на то, чтобы осмотреть этот великолепный город. Олег требовал, чтобы жена, известная русская писательница, автор множества бестселлеров — именно так представлял он всем свою очаровательную супругу, — сопровождала его повсюду.
И вот она снова в Париже. На этот раз без Олега. Потому что он мертв. Прошло около месяца с того дня, как она обнаружила убитого мужа в особняке. С тех пор от Олега — или, точнее, от его убийцы — пришло еще несколько факсов. Олег якобы отдыхал сначала на Канарах, потом перебрался в Италию. И никому до этого нет дела.
— Дорогой Мишель! — воскликнул на плохом французском Ярослав Мефодьевич. — Я счастлив видеть тебя и твою прелестную Лоретту!
Ирина взглянула на пухлого и невысокого пожилого француза с подозрительно черными волосами. Профессор Парижского университета Мишель де Вааль, старый знакомый Ярослава Мефодьевича. И его жена — элегантная пепельная блондинка, на две головы выше мужа, облаченная в эксклюзивный красный костюм от Шанель.
Профессор де Вааль галантно поцеловал Ирине руку, его жена тепло приветствовала ее.
— Пошли, мои дорогие, — сказал профессор, — нас ожидает праздничный обед в ресторане по такому знаменательному поводу! А затем мы отправимся в Валло-дю-Крэ!
Ирина с ужасом поняла, что ее знаний французского едва хватает, чтобы понимать все, о чем говорят парижский профессор и его жена. Темп ужасный! А она-то считала, что хорошо знает язык. Впрочем, Ярослав Мефодьевич знал язык еще хуже ее, и поэтому через полчаса он попросил Ирину выступать в качестве переводчицы.
— Голубушка, не сочтите за труд, а то мне так сложно улавливать смысл, — сказал профессор Иваницкий. — Вот с английским у меня более-менее все в порядке, но Мишель каждый раз обещает, что будет говорить медленнее, и всякий раз забывает об этом обещании.
Чета де Вааль отвезла их в небольшой, но весьма уютный ресторан, где они отпраздновали приезд во французскую столицу. Как поняла Ирина, профессор Иваницкий был знаком с Мишелем де Ваалем уже давно, больше тридцати лет.
— О, это будет небывалый конгресс, — говорил де Вааль. — Ярослав, потомки д'Эрбервилей обещали этим летом рассекретить манускрипт падре Ансельма, наконец-то мы сможем бросить взгляд на этот прелюбопытный документ.
— Да что ты? — изумился Иваницкий. — Это станет сенсацией десятилетия!
— Поэтому-то в Валло-дю-Крэ и собирается
Ирина, отклонив предложение французского ученого, вздохнула. Она поняла, почему профессор Иваницкий предложил ей поехать вместе с ним. Ему требовался переводчик, а его верный ассистент Валера вообще не говорил на иностранных языках.
— Кстати, вы знаете, кто приедет на этот конгресс? — продолжал Мишель де Вааль. — Ожидается Дэвид Макалистер из Канады, а также очаровательная Вероника Ли из Новой Зеландии. А где госпожа Треухо-Ляпина?
При упоминании фамилии Зинаиды Аполлинарьевны профессор Иваницкий нахохлился, затем сам спросил по-французски:
— А при чем она-то, Мишель?
— Как же, как же, — забеспокоился профессор де Вааль, — я же являюсь координатором встречи, отвечаю за приезд и размещение известных зарубежных ученых. Так вот, из России поступили две заявки на участие во встрече дольмековедов — от тебя и от госпожи Зинаиды. Вы же работаете в одном университете, я думал, что и прилетите вместе…
Судя по всему, новость о том, что вскоре ожидается приезд Треухо-Ляпиной, не вызвала большого энтузиазма у Ярослава Мефодьевича. Выбрав момент, когда Мишель де Вааль заспорил со своей супругой о том, какой десерт нужно заказать, Иваницкий произнес вполголоса:
— Зинаида ничегошеньки мне не сказала о том, что собирается в Валло-дю-Крэ. Вот старая ведьма, специально хотела устроить мне сюрприз. А я-то поверил тому, что она не поедет во Францию. Так было и в Коста-Бьянке, она свалилась в Храмовую долину, где мы проводили раскопки, неожиданно, как снег на голову.
— Зинаида Аполлинарьевна тоже была на раскопках? — спросила удивленно Ирина. Это было для нее новостью.
Иваницкий ответил:
— Ну да, я еще сказал тогда Лайме — если Зина приехала, быть беде. И что вы думаете, моя милая, через день погиб уважаемый профессор Венденяпин. Словно Зина привезла с собой беду. И в этот раз, чует мое сердце, произойдет какая-то пакость, госпожа Треухо-Ляпина специалист по этому.
Ирина задумалась. Она и не знала, что Зинаида Аполлинарьевна была в день гибели Венденяпина в Коста-Бьянке. Значит… Это ничего не значит, конечно, но одно дело, когда полная профессорша сидит в Москве, за пятнадцать тысяч километров от места происшествия, и совсем другое, когда она находится в непосредственной близости. Вряд ли Зинаида Аполлинарьевна причастна к смерти Николая Антоновича. Хотя как знать… Если она смогла каким-то образом разнюхать, что Венденяпин нашел статуэтку богини Мелькоатлан, то профессорша, подстегиваемая научной ревностью к открытию, могла решиться и на убийство. Конечно, она сделала бы это не сама, вряд ли такая слониха, как мадам Треухо-Ляпина, смогла бы выстрелить из полой трубки и попасть ядовитой колючкой в спину профессора-конкурента, но ведь в лагере в это время был Валера Попондополо. Она могла руководить им. Будет о чем подумать на досуге!
— Ярослав Мефодьевич, а насколько вы доверяете Валере Попондополо? — спросила вдруг Ирина.
Профессор, смешно заморгав, сказал:
— Моя хорошая, я без Валеры как без рук. Кристальной честности человек, великолепный ученый и золотой помощник.
Татищева не стала развивать эту тему. Иваницкий уверен в том, что Попондополо предан ему без лести. И пока не стоит раскрывать глаза наивному Ярославу Мефодьевичу на подлинную сущность его докторанта. Тем более что доказательств у нее никаких нет. Попондополо встречался с Треухо-Ляпиной? Тот сможет всегда вывернуться и заявить, что зашел к профессорше за книжкой.