Сердце Тьмы
Шрифт:
— Я не понимаю, Илья Евгеньевич, — прошептала Ирина. — Я не понимаю, что вы хотите сказать. Вы что, не обнаружили тела Олега? Получается, что киллер увез его. Но почему?
— Вот именно — почему? — спросил Татарчук. — Моя дорогая госпожа писательница, если бы вы знали, сколько усилий пришлось мне приложить, чтобы замять этот инцидент. Понимаете ли вы, к чему привели ваши неуместные шутки? Бригаду прогоняли туда и обратно, приехала «Скорая», и это, между прочим, в то время, когда кому-то на самом деле требуется помощь.
— Объясните мне, в чем же дело, — сказала Ирина. — Илья Евгеньевич, я собственными
— Какое у вас шикарное воображение, — проворчал Татарчук. — Не кажется ли вам, что издеваться над правоохранительными органами по крайней мере неприлично, более того, противозаконно, Ирина Вениаминовна? В доме нет совершенно никаких следов насилия, единственное, что подозрительно, — открытая дверь. Но, как я понимаю, именно вы последней покидали особняк Олега Михайловича и забыли впопыхах закрыть входную дверь. Никакого трупа, никакой крови или раскиданных по кабинету бумаг. Ничего-с.
Ирина почувствовала, что у нее начинает кружиться голова. Но ведь она не грезила, труп Олега на самом деле лежал на ковре в кабинете, под столом. И она на самом деле чуть было не упала, споткнувшись о его руку. Однако Илья Евгеньевич говорит совершенно противоположное.
— Ладно, — произнес Татарчук и решительно отложил в сторону недоеденный бутерброд, — если хотите убедиться в том, что вашего мужа никто не убивал, поехали к нему. И никаких отговорок, Ирина Вениаминовна, вы заварили эту кашу, вам и расхлебывать!
Белая «девятка» Ильи Евгеньевича снова доставила Ирину к особняку Олега. Во дворе находилась одна милицейская машина, около которой курили несколько оперативников.
— А, Илья, привез основную свидетельницу, — приветствовал его один из милиционеров. — Ту самую, которая погнала нас сюда?
Ирина прошла в особняк. Татарчук поднялся вместе с ней на второй этаж, они заглянули в кабинет. Следователь был прав — в комнате царил идеальный порядок. На массивном столе не было раскиданных бумаг, а тело Олега исчезло. Ирина заглянула под стол и даже наклонилась, чтобы обследовать пол.
Пол! Маленький ковер, на котором покоился стол, ковер, пропитавшийся кровью Олега, исчез! Вместо него лежал другой, очень похожий, который до этого находился около книжного шкафа. Значит, убийца, не мешкая, после визита Ирины привел в порядок комнату, сменил ковры, погрузил в машину труп — и исчез. Но зачем?
— Здесь был другой ковер, не темно-синий, а темно— красный, — Ирина указала на пол под столом. — Именно тут я обнаружила своего мужа. Он был застрелен, уверяю вас.
— Так уж и застрелен? — сказал саркастически Илья Евгеньевич. — И прямо на ковре, который теперь исчез вместе с вашим мужем? Или все же не исчез? Сколько, говорите, вы уже не живете с мужем? Почти два месяца? Значит, он вполне мог сделать небольшую перестановку в кабинете, а вы не знали об этом. О таких вещах бывшую половину не ставят в известность.
Ирина чувствовала, что готова заплакать. Ей никто не верит! Следователь наверняка думает, что это выходка глупой и ревнивой женщины с разыгравшимся писательским воображением. Но она ведь не сошла с ума, она убеждена — Олег, застреленный кем-то, притаившимся тогда тут же, в доме, лежал на ковре под письменным столом.
— Ну
— Пусть эксперт внимательно осмотрит пол под ковром, — упрямо настаивала Ирина. — Кровь там наверняка осталась, пусть применят современные реактивы, они выявляют даже молекулы крови по прошествии десятилетий.
— Ирина Вениаминовна, — почти нежно, словно беседуя с разбушевавшимся ребенком, сказал Татарчук. — Наш эксперт все осмотрел и заверил, что никакого убийства здесь не было. Давайте прекратим эту глупую комедию, прошу вас, а то некоторые настаивают на том, чтобы вы понесли заслуженное наказание и из своего кармана оплатили приезд следственной бригады и «Скорой помощи».
Ирина промолчала. Наверняка, не обнаружив труп, милиционеры сделали вывод о том, что звонок был ложным, и не стали дотошно осматривать кабинет. И теперь никто не будет заниматься этим делом. Но ведь Олега убили! Она уверена в этом!
— Тогда где мой муж? — спросила она. — Его нет в особняке, где он?
Ирина схватила трубку телефона и набрала номер мобильного Олега. Компьютерный голос сообщил ей, что абонент временно недоступен.
— Это вы у меня спрашиваете, где ваш экс-супруг? — усмехнулся Татарчук. — Извините, но вы были замужем за Олегом Михайловичем Татищевым, а не я, Ирина Вениаминовна, вам лучше знать привычки бывшего мужа! Насколько я понимаю, он человек занятой и, несмотря на скандал, все еще пользуется известным влиянием. Он вряд ли будет в восторге, узнав, что по вашей наводке, Ирина Вениаминовна, его дом обшарила милиция.
Ирина поняла, что никто не собирается ничего предпринимать. Извинившись перед оперативниками, она проводила взглядом отъезжающие машины. Она отказалась от приглашения Ильи Татарчука отвезти ее обратно.
— Ну как знаете, — сказал тот. — И прошу вас, уважаемая писательница Ирина Татищева, в следующий раз, когда вы будете отвлекать меня в выходной день, задумайтесь хотя бы на мгновение над последствиями. Я уверен, что Олег Михайлович разыщется — не сегодня, так на днях. Он ведь мог, в конце концов, уехать в незапланированный отпуск, тем более что он, как я понимаю, человек, теперь не обремененный семейными узами, у него могла появиться новая любовь…
Ирина осталась одна в огромном особняке. Когда-то она называла его домом, теперь же ей было все чуждо в этом страшном месте. Убийца был хитер — вместе с Олегом исчезло два чемодана и его одежда. Наверняка чтобы создать видимость поспешного отъезда. Но Олег никуда не собирался, она в этом уверена. Какой может быть отдых во время дикого скандала в Госдуме? Но кто-то пытается во что бы то ни стало создать такую видимость.
Ирина, отогнув темно-синий ковер под столом в кабинете, внимательно исследовала паркет. Пол идеально чист, это и настораживает. Она приподняла другой ковер, лежавший рядом, сплошная пыль! Почему же ее нет под этим ковриком? Только потому, что его заменили всего несколько часов назад!