Сердце подскажет
Шрифт:
– Все в порядке, – успокоила ее Аннабелл. – Я просто посплю немного, и голова пройдет.
– Ты уверена?
– Конечно, – заверила ее Аннабелл. Только когда Кристина уже ушла, она вспомнила, что забыла попросить ее позвонить в офис и предупредить Бенедикта о том, что ее не будет. Она, хотела было сама это сделать, но у нее потемнело в глазах, и она провалилась в сон.
Бенедикт нахмурился, когда, заглянув в офис Аннабелл, обнаружил, что ее нет на рабочем месте. Почему она не позвонила ему? Неужели
Вообще-то это не его забота. В компании есть специальный отдел, который должен этим заниматься. Пусть выяснят, что случилось и как можно ей помочь. Ему-то, какое дело? Она теперь всего лишь его служащая.
Он стиснул зубы. Да кого он пытается обмануть? Ему вообще до следующей недели здесь нечего делать, а он зачем-то сюда пришел…
Если служащей отдела кадров и показалось странным, что он просит телефон Аннабелл, то она не подала виду. Закрывшись в своем кабинете, Бенедикт набрал номер…
Но никто не отвечал.
Во сне Аннабелл слышала, как звонит телефон, но у нее не было сил проснуться и поднять трубку.
Бенедикт услышал автоответчик и повесил трубку. Где же она? Может, снова передумала и решила не выходить на работу? Характер, однако… Но в чем в чем, а в безответственности Аннабелл невозможно упрекнуть. Она бы непременно вышла на работу, если бы… Наверное, что-то случилось с ней или с ее ребенком. В голову ему лезли самые разные мысли. Может, она сейчас с Эдвардом в больнице… Бенедикт, вдруг понял, что ему просто необходимо быть там, рядом с ними. Возможно, он сумеет как-то помочь, поддержать их. Но как? Неожиданно для самого себя, Бенедикт вдруг осознал, что он сам просто не может находиться в другом месте и заниматься другими делами, в то время как обязан быть рядом с ними. Почему? На этот вопрос он не смог бы ответить. Он просто чувствовал. Что ему нужно быть там и как можно скорее.
Он был неравнодушен к Эдварду. В конце концов, он прекрасно знает, что такое расти без отца. И какие еще могут быть дела, когда Эдвард болен?
Некоторое время он еще пытался дозвониться, но безрезультатно. Отшвырнув бумаги, приготовленные для деловой встречи, он потянулся к пиджаку…
Когда он добрался до ее дома и зашел во двор, навстречу ему выбежал Эдвард. За ним вышла Кристина.
– Бенедикт!
– Слава богу!
– Мамочка очень сильно болеет, – сказал Эдвард, крепко прижавшись к нему.
– Аннабелл нездорова, – пояснила Кристина. – Боюсь, с ней что-то серьезное. Пришлось даже вызвать врача.
Тут Бенедикт увидел пожилого мужчину, который только что вышел из дома.
– Похоже, Аннабелл стала жертвой эпидемии. Причем болезнь протекает с осложнениями, – сказал он устало. – У нее обезвоживание, и она очень слаба. Необходимо, чтобы кто-нибудь ухаживал за ней, не говоря уж о ребенке. – Он вопросительно посмотрел на Кристину.
Та нервно покусывала губу.
– Я бы с радостью взяла Эдварда пожить
– Не беспокойтесь, – вмешался в разговор Бенедикт. – Я останусь и присмотрю за Аннабелл и за Эдвардом. Я ее бывший муж, – объяснил он доктору, который, был явно ошарашен происходящим.
– Да, я должен предупредить вас, что она находится без сознания, – продолжал он сухо, когда Кристина уже ушла. – Она не очень хорошо понимает, что происходит, и может бредить. Но это быстро пройдет. У нее сильный жар и желудочные спазмы. Я дал ей необходимые лекарства, и скоро она должна почувствовать себя лучше. Хотя для полного выздоровления понадобится достаточно много времени…
– А почему же тогда вы не положите ее в больницу? – спросил Бенедикт раздраженно.
– Сразу по нескольким причинам. Во-первых, свободных мест там может и не оказаться. Во-вторых, это будет сильным шоком для ребенка. И, наконец, ее состояние, хоть и тяжелое, но довольно стабильное. Да, конечно, ухаживать за ней будет не так-то легко. Так что подумайте: я могу устроить ребенка на время в приют, а медсестра из местной больницы могла бы навещать ее время от времени.
– Приют?! Нет, Эдвард не нуждается в приюте, а Аннабелл – в вашей медсестре. Я о них сам позабочусь.
Доктор постарался ничем не выказать своего облегчения. Эпидемия доставляла слишком много хлопот…
– Хорошо. Тогда вам придется…
Нахмурившись, Бенедикт слушал указания врача. Когда тот ушел, Эдвард спросил, пристально глядя ему в глаза:
– Когда моя мама поправится?
– Скоро, – успокоил его Бенедикт, хотя самому ему было далеко не спокойно.
Он глядел на бледное лицо Аннабелл. Она лежала не двигаясь, и это пугало его не на шутку. Когда они познакомились, она была совсем другой…
Вдруг Аннабелл заметалась на кровати. На лбу у нее выступила испарина, она открыла глаза, но как будто не узнала его…
– Все в порядке, Аннабелл, – успокоил он ее. Он старался убедить в этом ее, но ему было очень тревожно. У него стучало в висках.
– У меня болит голова, – простонала Аннабелл.
– Выпей лекарство, – сказал Бенедикт ласково. – Оно собьет температуру, и тебе станет легче.
Аннабелл послушно попыталась приподнять голову, но даже это усилие, было для нее почти сверхъестественным. Он присел на кровать, нежно обнял ее и, поддерживая, помог ей сесть. С огромным трудом она сделала несколько глотков.
– У меня болит горло, – прошептала она жалобно. – Все болит.
Он положил ладонь ей на лоб.
– Хорошо… прохладно… – сказала она очень тихо.
У Бенедикта разрывалось сердце. Он и представить не мог ее такой.
– Почему здесь так жарко?
– Ты болеешь, у тебя температура, – сказал ей Бенедикт.
– У тебя контракт с Андерсеном, не трать на меня время, – сказала Аннабелл и, закрыв глаза, откинулась на подушку. Бенедикт нахмурился: она явно бредит, потому что с Андерсеном он работал, когда они только поженились.