Сердце подскажет

Аллен Дина

Аннабелл хотела возразить, но застрявший в горле ком помешал ей. Она снова вспомнила, как в те времена, когда они с Бенедиктом только начали встречаться, он любил носить ее на руках, а она в шутку упрекала его, что это он делает лишь для того, чтобы лишний раз продемонстрировать свою физическую силу.

Теперь ей это не доставляет никакого удовольствия, убеждала она себя. Но внутренний голос подсказывал ей, что на самом деле это лишь страх, страх, что все снова станет по-прежнему и он снова

причинит ей боль.

Но чего ей, собственно, опасаться? Пусть где-то в глубине души она еще любит Бенедикта, но разве сможет она, любящая мать, закрыть глаза на то, что он не желает признать Эдварда?!

Но в этом доме, который она сразу полюбила, в котором мечтала растить своих детей, она чувствовала себя особенно уязвимой: слишком живы и болезненны были воспоминания об утраченном навсегда счастье.

– Ну, вот мы и пришли. – Он открыл перед ней дверь.

Вся комната была залита мягким солнечным светом. Шикарная старинная мебель из черного дерева, дорогие ковры…

Аннабелл старалась не поддаваться чувствам. Все было словно в сказке.

– Эдварду приготовили комнату рядом. – Бенедикт не мог не видеть, какое впечатление произвела на нее комната.

Наверное, он все в доме сделал так, как я мечтала, подумала Аннабелл, но спросить его ни о чем не решилась. Тут Эдвард буквально ворвался в комнату.

– Лиззи говорит, что я могу посмотреть на ее собаку, если ты разрешишь, мамочка, – заявил он важно.

– Лиззи? – переспросила Аннабелл. Наверное, Бенедикт может себе позволить называть прислугу просто по имени, но Эдвард не должен ему в этом подражать.

– Лиззи сама просила называть ее по имени. – Бенедикт словно читал ее мысли. – Не беспокойся, я сам его отведу.

Эдвард восторженно смотрел на него, как будто Аннабелл и не было вовсе.

– Мы можем прямо сейчас пойти? – умоляюще спросил Эдвард.

– Нет, не сейчас. Завтра утром.

Аннабелл боялась, что Эдвард начнет упрашивать его, но ничего подобного не произошло.

– Пойди, посмотри свою комнату, Эдди. Она, прямо рядом с маминой, – сказал Бенедикт и, взяв мальчика за руку, повел его из комнаты.

Аннабелл слышала, как мальчик сказал:

– Здесь много места, Бенедикт, и на тебя хватит. Может, лучше ты будешь спать здесь со мной, а не с мамой?

– Спасибо, – ответил Бенедикт серьезно, – но у меня тоже есть собственная комната.

– Но я хочу, чтобы ты спал здесь с нами! – настаивал Эдвард.

– Видишь ли, когда твоя мама была серьезно больна, это было необходимо, но сейчас ей уже намного лучше, – объяснил Бенедикт.

– А почему вы с мамой не спите вместе, как родители Тима? – наивно спросил Эдвард.

У Аннабелл потемнело в глазах, когда она это услышала.

Бенедикт

отвернулся к окну. Как бы ему этого хотелось! Но Аннабелл никогда не согласится, он это знал наверняка. А ведь когда-то она так его любила! Но слишком многое произошло между ними за это время…

Эдвард прижался к нему. Странно, но Бенедикт почувствовал, что начинает привязываться к ребенку. Может, это оттого, что это сын Аннабелл? Или, может, он сам уже успел полюбить его как собственного сына?

– Не хочешь посмотреть телевизор? – предложил он.

– А потом мы почитаем маме на ночь?

Бенедикт сам придумал для них эту традицию. Он не хотел, чтобы Аннабелл упрекала его в том, что он не желает уделять мальчику времени. Поэтому он решил, что они будут каждый раз читать перед сном. Почему именно в комнате Аннабелл? Наверное, Бенедикт интуитивно почувствовал, что ей тоже хотелось бы принимать как можно больше участия во всем, что касается жизни ее сына.

Тихий шорох заставил его обернуться. В дверях стояла Аннабелл. Она явно с трудом держалась на ногах.

– Тебе бы стоило отдохнуть, – сказал он мягко.

– Только когда мне это будет нужно, – ответила она раздраженно, даже не взглянув на него. – Ты не почитаешь мне, Эдди? Я уверена, у Бенедикта еще очень много дел.

Но, к ее ужасу, Эдвард вовсе не собирался отходить от Бенедикта. Вместо этого он забрался к нему на колени и еще сильнее к нему прижался.

Ясным солнечным утром Аннабелл выглянула в окно. Эдвард играл на лужайке с добродушной собакой Томлинсонов. Они были явно увлечены друг другом.

Они жили в доме Бенедикта уже более двух недель. Аннабелл за это время успела уже окончательно поправиться, и это означало, что им с Эдвардом пора было возвращаться домой, к своей обычной жизни.

Эдварду, конечно, не захочется уезжать, это было очевидно. Он обожает Бенедикта. Ну почему они не могут жить вместе?

Странно, но даже отказ Бенедикта признать своего ребенка не мешает ей по-прежнему любить его!

Аннабелл была в смятении. Она должна сказать ему, что хочет уехать, и сделать это как можно быстрее!

Вздохнув, она направилась к ним. Бенедикт как раз успел вернуться с деловой встречи и вновь проводил свое свободное время с Эдвардом.

Увидев ее, он сделал несколько шагов ей навстречу.

– Мам, я отведу Нелл домой, – сказал Эдвард важно, потрепав собаку за загривок.

Наверное, в любое другое время это показалось бы ей забавным: еще непонятно, кто кого поведет. Аннабелл наблюдала, как мальчик с собакой направились к домику прислуги.

Бенедикт подошел к ней совсем близко и, наклонившись к ее уху, тихо произнес: