Сердце Пекла
Шрифт:
«Ментат, одна штука, — про себя отметил Шайтан, стараясь не шевелиться и дать время рёбрам придти в себя. — Кто ещё тут есть?»
— Батя разберётся, — послышался другой голос, с командными нотками. — Всё, парни, по местам. Подъезжаем! Охота неудачная вышла, но новичков ловить всё равно придётся.
— Свежаков, идиот, — тут же добавил эффекта Шайтан. — Совсем тёмные.
Но на этот раз никто на него внимания не обратил, все бросились проверять стволы и амуницию. Воспользовавшись моментом, Шайтан связанными за спиной руками нащупал пальцы Зинаиды. И тут же почувствовал, как жещина, которая, оказывается, уже неизвестно сколько времени
Это были, без сомнения, пехотинцы. Хорошо подготовленные и оснащённые бронежилетами, касками, средствами связи и оружием, использующим один и тот же боеприпас — патрон калибра пять-пятьдесят шесть на сорок пять.
Увиденное подсказывало Шайтану, что с оружием у вояк проблем так же мало, как и с военной техникой. Вернее, их совсем нет. Довольно нетипичная картина для Улья, и она Шайтану категорически не нравилась. Не испытывать недостатка в патронах и технике тут могли только редкие везунчики, которые умудрились прижиться где-нибудь по соседству с кластером, на котором регулярно прилетает крупный военный склад и… внешники, у которых подвоз всего и вся осуществляется извне, через портал.
Правда, парни все были в обычных тряпичных масках, а не в скафандрах или хотя бы противогазах, так что второй вариант Шайтан по некотором раздумье отбросил. На муров тоже не похожи, слишком дисциплинированы, прямо образцовые военные, а не бандитский сброд. Значит, всё-таки везунчики. Потому, собственно, и умудрились выжить в Пекле.
Транспорт, дёрнувшись, резко остановился, прервав ход мыслей. Едва слышно скрипнул, открывась, люк десантного отсека.
— За Сотню! — проорал командир вояк, и те один за другим, с оружием наизготовку, стали покидать транспорт.
Шайтан успел было обрадоваться, что сейчас они с Зиной останутся одни и попытаются сбежать, но не тут-то было — один из вояк, приснопамятный Ромео, остался. Дождался, пока остальные бойцы уйдут, и придвинулся ближе к рейдерам.
— Ну вот, теперь поиграем. Твой напарничек нам не будет мешать, верно? И отвернётся, если жить хочет. А Бате мы с тобой ничего не расскажем, правда, детка? Обещаешь?
Шайтан почувствовал, как зашевелилась Зина, отползая подальше от урода, которому в голову ударило длительное воздержание и бущующие из-за спор местного то ли грибка, то ли паразита гормоны. Угрожать не стал, понимая бессмысленность слов — таких, как этот Ромео, тупых и излишне озабоченных, могла остановить только пуля в печени. Или неожиданный и подлый удар по тем самым местам, которые сейчас горели огнём возбуждения и очень хорошо вырисовывались даже под мешковатыми камуфляжными штанами.
Превратившись в слух, Шайтан немного отодвинулся от Зинаиды и замер. Шаг, ещё шаг. Стук отложенного в сторону автомата, шорох расстёгиваемого ремня. Зина лежала молча, то ли от испуга, то ли надеялась на то, что Шайтан как-нибудь поможет ей, защитит от насильника. Что ж, пусть так и лежит.
Выбрав момент, бывший внешник развернулся и резко выпрямил ноги, метя в самое беззащитное место Ромео, уже успевшего спустить штаны и как раз слегка присевшего над Зиной. Удар вышел добротный и меткий. Ромео взвыл, обеими руками ухватившись за промежность, и тут в дело вступила Зина. Собравшись в клубочек, она умудрилась одной ногой подцепить ноги страдающего от боли горе-любовника и дёрнула их на
— Урод, — подозрительно спокойно сказала она, слезая на пол. — Я те трону, скотина. Сам теперь в девочках ходи, самка собаки!
Шайтан, если б не связанные за спиной руки, показал бы Зине большой палец.
Дело оставалось за малым — освободиться. Не говоря друг другу ни слова, рейдеры принялись действовать. Зина откатилась в сторону, Шайтан, навалившись на отключившегося Ромео спиной и брезгливо сморщившись, на ощупь нашёл на поясе штанов армейский нож. Первым делом перерезал свои путы, затем освободил Зину. Приложил палец к губам и жестами показал женщине взять автомат вояки и следовать за ним.
Крадучись подошёл к люку, выглянул наружу.
Транспорт с ещё парой десятков БРДМ-ов и прочей техники стоял полукругом на границе кластера, жутко напомнившего бывшему внешнику те лагери беженцев, которые они с Зиной миновали прежде, чем оказались у озера. Где-то в отдалении шёл бой, слышались короткие, выверенные автоматные очереди, треск пулемётом и редкие выстрелы из танковых пушек. Людей рядом с их транспортом вроде как не было. Первому впечатлению Шайтан обычно не доверял, но сейчас время играло против них, и надо было торопиться. Но лучше уж рискнуть и проиграть, чем не рискнуть — и всё равно проиграть. И Шайтан, решившись, поманил Зину за собой.
Глава 33
Свита
Слухи не соврали — «пила» скреббера заражённых, даже элитников, отпугивала не хуже, чем целый скреббер. Убедившись в этом, Шпилька и Лайма вышли из дворов на улицу — смысл прятаться, если тебя и так никто не трогает. И идти по дороге намного легче и быстрее, чем по дворовой пересечёнке. А время Шпилька старалась беречь, особенно сейчас, когда осталась одна и без машины. Ада, конечно, тоже скорее всего замедлилась из-за потери собственной руки и грузовика, но кто знает, что там ещё может быть припрятано за пазухой у «старшей».
До вечера успели пройти километров десять навскидку, сменив целых два кластера. В какой-то момент Шпильке даже показалось, что она близка к противоположному краю надоевшего до чёртиков Гигаполиса — на кластере, куда они с Лаймой вышли, вместо небоскрёбов обнаружились обычные жилые высотки с прилегающими к ним зелёными дворами с детскими площадками и крохотными придомовыми парковками.
Метаморфоза Шпильке понравилась — она никогда не любила ни многоквартирные дома, ни загазованные, полные вечно спешащих куда-то людей мегаполисы. Так что, впервые за несколько дней увидев спальный район с чахлыми тополями, пришедший на смену каменным джунглям, не смогла сдержать радостной улыбки.
Да, Шпилька всегда умела радоваться даже таким мелочам.
На ночь решила остановиться в девятиэтажке из панелей. Выбрала относительно чистую квартиру на последнем этаже. С ностальгией посмотрела на открытую настежь дверь. На всякий случай просканировала окружающее пространство с помощью эмпатии — грани своего первого Дара, использовать которую она категорически не любила. Элитники вокруг были, но на самом краю восприятия, и приближаться не спешили. Понаблюдав за ними некоторое время, Шпилька забаррикадировала дверь, как смогла, и принялась готовить нехитрый ужин.