Сердце мира
Шрифт:
– Беги к горам. Я догоню, - шепнули на ухо.
Сильные руки подхватили ее и подкинули в воздух. Чтобы удержаться, она бессознательно схватилась за шею появившегося перед ней гарма, вовремя вспомнила, что так делать нельзя, если не хочешь тут же грохнуться на землю вместе с животным, и сползла ниже. Мелькнула мысль, как глупо это должно выглядеть. Но стоило гарму рвануться с места - и Лаана могла думать лишь о том, как без седла удержаться на хребте ящера.
Мир снова закачался. Теперь - вверх и вниз. В ушах засвистел
Вместо того чтобы бежать прямо, гарм помчался в сторону и выправился каким-то чудом, едва не врезавшись в шпалеру с виноградной лозой. Он повихлял еще изрядно, прежде чем Лаана догадалась, что забыла о поводьях и сама же тянет гарма вбок. Чуть не свалившись, она наконец перехватила ремни так, как нужно, и направила его к горам.
Позади раздавался шум. Лаану тянуло повернуться и узнать, что там происходит, где Таш, но она заставляла себя смотреть вперед, на горы. И не только потому, что боялась кубарем покатиться с гарма. Она и так держалась с огромным трудом.
Страшнее всего было обнаружить, что Таша убили, а ее преследуют шестеро стражников.
Мимо пролетали ряды виноградных лиан, сливаясь в одну неразборчивую полосу. Мелькнуло пятно - чье-то поместье, окруженное плантациями. Скоро шум остался далеко позади и затих, но топот остался. За ней и в самом деле кто-то ехал. Лаана попыталась хлестнуть гарма, чтобы он двигался быстрее. Животное неожиданно издало пронзительный звук, наклонилось и чуть не сбросило ее с себя, даже не подумав ускориться. Как этого добиться, она не представляла. И теперь прекрасно понимала, почему Лердан ненавидел этих тварей.
– Сворачивай!
– заорали сзади.
У Лааны отлегло от сердца. Голос принадлежал Ташу.
Она осторожно потянула вправо, в просвет - одну из дорожек между опорами для лиан. К счастью, гарм догадался, чего от него хотят. Когда Таш крикнул спешиваться, она еще раз натянула поводья и с огромным облегчением соскользнула на землю, стараясь не содрать о его чешую кожу.
Лаана не провела на ящере и четверти часа, а чувствовала себя так, будто не ехала верхом, а везла гарма на себе.
– Пригнись!
На сей раз голос прозвучал совсем близко, хотя звук топота продолжился и ушел куда-то в сторону. Лаана наконец-то позволила себе повернуться.
Между шпалерами, наклонившись, к ней спешил Таш. Второго гарма видно не было. Да и этого шерд сперва подтолкнул, а потом ударил по хвосту, вынуждая бежать дальше по винограднику.
– Ты их убил?
– шепотом спросила Лаана.
– Шесть задоспешенных воинов?
– он фыркнул и подал ей свой кафтан древесного цвета.
– Накинь. В этом платье ты слишком хорошая мишень.
Лаана опустила взгляд. Алый - ее любимый. Знала бы заранее, что тут такое будет, надела бы зеленый. Да что там, сразу отправилась бы в Шердаар...
– Что дальше?
– спросила она.
– Поползем к горам. Голову не поднимай.
Забывшись, Таш начал не только обращаться к ней на "ты", но и командовать. Лаана не стала его поправлять. Странно, но такое обращение от недавнего раба казалось естественным. Он явно гораздо лучше знал, что делать.
Может быть, у него получится ее спасти?
В это хотелось верить изо всех сил, и в то же время от отчаяния щипало в горле. Продвигаться к горам, согнувшись в три погибели, было тяжело. Лаана пожалела о том, что слезла с ящера. Сейчас та бешеная скачка виделась чуть ли не катанием на облаке. Платье до пят мешалось, путалось в ногах. Чтобы не упасть, приходилось задрать подол до нижнего белья и все время поддерживать. Под тонкой подошвой легкой обувки ощущался каждый камень. От взрыхленной почвы шел жар, и скоро захотелось пить. Листья и усики винограда лезли в лицо. Ткань цеплялась и трещала по швам, когда Таш протаскивал Лаану сквозь лозу - нужно было отойти как можно дальше от дорожки, по которой помчался гарм.
До отца она так не доберется. Хотя какое там до отца - до маячивших впереди гор дотерпеть бы. "Будь проклят тот день, когда я согласилась помочь Хинтасу..."
Мимо пробежал гарм. Ступал он тяжело, каждый шаг сопровождался клацаньем металла. Стражник. Лаана внутренне сжалась. Неужели они рядом с дорогой? А ей чудилось, что они прошли половину виноградника!
Снова звуки. Похожие, но все-таки немного иные - бух-бух, звяк-звяк. Слишком близко. Как она умудрилась их пропустить? Заслушалась собственным рваным дыханием?
Таш толкнул ее в заросли винограда и спрятался рядом. Приложил палец к губам. Как будто она ничего не понимает! Лаана постаралась вообще не дышать и для верности закрыла рот ладонью, прижимаясь к шерду. В бок больно упирался эфес меча, но шевелиться было нельзя.
Ее нет. Ее здесь нет...
– Эй! Я что-то вижу!
Завопили как будто прямо над головой. Лаана вдруг заметила, что край платья торчит снаружи их жалкого укрытия, и скорее дернула ткань на себя.
"Пожалуйста, Великий Илаан. Больше никаких мыслей об освобождении рабов. Больше никогда, клянусь. Пожалуйста, умоляю!"
– Вон туда! Что-то шевелится!
Мир застыл. В голове не осталось места даже для молитв. Только для одной мысли.
Я не хочу умирать.
Поступь гарма стала удаляться.
Это были самые желанные звуки в жизни Лааны. Она не была уверена, что так ждала даже первого плача своего ребенка.
– Живее, - шепнул Таш.
Он схватил ее за руку и опять потащил через виноградник. В тот же миг неподалеку закричал стражник. Лаана уже обмерла, но мужчина орал что-то про Урдова варха, который разодрал ему лицо.