Сердце ирландца

Винн Бонни К.

Не забывая о словах Финнигана, девушка провела остаток дня, занимаясь набросками, в то время, как Майкл давал распоряжения по поводу привезенных из поездки заказов. Когда же спустились сумерки, Брианна подошла к его двери и прежде, чем войти, тихонечко постучалась.

— Я думаю, что на сегодня я поработала достаточно, — сказала она.

Майкл поднялся, взглянув на горы ожидающей его работы и, неожиданно для себя, решил не думать о ней.

— Вы как раз угадали мои мысли. Может, вы свободны сегодня вечером, и мы могли бы пообедать вместе, мисс Макбрайд?

Она ответила с тем же оттенком неловкого юмора:

— Я думаю, что могли бы, мистер Донован.

—

Отлично! — в это единственное слово он вложил все переполнявшие его чувства.

Почувствовав, что у нее перехватывает дыхание, Брианна повернулась, чтобы принести свою одежду. Она накинула на плечи свое пальто. Майкл взял ее руки в свои, его прикосновения одновременно волновали и радовали Брианну.

Вместе они вышли из здания на шумную улицу. Стараясь не поддаваться общей суете, они смешались с толпой и медленно потекли в этом человеческом потоке. Казалось, что проспект сиял, как в волшебном сне, — керосиновые фонари лили потоки света на проезжающие непрерывной чередой экипажи и бурлящее море пешеходов огромного города.

Взяв Брианну под руку, Майкл повел ее, увлекая за собой, потом вдруг внезапно остановился.

— Ты очень голодна? — спросил он.

Подумав о том, какое еще приключение пришло ему в голову, она отрицательно покачала головой.

— Мы могли бы съездить в театр Уоллака или в Музыкальную Академию, если там есть сегодня свободные места, — предложил Майкл. — А потом можно было бы отправиться на поздний ужин.

Предвкушая перспективу полуночного ужина с Майклом, Брианна с готовностью согласилась.

— Мне нравится это предложение. — Она подумала о вынужденной изоляции в четырех стенах с тех пор, как поселилась у тети и дяди. — Я уже довольно давно не была ни в театре, ни в опере.

— Стоит ли нам кого-нибудь предупредить, что мы приедем поздно? — заботливо поинтересовался Майкл.

Такое внимание с его стороны доставило Брианне удовольствие. Остановив кэб и усадив девушку внутрь, он дал извозчику ее адрес.

— Вы смогли вспомнить его? — удивилась Брианна.

— Мне было бы трудно его не запомнить, — признался Майкл.

Боясь даже вздохнуть, чтобы не спугнуть охватившее ее блаженство, она робко улыбнулась, силясь заставить свои губы не дрожать от сладостного ожидания. Майкл взял ее за руку, и Брианна охотно отдала ее. Пока кэб грохотал по ухабистой мостовой, он рассказал девушке о своем путешествии, о новых заказах и о предвкушении успеха, окрыляющем его. Скованная страстью, которую излучал его взгляд, Брианна решила пока помалкивать о новом станке.

Несмотря на сильное движение, они добрались до дома за короткое время. Когда кэбмен направил экипаж к парадному подъезду, Майкл велел ему свернуть к черному входу. Брианна вдруг почувствовала себя виноватой, что продолжала обманывать Майкла, но она была еще не уверена в том, что он готов выслушать правду. Вместо объяснений девушка бросилась к дверям. Войдя внутрь, она быстро переговорила с Мэри и побежала наверх, чтобы выбрать подходящее платье для вечера. С помощью Мэри Брианне удалось переодеться за удивительно короткое время — ведь она не забывала ни на минуту, что на улице ее ожидал Майкл.

Запыхавшись, Брианна сбежала вниз по ступенькам и, пробежав через кухню, выпорхнула на улицу. Приближаясь к экипажу, она замедлила темп и, увидев Майкла, с удовольствием отметила загоревшееся в его глазах восхищение.

— Вы быстры, как молния, мисс Макбрайд, как лепреконы[1] или нимфы.

Брианна удивленно уставилась на него. В первый раз за все время их знакомства он выказал присутствие ирландской крови в своих жилах.

— А вы — словно острова,

поднимающиеся из моря, — с улыбкой ответила она.

И в самом деле, глядя на Майкла, девушка вспоминала скалистые берега своей родины. Ведь, как и большинство ирландских дворян, он был высоким, с гордо поднятой головой, и обладал резким характером.

Майкл протянул руку и нежно погладил Брианну по щеке, и она почувствовала, как внутри нее растет надежда и предчувствие того, что что-то еще неведомое ей предстоит сегодня узнать. Она любила его, этого человека, терзаемого противоречиями, человека строгих правил. Брианна впервые осознала, что ее место именно здесь, и бесконечная череда качеств, присущих Майклу, — нежность, юмор, жажда приключений и надежда — непреодолимо притягивала ее еще больше.

Она была уверена, что он разделит с ней все беды и радости. И девушка выплеснула все свои чувства, едва Майкл успел отдать распоряжения кучеру и закрыть за собой дверь. Он нежно притянул ее к себе.

Слова им были не нужны. Страстно глядя на Брианну, Майкл завладел ее губами, наслаждаясь их мягкостью. Он снова пробудил в ней ощущения, которые она только еще начала познавать. О существовании остального мира, находившегося за тонкими стенками кэба, было забыто. Брианна знала, что рядом с ней находится человек, с которым она решила связать свою судьбу, и совсем забыла об осторожности. Она постепенно открывала для себя, что ласки Майкла были совсем не похожи на те немногие поцелуи прежних ее кавалеров. И когда Майкл отстранился, заняв свое место, Брианна почувствовала, как ее охватило разочарование.

Кучер, постучав в дверь, вернул их к действительности. Майкл даже в темноте заметил, как Брианна вспыхнула от неожиданности.

— Уоллак, сэр, — сообщил кучер.

Выглянув наружу, Брианна в первый раз увидела самый известный театр Нью-Йорка, ведущую сцену Америки. Театр славился своими постановками комедий, классических и современных. Благодаря ему жители города имели возможность познакомиться с пьесами Т. У. Робертсона. Театр располагался в одном из самых огромных зданий Нью-Йорка, на пересечении Бродвея и Тринадцатой улицы. Брианна обрадовалась возможности попасть в него. Зайдя в холл, Майкл приобрел два билета в партер по дорогой цене — по доллару за каждый. К счастью, в этот вечер была не премьера и имелись свободные места. Когда они вошли в уютный вестибюль, Брианна поняла, почему интерьер этого театра считали последним криком элегантности. Он был выполнен в стиле рококо. Потолок являлся великолепным образцом лепного искусства. Замысловатые лепные узоры спускались вниз по колоннам к мраморному полу. Прекрасные гобелены ручной работы и картины известных мастеров, выполненные маслом, располагались вдоль стен с нишами из красного дерева. Брианна была горда тем, что находится рядом с мужчиной, который, как ей казалось, выглядел самым элегантным среди присутствующих, и она с удовольствием заняла свое место рядом с ним, находясь в сильном возбуждении.

Несмотря на тонкую и восхитительно правдоподобную постановку пьесы «Общество», внимание Брианны было скорее приковано к ее кавалеру, нежели к игре лучших актеров и актрис страны. Когда их колени случайно столкнулись, девушка почувствовала, как ее ноги, несмотря на несколько слоев юбок, обдало жаром. Она еще никогда так себя не чувствовала, находясь рядом с мужчиной, в ее голове мелькнула безрассудная мысль. И когда Майкл прикоснулся к ее руке, Брианна с готовностью ответила ему тем же. Хорошо еще, что в зале был полумрак, который скрывал от посторонних глаз пылающее лицо девушки, испытывающей в этот момент мучительное наслаждение.