Сердце Халлстейна
Шрифт:
— Хорошо. — Я щелкнула выключателем и вернулась к столу, усаживаясь рядом с Леной.
— Сначала надо в тишине посидеть, настроиться! — прошептала подруга. — Мийка, что-то мне страшно. — Произнесла она, спустя минуту. — Давай, ты первая посмотришь!
Ленка всегда была такой, немного легкомысленной, рискованной, не сидела на месте, постоянно искала приключения. Не знаю, почему мы сдружились. У нас не было совершено ничего общего. Она общительная, весёлая, всегда в центре внимания, я же скромная и замкнутая.
Ещё в детском доме она с завидной периодичностью втягивала меня в различные авантюры, за которые нам потом прилетало от директрисы.
К жизни Лена относилась легко,
Долго грустить Лена не умела. Быстро нашла новую любовь, потом ещё одну. У подруги был лёгкий характер. В компаниях она всегда пользовалась успехом у парней, меня же их внимание обходило стороной. Не могу сказать, что я плохо выглядела, даже наоборот, довольно привлекательно, но факт остаётся фактом, к двадцати годам я до сих пор оставалась невинной. Подруга говорила, что это все карма или какое-то проклятье, что с такими внешними данными просто невозможно быть одинокой. Я лишь отшучивалась, что мое время еще не пришло, но в глубине души оставалось сомнение, а придет ли оно, это время.
В силу своего мистического образа мышления, Лена давно увлекалась всякими эзотерическими ритуалами. Вот и сегодня, расставшись с очередным кавалером, она решила узнать, какой мужчина ждёт её в будущем. Я, конечно, во все эти гадания не верила, но согласилась поучаствовать, чтобы не обижать подругу. Обвела взглядом расставленную на столе композицию и невольно посмотрела в зеркало.
— Ну что там? Жених появился? — донёсся до меня голос Ленки. — Эй! Ты что молчишь? Видишь что-нибудь? Мия!
Я хотела ей ответить, но не могла вымолвить ни слова. В глубине зеркала формировалась белая точка, увеличивающаяся прямо на глазах. В лицо ударил прохладный воздух, вызывая мурашки по всему телу. Попыталась подняться, но не смогла даже пошевелиться.
Тем временем, поверхность стекла покрылась корочкой льда, сквозь которую отчётливо проступали очертания неизвестной местности. Как бы я ни старалась, не могла перестать смотреть, даже глаза закрыть не получалось.
Охвативший меня ужас вкупе с ледяным ветром сковали дыхание. Зеркало становилось всё больше, или это я уменьшалась. Так или иначе, происходило что-то необъяснимое, иррациональное. Я уже давно не чувствовала под собой опору, перестала слышать что-то, кроме завывающего ветра, постепенно притягиваясь к ледяной поверхности.
Морозный воздух обжег легкие, голова закружилась, и я провалилась в темноту.
Глава 3
Алекс
Когда резерв амии исчерпан, она затухает, и эллианец умирает. Это похоже на то, как гаснут звёзды. Не те огромные, оставляющие после себя черный дыры, а обычные звёзды, что просто исчезают, растворяясь в пространстве.
Наверное, поэтому я был так удивлён, когда очнулся там же, возле шумной реки. Солнце продолжало ярко светить, согревая своими лучами. Я не понимал, наступил ли уже следующий день или я отключился лишь на пару мгновений. Вопреки логике я чувствовал себя прекрасно, амия пульсировала энергией жизни, разливая ее по всему телу.
Оглядевшись, сразу понял, что произошло. Вокруг меня всё как будто вымерло. Ещё недавно зелёная трава пожухла, деревья превратились в сухие стволы, цветы завяли и осыпались, оставив после себя лишь безжизненные стебли. Поднявшись, подошёл к реке, чтобы умыться, и увидел, как несколько
То, чего так боялись эллианцы, произошло. Моя амия смогла вытягивать энергию из окружающего мира. Чужого мира. Ошеломлённый открытием снова опустился на землю. Я испытывал смешанные чувства. Радость и грусть одновременно.
Несомненно, я хотел жить и был рад открывшейся возможности. С другой стороны, теперь моё существование представляло угрозу для этого мира. Неизвестно, как быстро, но он обязательно погибнет, и я вместе с ним.
Ещё какое-то время я провёл у реки. Дни сменяли друг друга, но я их не считал, просто радовался жизни, наслаждаясь необычно яркими красками этого мира. Единственное, что омрачало моё существование, — постепенно умирающая природа. В том месте, где я проводил ночь, погибали все растения, заставляя меня перемещаться ближе к лесу, чтобы не видеть печальные последствия своих действий.
Амия не отделима от эллианца, но существует как бы сама по себе, потому что её невозможно контролировать. Но я решил хотя бы попытаться. Ежедневно, с утра до вечера прилагал неимоверные усилия, чтобы извлечь энергию самостоятельно, сделать этот процесс управляемым, но ничего не получалось. Ночью, как и прежде, амия восполняла утраченный резерв, а с наступлением очередного дня я пытался вновь и вновь, пока не понял, что для контроля, мне надо чувствовать сам процесс.
Нашел камень поострее и, не задумываясь, поранил руку. Практически сразу началась регенерация, и я, наконец-то, смог уловить потоки энергии. Повторив манипуляцию с рукой, сконцентрировался и мысленно направил амию к ближайшему дереву. Результат не заставил себя ждать. Постепенно я научился контролировать не только направление потока, но и его интенсивность, стараясь брать лишь необходимый минимум.
Теперь, когда можно было рассчитывать на длительное пребывание в новом мире, мне захотелось лучше узнать о нем, понять, как живут его обитатели и, главное, как мне стать одним из них.
Расценив, что с высоты будет удобнее выбрать направление, решил отправиться в сторону горного перевала. По дороге я обдумывал, как лучше поступить, добравшись до поселения: понаблюдать за его жителями издалека, или сразу вступить в контакт. Но меня опередили.
Дойдя до кромки леса, столкнулся с небольшим отрядом воинов. Их тела были облачены в необычного вида доспехи, к которым сбоку крепился меч из такого же материала. На вид броня выглядела прочной, но тяжёлой и, наверняка, она усложняла маневренность в бою.
Тот, что стоял ближе всех, медленно вытащил свой клинок и что-то произнёс, обращаясь ко мне. Даже не зная местного языка, я понимал, что он настроен враждебно. Обдумывая, как лучше поступить, я молча наблюдал за действиями новых знакомых.
Некоторое время они коротко переговаривались между собой, затем начали приближаться, обходя меня по кругу и заключая в кольцо, но оружие доставать не спешили.
Первый воин ещё раз что-то спросил, направив меч в мою сторону. Я поднял руки в примирительно жесте и все же ответил на эллианском, что не причиню им вреда. Воины тут же оживились и вновь начали свое обсуждение. Затем двое из них схватили меня и попытались заставить опуститься на колени. Не собираясь спускать унижение, я с силой оттолкнул их, отбрасывая в стороны, и взглядом окинул каждого, давая понять, что не потерплю подобного отношения. Но внезапно спину прошила резкая боль. На секунду потеряв ориентацию в пространстве, я всё же рухнул на колени, замечая, как по рубашке растекается кровавое пятно. Лезвие прошло насквозь, и острие меча торчало из груди, собирая капли крови и позволяя им тонкой струйкой стекать на зелёную траву.