Сердце двух миров
Шрифт:
Отец довольно кивает. Пока этого ему достаточно.
Он не теряет ни минуты и тут же начинает готовиться к следующему балу, а я изо всех сил стараюсь вытолкнуть Наоми из головы. Нет смысла снова и снова прокручивать в уме ее образ, когда вполне возможно, что она меня вовсе не хочет.
Ужин с Розалиной проходит за крошечным столиком, рассчитанным только на двоих. Музыка льется где-то в стороне, гул голосов гостей поглощает наши слова. Я слишком хорошо чувствую, как другие претендентки бросают на Розалину темные
Я не хочу жену, которая устраивает драмы без повода. Одна эта мысль вызывает тупую боль в висках — оттого, что я вообще всерьез это обдумываю.
— Ты еще не попробовал сливовый тарт, — говорит Розалина, возвращая мое внимание к себе. — Вот, попробуй мой.
Она подносит вилку к моим губам, и я послушно открываю рот. Вкусно. Ее большие карие глаза сияют, когда она ловит мой взгляд, и наматывает темный локон волос на свой палец.
Медленная улыбка появляется на ее губах, и она наклоняется через стол.
— Помнишь, когда мы были младше, мы с друзьями тайком убегали из замка ночами и купались нагишом в озере Гастингс? Лежали на спинах и часами смотрели на звезды?
Я знаю эту женщину достаточно хорошо, чтобы понять, как работает ход ее мыслей — она вытаскивает на свет общее прошлое. Напоминает, как все между нами когда-то было просто.
Розалина была моим первым — всем. В подростковом возрасте мне даже казалось, что она станет моей женой, но эта девушка вечно гонится за модой. Когда приезжал принц Элоуин, она полностью забывала обо мне.
— Помню, — отвечаю я и делаю большой глоток вина. — Особенно ту ночь, когда Хендрик украл у нас одежду ради шутки, а потом забыл, куда ее спрятал.
Розалина смеется.
— Как я могла это забыть?
Она кладет руку на мою. Я смотрю на нее, а потом снова поднимаю свой взгляд на ее красивое лицо. Могло бы быть и хуже. Я пытаюсь вызвать в себе хоть какие-то чувства к ней, хотя бы симпатию, но ничего не получается.
Когда наши тарелки уносят, музыка становится громче, и паркет наполняется парами. Розалина смотрит на меня с ожиданием, ее ресницы трепещут, и я, не желая устраивать сцену, протягиваю ей руку. Мы выходим в центр зала.
Цветочный аромат ее духов заполняет мой нос, когда я держу ее, вращаю и наклоняю. Я делаю все, что от меня ожидают, но Розалина прижимается ко мне ближе, чем нужно.
Я держу ладонь на ее талии, но ее рука скользит по моей груди, к шее, пробегает по волосам, как будто мы любовники, и она просто не может соблюдать правила приличия. Мне не мешают ее прикосновения, хотя я вижу, что она пытается опутать меня своей паутиной. Это спектакль для всех, кто смотрит, и попытка соблазнения. Подобная мелочь не вызывает во мне никаких чувств.
— Я скучала по тебе, Ронан, — шепчет она мне в ухо. — Давай больше не будем расставаться так надолго.
Я
Мы танцуем и танцуем, пока оба не задыхаемся и не улыбаемся от восторга, двигаясь в такт музыке. Бал подходит к концу, и половина гостей уже ушла.
— Ты не против, если мы выйдем во двор? — спрашивает Розалина, обмахиваясь рукой. — Мне нужна ночная прохлада, чтобы освежиться.
Ее бледная кожа покрылась румянцем, поэтому я протягиваю руку и веду ее на улицу.
Уже почти лето, и в ночном воздухе чувствуется тепло, но здесь намного прохладнее, чем душный воздух в бальном зале. Двор украшен, как всегда перед балом, вокруг расставлены горшки с цветущими розовыми кустами и ряды огненных шаров.
Я провожу рукой по волосам и поворачиваюсь к ней.
— Послушай, в ближайшие недели мне предстоит ухаживать за разными женщинами. Все может запутаться, я не хочу никого обнадеживать или причинять боль. Я просто хочу сказать…
Розалина хватает меня за тунику, сжимая ее в кулаке и притягивая к себе для поцелуя. Я поднимаю брови и замираю от шока, но ее губы так мягки на моих, а тело полное изящества и тепла.
Я таю в этом знакомом поцелуе, позволяя ей раздвинуть мои губы и проникнуть языком в мой рот. Мои руки скользят по ее талии и прижимают к себе, но линии ее тела кажутся неправильными. Другими.
Но это не имеет значения, возбуждение все равно пронизывает меня.
Розалина отрывается от поцелуя, и на ее пухлых губах появляется озорная улыбка.
— Можешь проводить меня в мою комнату в замке, Ронан? У меня ужасная склонность теряться, — она берет меня за руку и ведет за собой.
С каждым проходом по коридору мое сердце бьется все быстрее. Розалина бросает мне соблазнительные взгляды через плечо и покачивает бедрами в надежде, что я смотрю на нее, но меня мучают противоречивые чувства.
Я помню, как ее обнаженная кожа ощущалась под моими прикосновениями. Как мягкими были ее пышные груди в моих руках и как плавно двигались ее бедра. Как она стонала, когда я был глубоко в ней. Прошло много лет.
Розалина здесь, она хочет и готова, и так приятно найти утешение в теле женщины, но она не Наоми. Она не та женщина, которую я действительно хочу трогать и брать к себе в постель.
Возможно, лучший способ выкинуть Наоми из головы — это найти другую. Логика подсказывает мне, что охотница не хочет меня, но все остальные инстинкты кричат об обратном. Если я вновь разожгу пламя с Розалиной, пусть даже только физическое, она будет ранена, если я выберу другую. Я точно знаю, что она ведет меня в свою постель, чтобы выиграть эту гонку, но, боги, как же трудно сказать «нет».
Когда мы доходим до двери ее спальни, Розалина снова целует меня, и рациональность моего мозга тонет в волне сильного желания.