Сердце двух миров
Шрифт:
Иметь фейри защитника в этом мире — неплохо. Особенно когда он выглядит как Ниссиен. Моя кровь закипает. Я извиваюсь, прижимаясь к нему, трусь своей грудью и прижимаюсь к его члену, при этом, соблазнительно улыбаясь.
— Я тебя предупреждал, — рычит он, отстраняясь настолько, чтобы перевернуть меня и поставить на четвереньки. Мое тело замирает, пока он встает позади меня.
Я оглядываюсь на него через плечо.
— Мне нужно взять кинжал? Попроси по-хорошему.
— Пожалуйста, — рычит он, входя в меня.
Я двигаюсь в такт его мощным
— Это важно. Все это, — наконец говорит Ниссиен, рисуя пальцами круги на моем животе. — Эти ритуалы необходимы для нимф. Секс высвобождает взрыв магии, которая питает землю, делая ее плодородной. Он помогает им размножаться.
К концу сезона их тела и гормоны подготавливаются благодаря всем этим вечеринкам, и самки проходят трансформацию, которая повышает вероятность их беременности. В отличие от людей, фейри очень трудно зачать ребенка, — он дергает меня за волосы.
— Как ты думаешь, почему фейри сразу начали тянутся к двум человеческим женщинам, когда те прибыли на фестиваль спаривания?
Я неловко ерзаю.
— Я пью чай, чтобы контролировать свою фертильность, — полуложь срывается с моего языка, и, боже, как это неправильно.
Ниссиен даже не реагирует.
Он просто встает и идет к ближайшему озеру. Мой взгляд жадно следует за его великолепным обнаженным телом, любуясь тем, как мышцы его ног и ягодиц напрягаются и расслабляются с каждым его шагом.
Я встаю и следую за ним к озеру, поверхность которого мерцает, как тысячи жидких бриллиантов, прекрасно понимая, что он трахнет меня в нем, пока я буду пытаться искупаться.
Солнце уже в середине неба, когда мы возвращаемся на ту же лесную вечеринку. В это время дня фейри одеты довольно прилично и беседуют в кругу или играют в карты. Некоторые снова начали танцевать. Ниссиен направляется к ним, но я остаюсь стоять.
Я вижу поляну в новом свете. Для этих людей она — чистый холст. Безопасное место, уютно расположенное между древними деревьями, где они могут посеять семена своих детей. Следующее поколение лесных и цветочных нимф.
Интересно, Ардиан и Брайар, хозяева вечеринки, собираются их воспитывать? Если рощи деревьев, с которыми связаны их души растут поблизости.
Фейри вокруг меня смеются и шутят друг с другом, они кажутся такими человечными, даже добрыми, по-своему.
Я содрогаюсь от мысли, что некоторые из наших жриц вынимают камни из их грудей как трофеи, чтобы принести в наше царство. Стоит ли наша отчаянная борьба за магию, которая на самом деле не принадлежит нам, той боли, которую она причиняет? Мы всегда верили, что фейри — жестокие монстры, но в данном случае именно мы, люди, являемся злодеями.
Рядом со мной появляется Кандра, ее волосы свободно развеваются и украшены цветами.
— Куда ты вчера ходила? — на ее губах появляется широкая улыбка. Она наверняка знала, что я рядом, ведь мы чувствуем друг друга через браслеты.
Я смотрю на Ниссиена. Он сидит на пне, превращенном в простой стол, откинувшись на спинку стула и разговаривая с другими высшими фейри, перед которыми разложены карты.
— Я…
Кандра смотрит на Ниссиен, а затем снова на меня.
— Не может быть! Наоми! — в ее голосе слышится удивление, и она шутливо хлопает меня по руке. — Конечно же, ты выбрала самое страшное существо здесь. Даже другие фейри его боятся! — она смеется, снова глядя на Ниссиен. — А тебя он не пугает? Хотя бы немного?
Я заглядываю вглубь себя и отвечаю совершенно честно.
— Нет. Не пугает. Ее улыбка только расширяется. — Мне интересно, что ты делала прошлой ночью, Кандра? Она открывает рот, чтобы ответить, но я поднимаю руку. — Нет, не думаю, что мне нужны эти образы в голове.
Нимфы Дианте, Хейзел и Элоуин внезапно окружают нас, ведя Кандру и меня в грибной круг. Я теряю себя в их чувственном танце под медленную, извилистую музыку.
Когда голубые кристаллы помещаются в огонь, и дым афродизиака клубится над мягкой травой, Ниссиен вытаскивает меня из толпы, как раз, когда они раздеваются.
— Я еще не насладился тобой, — его голос низкий и глубокий, он шепчет мне на ухо, и это будоражит мою кровь.
В тот вечер он берет меня в лесу, а потом снова на следующий день, каждую ночь он спит рядом со мной. Его внимание никогда не отвлекается на других. Мне это нравится. Я не собираюсь присоединяться к извивающимся телам толпы, когда вечеринки переходят в следующую фазу.
На четвертый день хозяева объявляют, что поляна уже хорошо удобрена, и их партнеры для посева выбраны. В толпе царит ощущение неистовой спешки, фейри набрасываются друг на друга по углам, еще до начала ритуала с дымом.
Я подхожу к группе, которая за такое короткое время стали моими друзьями, с несколькими бокалами вина фейри в руках. Они сразу расступаются, чтобы пустить меня в свой круг, и я раздаю напитки.
Кандра оглядывается с широко раскрытыми глазами.
— Почему здесь изменилась энергия? Она стала какой-то более дикой?
— Эта вечеринка закончилась. Большинство фейри разъедутся в разные стороны, — Дианте медленно покачивает бедрами в такт музыке, высоко подняв руки в воздух. Она единственная танцует. — Многие наслаждаются обществом друг друга в последний раз.
— Я хочу пойти на следующую вечеринку Элма, — говорит Элоуин, поправляя волосы.
— Это нечестно. Я слышала, что на вечеринке у Джунипер будут самые вкусные галлюциногенные ягоды, — Хейзел надувает губы и дергает Элоуин за руку. — Я не хочу с тобой разлучаться в этом году.