Сердце дикаря
Шрифт:
— Но я счастлива, Мэри! Ты делаешься все крепче и здоровее день ото дня, договор с чероки скоро будет заключен.
— Да, да. Я понимаю. Тебе доставляет радость пребывание в этом домишке вместе со вздорной старушенцией, крикливым младенцем и его матерью, которая едва в состоянии обслужить саму себя. Скажи еще, что ты просто счастлива выполнять почти всю работу по дому, хотя тебя тошнит и рвет по утрам!
Внезапно Мэри умолкла и зажала рот ладонью, поняв, что сказала
— Боже мой! Я и не знала, что веду себя при этом столь шумно. Извини, Мэри! Тебе ведь так необходим достаточный сон! Впредь я постараюсь избавляться от излишков пищи как можно тише!
— Не смейся, Кэролайн! Я говорю вполне серьезно!
— Мэри, что же ты хочешь услышать от меня? Признаться, я тебя не вполне понимаю!
— Кэролайн, ведь мы с тобой подруги, не так ли? — и молодая женщина с надеждой заглянула в лицо Кэролайн. — Ну конечно!
— И однако ты упорно не желаешь принять мою помощь!
— Господи, что ты имеешь в виду, Мэри? Ведь Коллин отнимает у тебя почти все время, и ты еще слишком слаба, и...
— Я имею в виду совсем не физическую помощь, и ты это прекрасно знаешь. — Мэри погладила спящую дочь по головке и взяла Кэролайн за обе руки. — Ты ведь слушала меня, когда я рассказывала тебе о Логане, делилась своими надеждами и сомнениями. Мне было так отрадно, что есть с кем поделиться самым сокровенным. — Глубоко вздохнув, Мэри продолжила: — А вот ты не...
— А чем, скажи на милость, я могу поделиться с тобой?! — перебила ее Кэролайн, чувствуя, как в душе ее снова закипает досада. Правдивые слова Мэри немилосердно жгли и ранили ее. — Тем, что я не любила мужа? Да, я терпеть его не могла, но тебе это давно известно. И разве оттого, что я сейчас произнесла эти слова, тебе стало легче?
— Роберт был не самым приятным человеком на свете.
— Истинная правда! — подхватила Кэролайн уже гораздо спокойнее. — Но я добровольно сочеталась с ним браком и не имею права все время вспоминать о нем только плохое! — «Сознавая при этом, как я обманула его», — мысленно добавила она.
— Ради твоего же благополучия?
— Ради еще более важных вещей.
— Ты ведь ждешь ребенка от Раффа, не так ли? О, не смотри на меня с таким недоумением. — Мэри обняла Кэролайн за плечи и улыбнулась ей. — Нас никто не услышит: миссис Кинн ушла к портнихе. Клянусь тебе, я никому не скажу ни слова.
— Как же ты обо всем узнала? — Кэролайн поняла, что отпираться бессмысленно. Переубедить Мэри было бы невозможно, к тому же она так устала лгать!
— Я, конечно, могла бы объяснить все моей тонкой интуицией, — смущенно произнесла молодая
— Мэри, я просто шокирована. — Кэролайн улыбнулась и склонила голову набок. — Неужели ты подслушивала?
— Возможно. Отчасти. Ведь вы с Раффом не могли то и дело не срываться с шепота на крик. О Кэролайн, почему ты не сказала ему правду?
— А почему ты так уверена, что правда известна мне самой?
— Прекрати, ради Бога! — Мэри встала с корточек и потянула Кэролайн за собой. — Мы обе прекрасно знаем, что Роберт ни разу не был близок с тобой. Или ты полагаешь, я не замечала, что происходило в Семи Соснах? Он все время грозился, что заставит тебя выполнять супружеский долг, но ни разу не осуществил своей угрозы. Если бы это было в его силах, тебе пришлось бы каждую ночь уступать его вожделению. Но он был болен и наверняка бессилен. Дни свои он проводил за бутылкой, а ночные часы — в полном одиночестве.
— Боже милостивый! — с чувством воскликнула Кэролайн. — Вот уж никогда бы не подумала, что ты столь проницательна!
— Я просто очень люблю тебя и от всей души желаю тебе добра! — Мэри обвила руками слегка располневший стан Кэролайн. — Ведь ты — моя самая дорогая подруга!
— Тогда пообещай мне кое-что.
— Ты хочешь сказать, что не желаешь оповещать его — проговорила Мэри с тревогой.
— Да.
— Ну что ж, тебе виднее.
— Но ты, ты сама, не скажешь ему?
— Ну что ты! Ни в коем случае. Можешь не сомневаться в этом ни минуты.
После разговора с Мэри Кэролайн пожалела, что не взяла с подруги еще одного обещания — не возвращаться больше к этой щекотливой теме. Ибо молодая женщина решила, что раз она пообещала скрыть тайну Кэролайн от будущего отца ее ребенка, то долг дружбы велит ей воздействовать на Кэролайн, чтобы склонить ту к признанию и примирению с Волком.
— Ведь Рафф — воспитанный и образованный человек, — внушала она Кэролайн. — Логан рассказывал мне, что он блестяще закончил курс наук в Оксфорде и был весьма благосклонно принят в обществе.
— Ну и что же? — с неприязнью ответила Кэролайн, помешивая рагу большой столовой ложкой. Из-под ее чепца выбилась прядь пушистых светлых волос, и она нетерпеливо поправила ее.
Слегка смутившись, Мэри продолжала, но уже без прежней настойчивости:
— Он весьма незаурядный человек. И, я не хотела бы, чтобы ты думала о нем лишь как о дикаре-метисе, который вовсе тебе не пара.