Сердце Дайвера

Найт К. А.

— Тай, — он замолкает, а она откидывает волосы назад и смотрит на меня. — У нас возможно есть выход, этот туннель высоко наверху. Я не знаю, куда он ведет, но это лучше, чем сидеть здесь и ждать смерти.

— У нас есть план. Нам нужно, чтобы вы внимательно слушали. Ваши жизни зависят от того, правильно ли все пройдет, — приказывает Тайлер, его голос тверд.

— У нас нет выбора, — возражает она. — Мы должны попытаться! — я смотрю на туннель, через который она хочет попытаться пройти, и тогда ее

голос смягчается. — Тай, пожалуйста, детка, я не могу… не могу сидеть здесь и ждать, пока это просто случится.

Я вздрагиваю от ее слова «детка», и она прижимается к моему боку без единого слова или взгляда. Ревность пронзает меня, но я не отстраняюсь, даже не желая разрывать с ней контакт.

— Мне нужно продолжать бороться. Я должна продолжать двигаться. Если есть шанс, даже отдаленный шанс, что туннель куда-то приведет, я должна им воспользоваться, и мне нужна твоя помощь, чтобы сделать это. Нам обоим нужна. Верь в нас. Я знаю, что тебе трудно отказаться от контроля, но сейчас это необходимо.

Становится тихо, и я думаю, что она надавила слишком сильно, поэтому я смотрю на нее сверху вниз, пока она печально смотрит на коммуникатор, но она все еще полна решимости. Ничто не остановит ее от прохождения через этот туннель. Я знаю ее достаточно хорошо, чтобы понять это, и Тайлер тоже.

— Хорошо, но есть условия. Первое — ты постоянно поддерживаешь с нами связь. Второе, если ты попадешь в туннель, и он покажется тебе небезопасным или не приведет никуда, ты вернешься и будешь ждать, пока мы тебя вытащим, без всяких претензий, — ворчит он.

— Что? Никакого третьего? — смеется она.

— Третье… вы не умираете, блять, ни один из вас. Вы остаетесь в живых, что бы вам ни пришлось делать, это понятно?

Она улыбается и подмигивает мне.

— Поняла, боссмен. Ладно, мы собираемся и приступаем.

Она собирается отойти, когда раздается еще один треск. На этот раз это Фин.

— Дорогая, оставайся в безопасности и возвращайся к нам.

Она замирает, и наши глаза встречаются, когда раздается какой-то звук, за которым следует другой голос.

— Он прав. Я буду следить отсюда… но, пожалуйста, Пейтон, не делай глупостей. Я не переживу, если снова потеряю тебя, — шепчет Риггс.

Я на мгновение закрываю глаза, отгоняя собственные проблемы, когда вижу боль на ее лице.

Она сглатывает, беспомощно глядя на меня, и я хватаю коммуникатор.

— Что? Никаких длинных требований ко мне? — с насмешкой спрашиваю я, даже когда наклоняюсь и целую ее лоб, утешая ее, хотя и не знаю почему.

— Заткнись, это касается и тебя, — Риггс вздыхает, а Фин смеется.

— Хочешь, чтобы я пришел и поцеловал тебя, Кал? — насмехается он.

— Да пошли вы, ребята, — я хихикаю, когда к перепалке присоединяется еще один голос.

—

Минноу?

Она хватает коммуникатор, и я позволяю ей.

— Я здесь, старик.

— Поменьше старого, — он смеется. — Минноу, блять, просто будь осторожна, ладно? Я знаю, что ты справишься, но не облажайся, блять. Ты нужна мне, малыш. Кто надерёт мне задницу и вытащит меня обратно к жизни, если тебя не будет рядом?

— Прибереги для меня бутылку, я скоро вернусь, — обещает она и отворачивается, но не раньше, чем я замечаю блеск слез в ее глазах. Я смотрю, как она уходит, во мне нарастает смятение. Я все еще злюсь, я все еще ненавижу ее, но вид ее уязвимости и борьбы ранит мое сердце.

Все эти годы я думал, что хочу заставить ее заплатить, причинить ей боль, как она причинила боль нам… но теперь я не уверен, потому что видеть ее боль, — даже если она этого заслуживает, — только ранит меня еще больше.

Отложив коммуникатор, я подхожу к ней, пока она собирает свою сумку. Я опускаю руки на ее бедра, и она замирает.

— Посмотри на меня, Эндрюс.

Она шмыгает но не поворачивается, тогда я заставляю ее, и ее глаза опускаются к моей груди, но я отказываюсь позволять ей прятаться от меня. Я откидываю ее подбородок вверх, и ее залитые слезами глаза встречаются с моими.

— Принцесса, — я вздыхаю, а затем притягиваю ее к себе и просто обнимаю. — Мы выберемся отсюда, я обещаю тебе это. Я не остановлюсь, пока не верну тебя им.

Она опускает голову мне на грудь, и я на мгновение обнимаю ее, пока она снова собирается с силами. Я слышу, как она делает несколько вдохов, прежде чем она слегка отстраняется, смахивая слезы. Я глажу ее по щеке, пока она смотрит в мои глаза.

— Почему ты так добр ко мне? — хрипит она.

Наклонившись, я целую каждый глаз, а затем ее губы, задерживаясь на них, чтобы почувствовать соленый вкус ее слез.

— Я могу быть милым, принцесса, просто обычно ты предпочитаешь меня злым.

— Милым? Я никогда не видела, чтобы ты был милым, — дразнит она, заставляя меня усмехнуться.

— Только с тобой. Только никому не говори, мне нужно поддерживать репутацию, — парирую я, а она смеется и снова отстраняется. Вытирая лицо, она вздыхает и вытягивается во весь рост.

— Ладно, засранец, давай займемся этим дерьмом.

С новыми силами она поворачивается, чтобы собраться, и я делаю то же самое, улыбаясь тому, что она позволила мне утешить ее. Обычно на такое способен только Риггс, поэтому меня пронзает странная волна удовольствия. Каждый человек иногда нуждается в том, чтобы сломаться, опереться на кого-то, но Эндрюс обычно никому не позволяет, всегда хочет быть такой сильной — начиная с той ночи, когда она поцеловала меня, когда умер ее отец.