Сердце бури

Раэлана

В такие игры играют порой если не все, то большинство пар. Но им никто никогда не говорил об этом. Нет, они с самого начала двигались в своем супружестве наугад, как слепые котята. Может, это и было в их браке самым привлекательным — вместе постигать все грани любовного безумия?

Когда оба наконец достигают пика, они чувствуют себя усталыми настолько, что, кажется, не могут связать и двух слов. Бен перекатывается на спину и позволяет Рей положить голову ему на грудь.

«Нет покоя… — мысленно повторяет

он слова кодекса братства Рен. — И нет страсти… Есть только Сила…»

Да, хатт побери, есть только Сила с ее непонятной и жестокой волей! Сила, вновь сыгравшая с ними злую шутку. Позволившая им создать новую жизнь, новое существо. Новую мишень для Галлиуса Рэкса. Новую избранную и желанную жертву, каковой прежде был он сам, Бен Соло…

Стоп.

Постепенно до него дошло, что так светло внутри у сарлакка быть уж точно не может. Да и на посмертное слияние с Силой непохоже, судя по небольшому покалыванию в плече, куда подонок Тей воткнул свой сейбер.

Он недовольно заворочался и все-таки открыл глаза.

Первое, что он увидел — это пирамида из каких-то ящиков, составленных один на другой. Залитые светом местного солнца, их контуры казались нечеткими, а края смазанными.

Затем он разглядел знакомые силуэты братьев… бывших братьев — Мейлил Рен и Гедеон Рен сидели неподалеку, так что Бен прекрасно мог видеть их, просто повернув голову немного влево. Заметив, что он пришел в себя, они настороженно выпрямили спины. Их непроизвольная синхронность заставила его улыбнуться.

— Так я и думал, — пробормотал Бен сквозь зубы.

Сарлакк, конечно, быстр, но куда ему против чувствительных к Силе с их способностью предугадывать и предотвращать опасность?

— Полагаю зверушка недосчиталась одной из щупалец? — прохрипел он язвительно.

— Жаль, что «зверушке» такого размера это вряд ли серьезно повредит, — мрачно ответствовал Мейлил.

Бен поглядел ему в глаза.

— Твоя идея, брат?

Старший рыцарь слабо, неуверенно кивнул.

— Не забывай, я следующий в очереди. И конечно, не мог допустить, чтобы сарлакк украл у меня право убить знаменитого Кайло Рена.

Лицо Бена просветлело, отразив известную усмешку Соло, полную странного удовлетворения.

— Тщеславный ублюдок… — выдавил он, картинно закатив глаза.

Затем перевел взгляд на свое плечо. Под ключицей виднелся лишь слабый розовый след, слегка выпуклый, как и рана на его лице — такие отметины оставляет сейбер.

Или у братьев где-то имелась бакта, или… он усмехнулся вновь. Или тут не обошлось без исцеляющих чар.

— Еще и вылечили Силой, — заключил Бен с явным недовольством. Его должок растет, а быть в долгу у изменников — опасное дело.

— Это я, — вставил Гедеон, хотя мог бы обойтись и без пояснения.

Младший из семи, пухловатый и немного неуклюжий, носивший, в отличие от братьев, белую

маску, напоминающую жутковатое лицо призрака, — этот парень всегда отличался нравом настолько мягким, насколько это вообще допустимо среди братии. Остальные шестеро, бывало, шутили между собой, говоря, что брату Гедеону больше подошло бы стать джедаем, чем рыцарем Рен. Тот и сам признавал, что единственная причина, по которой он оказался на Малакоре — это его расположенность к равновесию, решительное непринятие перегибов как с одной стороны, так и с другой. Пусть даже равновесие среди рыцарей существовало лишь в теории, но видно, ничего другого Сила ему пока предложить не может…

Как бы то ни было, он и исцеляющими техниками владел куда лучше, чем остальные.

— Плевать… — Бен слегка приподнялся, разглядывая мутноватым взором узкое, вытянутое помещение. Неприкрытые железные стропила, обветшалые стены, разбитые вдребезги окна и куча всевозможного мусора на полу вперемешку с остатками стеклянной крошки и немногими личными вещами рыцарей, которые те успели перенести со своего шаттла прежде, чем несчастный звездолет канул в небытие. Что ж, очевидно, они находятся там же, на заброшенном складе, где его братья-предатели ютились все это время.

Разумеется, ни о каком «спасибо» с его стороны речи не шло, да и не могло идти. Никто из братьев даже не подумал упрекнуть его в неблагодарности.

— Древняя бездна была прихотью Тея. Я бы предпочел другое место, — произнес Мейлил, как бы рассуждая вслух. И прибавил, обращаясь уже к Бену: — Однако, я уступаю тебе право решать, когда и где мы будем биться. Вероятно, ты захочешь взять небольшой перерыв, чтобы восстановить силы. Обещаю, братья не тронут тебя, пока ты не будешь готов…

Бен зло оборвал его:

— Замолчи! От твоего детского лепета виски ломит. Ни один из братьев больше не умрет от моей руки, и тебе это прекрасно известно!

Убийство Тея потребовало от него больше сил, чем он мог себе представить. Но смерть Тея была необходима — необходима не только с практической точки зрения, но и как жертва во искупление предательства. Тогда как остальным умирать вовсе не обязательно. Люк Скайуокер сказал прямым текстом, да Бен и сам прекрасно понимал, что эти четверо еще могут признать его главенство без лишнего кровопролития.

Наконец Бен полноценно сел. Голова немного кружилась, но это, должно быть, остаточная слабость, не более.

— Где остальные?

— Снаружи, — отозвался Гедеон.

— Я хочу видеть их, — суровый голос Кайло сам собой пресекал любые возражения. — Немедленно.

Нескольких минут хватило ему, чтобы немного взбодриться, придав своему лицу суровый и внушительный вид, насколько это возможно. И вот, перед ним все четверо — те, кто еще остался в живых из их некогда грозной семерки.